Я буду лучше! - Наталья Адарченко Страница 2

Мы с Алиной аж головы завернули, силясь рассмотреть каждую деталь двора. На площадке играли дети, рядом сидели их мамы. На одной из скамеек у подъезда шушукались старушки. И точно не было места для десятиклассников. Ну не на горке же, в самом деле, ему кататься.

Мы прошли мимо. Я даже расслабилась. Ну нет так нет. Но с другой стороны, мне очень хотелось его увидеть. Мы немного погуляли по городу, а потом приняли решение снова пройти мимо двора. Шли не спеша, стараясь рассмотреть каждый силуэт. Но, кажется, вся эта затея была совершенно бессмысленной. Немного разочаровавшись (вернее, разочаровалась только я, Алине, в общем-то, было всё равно), мы зашли в магазин. Нужно было купить кое-что из продуктов, и Алина решила больше никуда не заходить. Уже почти по привычке домой пошли мимо теперь знакомого двора.

Я даже не поняла, в какой момент мы столкнулись с Артёмом. Кажется, я просто стояла в оцепенении. Зато Алина тут же завязала диалог.

– О! Тёмыч! А ты что тут делаешь?

– Живу, вообще-то, – рассмеялся Артём. – А вот вы что здесь делаете?

– К бабушке идём, – тут же ответила Алина.

– Идём к тёте, – в тот же момент выпалила я.

– Так к бабушке или к тёте? – усмехнулся Артём.

Я несколько раз мысленно укорила себя за то, что мы не обдумали все варианты ответа заранее. Больше всего на свете ненавидела врать. Если честно, просто не умела. Палилась сразу же.

– Вообще, у меня бабушка тут недалеко живет. Но сейчас к ней приехала тётя, мамина сестра, она за границей живёт, так что к обеим, – выкрутилась Алина, причём так правдоподобно, что я сама не поняла, придумала она это всё или рассказала как есть.

– Ясно, – махнул рукой Артём.

Секундная пауза тут же выбила меня из колеи. Очевидно, что нам нужно уходить, потому что больше разговаривать не о чем, но как же мне ещё хотелось с ним поговорить…

Сказать по правде, я всегда робела перед парнями. Не знала вообще, как себя с ними вести. И уж точно не умела начинать разговор и заинтересовывать беседой противоположный пол. В отличие от Алины. Ей, кажется, всё равно, с кем говорить. Она всегда находила общую тему. Если захочет, конечно. В этот раз, видимо, она не захотела.

– Ладно, увидимся в школе, – улыбнулась она Артёму и выжидательно взглянула на меня.

– Пока, – только и смогла вымолвить я и тут же поспешила покинуть это место.

– Ну чего ты молчала? Я, что ли, говорить с ним буду? – отчитала меня подруга, когда мы отошли от двора на приличное расстояние. – Чего шли, спрашивается?

– Увидеть… – мечтательно ответила я.

Мне этой встречи на все оставшиеся выходные хватит. Уж что-что, а мечтать я умела.

Я прекрасно понимала, что это далеко не последняя наша прогулка к дому Артёма, а значит, мне нужно придумать темы для разговоров. Глупо будет стоять рядом с Алиной и просто молчать. В голове я прокручивала десятки вариантов, некоторые из них звучали вполне достойно. Но прекрасно понимала, что, как только увижу серые глаза Артёма, тут же забуду все свои домашние заготовки.

В воскресенье я категорически отказалась идти мимо того двора. В самом деле, мы выглядели бы просто смешно. То никогда не проходили мимо, то зачастили каждый день. Хотя, сказать по правде, я боролась с желанием увидеть Артёма. Поэтому такое решение далось мне довольно тяжело.

В школу в понедельник я пришла пораньше. Вообще, с тех пор как я обратила внимание на Артёма, вставать утром в школу стало очень легко. Ведь как только я понимала, что увижу его, сон как рукой снимало.

Я старалась все перемены проводить в школьном коридоре, лишний раз проходя мимо кабинетов, в которых занимался его класс. Иногда мы даже сталкивались нос к носу. Тогда он мило улыбался, кивал мне в знак приветствия и растворялся в толпе. А я, кажется, замирала, как зачарованная, растворившись в его глазах и не в силах пошевельнуться, пока меня не толкнёт кто-то, пробегая мимо.

Мысль, что Тёма будет участвовать в выступлении на День учителя, не давала мне покоя. Терзаясь страхами и сомнениями, я всё-таки подошла к завучу по воспитательной работе и выпалила:

– Нет ли у вас каких-нибудь свободных мест в выступлении?

– Маргарита, ты о чём? – Елена Андреевна так удивилась вопросу. Видимо, подумала, что неправильно меня поняла.

– Я думаю, – я говорила медленно, взвешивая каждое слово и рискуя в каждую следующую секунду передумать, – что могла бы выступить. Кем-нибудь…

Елена Андреевна несколько секунд пристально смотрела на меня. Потом на её лице появилась растерянность. Наверное, она пыталась подобрать слова.

– Кажется, у нас не осталось свободных ролей… Все уже давно репетируют.

– Да-да, конечно, всё правильно. – Мне показалось, я просто исчезла из её поля зрения, потому что моментом скрылась за спинами других школьников.

Я шла по коридору и что было сил мысленно ругала себя за этот дурацкий поступок. Было яснее ясного, что я выглядела как дурочка. День учителя уже в выходные. Сегодня понедельник. Наверняка они репетировали ещё с начала месяца. О чём я только думала, когда шла к завучу?! Совсем этот Полежаев мне мозг задурил.

Настроение было испорчено. До конца уроков я уже ни о чём другом не могла думать.

Алине решила не рассказывать о своём глупом поступке, чтобы не позориться. Но на следующей перемене ко мне подошла сама Елена Андреевна.

– Голубева! Ты так быстро сбежала, что я не успела тебе предложить прочитать стихотворение на День учителя. Коваленко на больничном, мы думали номер снимать, а тут ты.

Я стояла и прямо-таки чувствовала, как наливаются румянцем мои щёки. Алина, стоявшая рядом, с интересом смотрела то на меня, то на завуча.

– Какое стихотворение? – Я попыталась придать себе самый непринуждённый вид, хотя, кажется, дрогнувший голос меня выдал.

– Письмо Татьяны из «Онегина». Поставим тебе в ответ Онегина, Тихонов его играет. Платье Коваленко тебе будет велико… Ну ничего, съездим в театр, попросим заменить.

– Вы что, в театре платья брали? – не сдержалась Алина. Она была удивлена не меньше моего. А может быть, даже больше, потому что спросила об этом вслух.

– Конечно! К нам придут гости из администрации, а может, и местное телевидение! – гордо заметила завуч.

– Круто, конечно. Может, мне тоже поучаствовать? Я могла бы с Полежаевым станцевать. – Алина расхохоталась и даже не заметила, как я изменилась в лице.

– Полежаев уже занят, –