14-14 - Поль Беорн Страница 42

в котором чувствуется настоящая паника, но Адриан не знает, как быть, а когда он представляет себе, как на их деревню падают бомбы, ему становится жутко. Но что может сделать он, тринадцатилетний мальчишка? Если никто ему не верит? Адриан знает, что до 3 августа обязан найти решение. Но он так занят, что все время откладывает это на потом. На самом деле ему хочется верить учителю и Жюлю, а не своему другу из будущего… Война? Здесь? Это кажется таким нереальным…

Наконец упрямая коза вышла из хлева, получив от Адриана хороший пинок под зад, пока отец с громкими проклятьями тянул ее за веревку, и они возвращаются домой, чтобы вмести выпить по кружке цикория. Им нет нужды о чем-то разговаривать, они наслаждаются минутой передышки, и Адриан с легким сердцем отправляется на экзамен.

В кабинете мэра очень жарко, почти нечем дышать. Первые дни мая принесли солнечное тепло, так необходимое посевам, но его трудно переносить в этой темной комнате, забитой книгами. Сам мэр приветствует учеников и тихо говорит Адриану:

– Может, однажды этот кабинет займешь ты…

Адриан смущен, его мечта – после обучения вернуться и развивать семейное дело. При мысли о том, что он может стать мэром и принести прогресс в их маленькую деревню Корбени, у него захватывает дух, но он вспоминает Адриена, и его энтузиазм тут же гаснет. Ничего из этого не сбудется, война разрушит всё!

Он кивает, вежливо улыбаясь, а сам с ужасом думает о том, что мэр и остальные жители деревни скоро лишатся своих полей, своих жилищ, а может, и жизней…

Большой письменный стол мэра занимает весь угол кабинета, и четыре парты стоят почти вплотную друг к другу. Однако ни один из экзаменующихся даже не смотрит в сторону остальных – все ясно отдают себе отчет о последствиях списывания, к тому же мэтр Жюльен краем глаза время от времени наблюдает за ними, стоя у окна с романом в руке.

Когда мэтр в очередной раз поднимает голову, Адриан ловит его внимательный и немного беспокойный взгляд. Хоть это и пробный экзамен, но очень важный. В следующий раз будет уже настоящий, и если сегодня они сдадут его успешно, то, без сомнения, повторят этот успех в июне.

Диктант пока идет хорошо: это обращение к эльзасским школьникам, призывающее к патриотизму и искоренению немецкого духа. Адриан сомневается только в одном месте: как пишется «Революция» – с заглавной или со строчной буквы? Вычисления тоже кажутся ему несложными, а вот сочинение застает врасплох: «Учитель говорит вам, что деревья надо любить и беречь. В чем их польза? Почему вы должны относиться к ним как к друзьям?» В чем их польза, он знает отлично, но почему нужно воспринимать дерево как друга – это вопрос посложней. Тогда он думает о своем единственном настоящем друге, Адриене, и представляет его дубом, рядом с которым чувствуешь себя спокойным и защищенным, даже несмотря на ветер, треплющий его листву, и разных недоумков, которые выцарапывают свои инициалы на его стволе. Адриен всегда рядом, даже не подозревая об этом, он простирает над ним свою надежную сень, даря такое ощущение безопасности, которое Адриан до сих пор не испытывал. Наконец он ставит финальную точку, очень гордый своим сочинением. Ему не терпится испытать себя на устном экзамене во второй половине дня. Его вызывают первым. Он читает стихотворение Бодлера, рассказывает о Религиозных войнах – его ответ безупречен. Когда Адриан выходит из кабинета, трое остальных кандидатов смотрят на него с завистью: он сдал и может вздохнуть с облегчением, отдыхать весь остаток дня. Люсьен презрительно отворачивается, когда он рассказывает о своих впечатлениях, и вмешивается, только чтобы посмеяться над ним:

– Бодлер? Да это легче легкого! А Религиозные войны – ха-ха! Небось, ерунду какую-нибудь наплел. Ты ведь в церкви все время шепчешься со своей подружкой вместо того, чтобы слушать проповедь господина кюре!

– А что, он преподает историю? – насмешливо говорит Адриан и уходит, чтобы избежать новой ссоры с Люсьеном.

До официального конца экзамена еще два часа, и все эти два свободных часа Адриан прогуливается по деревне, разглядывая торговые лавки и людей на террасах кафе вместо того, чтобы возвращаться на ферму, где его всегда ждет работа. Старики в кафе разговаривают на местном наречии, они ворчат и жалуются. Адриан с ужасом вспоминает слова Адриена: «От вашего дома, фермы и пашни ничего не останется».

По его словам, немцы оккупируют весь их регион, захватят Лан и в Корбени начнутся бои. Все будет разрушено, останутся одни развалины, мужчины уйдут воевать, а женщины, старики и дети будут вынуждены бежать, бросив свои фермы и домашнюю скотину.

Теперь, когда он сдал экзамен, эти ужасные мысли все время возвращаются к нему. Но этого не может быть, не может всё вокруг так просто исчезнуть! Отрицая близкую реальность, он пытается убедить себя, что Адриен всё придумал, и, чтобы не портить себе эти свободные часы, отбрасывает тяжелые мысли и решает навестить Жюля. Однако Жюль очень занят: он подковывает лошадь, и ему некогда разговаривать. Тогда Адриан решает зайти к Симоне. Она встречает его довольно прохладно и, стоя на пороге, не предлагает зайти в дом.

– Как, ты еще помнишь о моем существовании?

– Но Симона, я…

– «Сдавал экзамен на аттестат!» – говорит она, передразнивая его, но голос у нее предательски дрожит. – Ты несколько недель только занимался, хоть бы заглянул ненадолго. После смерти Альбера я видела тебя три раза!

– Прости, – отвечает Адриан, совсем расстроившись.

– Ты думаешь только о себе! – кричит Симона, и на глазах у нее появляются слезы. – Ты такой же эгоист, как твой отец!

– Ты же сама сказала мне сосредоточиться на учебе, не сдаваться и идти до конца! – возражает