Тайна Великого Алхимика - Варвара Корсарова Страница 2

Однако рассказывать всё это надзирателю было нельзя. Ведь взрослые при словах «преступник» и «смертельная опасность» сразу пугаются, принимают разумные меры и в результате всё усложняют.

Вулф внимательно смотрел на Марину. Кажется, он всё-таки догадался, что ему рассказали не всё.

Марину сразу потянуло оправдываться.

– Я самостоятельная, – заявила она уверенно, но всё же признала: – Только я заблудилась. В письме сказано, что мне нужно явиться в канцелярию, а потом к господину Скряжнику, он заселит меня в дормиторий. Где я могу найти господина Скряжника? И что такое дормиторий, господин Вулф?

– Панталеон Скряжник – наш кастелян, – объяснил Вулф, едва заметно поморщившись.

– Кастелян?

– То есть завхоз. Видишь ли, у преподавательского состава тоже есть свой жаргон. У нас по традиции используются старинные студенческие слова. Надзиратель, то есть я, – проктор. Завхоз – кастелян. Учителя – менторы. Спальни в общежитии – дормитории и так далее. Постепенно ты всё выучишь. – Он ободряюще похлопал Марину по плечу. – Только не перепутай. Если наш повар услышит, что ты называешь тошниловкой его рефекторий, он обидится и твой обед станет менее съедобным.

У Марины голова пошла кругом. Ей столько предстоит выучить!

Вулф выудил из кармана часы и сверил время с тенью медного плавника, ползущего от одной цифры к другой.

– Я провожу тебя. Хочешь, сначала покажу тебе кампус? То есть школьный парк и учебные корпуса. Чтобы ты осмотрелась и больше не терялась.

Марина, подхватив саквояж, двинулась за местным стражем порядка.

– Раз ты поступила в Школу Одарённых, то, разумеется, знаешь, чем она отличается от обычных школ?

Марина кивнула, но проктор всё равно пустился в объяснения:

– Школа Одарённых открыта при Академии Одарённых. В Академии учатся взрослые юноши и девушки. В шутку они называют себя студентами магических наук.

Марина вежливо улыбнулась.

– Построили Академию в те времена, когда люди верили в магию. Слово «учёный» тогда звучало ругательством, потому что служило синонимом слову «колдун».

– На уроках нам рассказывали, что Академию учредил королевский алхимик Алоис, – подхватила Марина.

– Верно. Он первым заявил, что волшебников не существует. Просто некоторые люди наделены редким даром менять законы природы силой воли. Но Одарённым также требуются знания. Если такой человек не знает правил математики, не изучал грамматику или историю, он может всё перепутать и такого наворотить! Возьмёт, например, и поделит мир на ноль.

– Последствия будут ужасными, – согласилась Марина.

– Верно. В Академии молодых людей учат пользоваться их даром – видеть и понимать эфир. То есть пятый элемент, который лежит в основе всего. Наши молодые люди способны менять физические свойства вещей. Кто-то станет аэромансером, чтобы управлять воздушными массами. Пиромансеры повелевают огнём, террамансеры – горными породами, электромансеры – электричеством. Специальностей много! А самые способные – эфирные инженеры и механики – будут изобретать удивительные устройства.

У Марины дыхание перехватило от удовольствия. Ведь это же её дар!

– Но обучение лучше всего начинать в детстве, поэтому было решено открыть Школу Одарённых. Дети поступают сюда в двенадцать лет. Теперь это и твоя школа.

– Я очень этому рада!

– Погоди радоваться. Одарённые дети – такие, как ты, – умеют многое, но и спрос с вас больше. Учиться у нас трудно.

– Я справлюсь, – пообещала Марина, и надзиратель кивнул с довольным видом.

– Вот и главный корпус. Смотри!

Лабиринт кустов и дорожек выпустил их наружу. Впереди раскинулась поляна, за ней возвышалось трёхэтажное здание из тёмнокрасного кирпича.

Марина двинулась вперёд как зачарованная.

Шли уроки, поэтому вокруг было безлюдно. Лишь стрекотали кузнечики, ворковали голуби, да из открытого окна доносился монотонный голос учителя.

Подул ветерок, и Марина уловила отчётливый аромат старины – мшистый, известковый.

– Когда-то в особняке жил сам магистр Алоис, – пояснил Вулф. – Это старое сооружение, и оно таит немало тайн.

– Каких тайн? – насторожилась Марина. В последнее время от этого слова у неё начинал дёргаться глаз.

– Узнаешь в своё время. Но погоди: давай обойдём весь школьный парк. Тут есть на что посмотреть.

Марина была не против продолжить экскурсию. Одной ориентироваться здесь непросто. А так можно идти и потихоньку приглядываться. Да и приятно завести знакомого, пусть даже и взрослого.

Школьный надзиратель – то есть проктор! – ей понравился. Он был вежливый и немного смешной, потому что из-за бакенбард походил на пса породы ризеншнауцер. У тех такое же мохнатое лицо. То есть морда.

Скоро Марина пришла в восторг.

Парк Школы Одарённых оказался удивительным местом. Словно сказочная страна, где за каждым поворотом прячутся чудеса. Повсюду зелень, раскидистые дубы. Аккуратные лужайки настойчиво приглашали пройтись по траве босиком. Среди деревьев мелькали постройки. Одни современные, со смелыми очертаниями, а другие старые, с характером.

Попадались беседки с черепичными крышами. Просевшие от времени коттеджи для преподавателей. Белые учебные корпуса и сверкающие стёклами лаборатории. И много-много башен!

Они поднимались в небо над зелёными и золотыми кронами. Башни высокие и низкие, старинные и современные, каменные и стальные, увенчанные флюгерами и громоотводами, украшенные стеклянными фонарями, увитые трубами и проводами…

Марина вертела головой, стараясь ничего не упустить. Любопытно, зачем на вон той белой башне установили алюминиевые лопасти, как на мельнице?

– Каждое строение имеет научное предназначение, – сообщил Вулф, заметив её интерес.

Марина даже подпрыгнула от нетерпения. Скорее бы выяснить, что к чему! Её грызла жажда знаний. В прежней школе она была отличницей и не сомневалась, что и здесь не оплошает.

– Обсерватория. Химический корпус. Лаборатория электромансеров и подстанция. Теплицы флорамансеров, – пояснял Вулф. – А там… – он картинно протянул руку, – библиотека.

Библиотека походила на крепость с окнами-бойницами. На стены наползал мох, флюгер на черепичной крыше изображал алхимическую реторту[1]. Легко представить, какие потрясающие знания хранят запертые в библиотеке книги и до чего уютно будет изучать их при свете ламп под зелёным абажуром. В библиотеке можно больше разузнать о таинственном мастере Жакемаре и его Хронометре Судьбы.

Девочка крепче сжала ручку саквояжа, где на самом дне, укутанный в ночную сорочку, лежал предмет, изменивший её жизнь.

– Библиотеку тоже построил магистр Алоис, великий алхимик, основатель Академии, – вещал тем временем Вулф таинственным тоном. – Говорят, в её стенах он спрятал свиток с рецептом превращения любого металла в золото. В легендах школы, правда, упоминается дюжина разных тайников…

– Ну да, как же алхимику без собственного секрета философского камня, – заметила Марина не без сарказма.

– Эти секреты многим не дают покоя! – завёлся Вулф. – Школьники часто заглядывают в библиотеку, но вместо того, чтобы штудировать учебники, простукивают стены, забираются за стеллажи… да и многое другое творят. Но директор наказывает хулиганов. Учти, если вздумаешь взяться за кладоискательство.