Разочарование Харухи Судзумии - Нагару Танигава Страница 12

она по дороге, — если не случится резких изменений, как во времена святого Павла[16] или Николая Коперника[17]. Перемены в понятии о мироустройстве влекут за собой перемены в идеологии. Логично предположить, что человек не способен воспринять феномены, протекающие на ином уровне развития, чем его собственный. Наши глаза не видят инфракрасное излучение[18], но глаза змей фактически работают как очки ночного видения. Наши уши не воспринимают звук выше определённой частоты, хотя собаки отчётливо слышат свисток Гальтона[19]. Человек не воспринимает ни инфракрасное излучение, ни ультразвук[20], но они есть, просто мы не способны ощутить их существование.

Сасаки, тебе правда надо было в Северную старшую поступать. Знаю я там одного типа, который тоже любит подобные разговоры — вы бы точно спелись. Раз уж так совпало, может, мне вас прямо сейчас и познакомить?

Стоило мне сделать это предложение, как перед нашими глазами предстали фигуры всех членов «Команды SOS» — само собой, за исключением меня.

* * *

— Ты и в самом деле отыскал и привёл кого-то с «потенциалом», — прокомментировал Коидзуми с лёгкой ноткой недовольства. — В некотором смысле, она действительно могла бы стать для меня хорошим собеседником, но нас трудно сравнивать: всё-таки наше с ней положение слишком разное. Я хорошо знаю свои пределы, как знаю некоторых людей, чьим возможностям не могу не завидовать. Если уж на то пошло, один из них — это ты.

Можешь льстить мне сколько угодно. Я не пифия, и мою бдительность это не усыпит.[21]

— Понимаю. Ничто так не пугает, как непреодолимая сила, которую видишь и слышишь, но на которую никак не можешь повлиять.

В общем-то, я с Сасаки провёл целый год в средней школе, и знал, что она — фигура примечательная, но откуда тебе это известно?

— Тут нечему удивляться. Ты же помнишь, что «Организация» подробно исследовала твою биографию, начиная с самого рождения, и мы пришли к выводу, что ты — не обладающий никакими особенными силами самый обычный человек.

Ну тогда большое спасибо вам. Вот уж не ожидал, что твоя «Организация» сертифицировала мою нормальность.

— Если тебе нужен официальный документ, я попрошу, чтобы тебе его прислали. Шучу-шучу. А вот то, что вы с Сасаки весь третий год средней школы ходили в один класс, да ещё и дружили — совсем не шутки.

Почему?

Коидзуми заговорил так, будто подготовил текст заранее:

— Твоя подруга, Сасаки-сан, также является нормальным человеком, но с определённой точки зрения может им и не быть. Она может вести себя и как частица, и как волна. Прямо как свет[22]...

* * *

Не знаю, была ли это непреодолимая сила, но таких совпадений как-то уже чересчур, и до конца своих дней я бы предпочёл не иметь дел с двойственной природой света.

Итак… мы с Сасаки уже добрались до железнодорожной станции и остановились у стандартной точки сбора членов «Команды SOS».

Знакомое место, знакомая четвёрка персонажей. Поясню: три человека в обычной одежде, один — в школьной форме.

А затем — обычные «слова благодарности» от нашего бессменного командира:

— Да как ты смеешь опаздывать! Это что, по весне ты так обленился, что тебе влом появиться вовремя? Кён, ты должен дорожить каждой секундочкой! Ты растрачиваешь не только своё время, но и каждого, кто тебя ждал! Так что будешь оштрафован за опоздание! Пусть потерянное время не вернуть, но тебе придётся хоть немного загладить перед нами свою вину!

Выпалив всю эту речь на одном дыхании, Харухи набрала в грудь побольше воздуха, но тут с удивлением посмотрела на человека рядом со мной.

— Кто это?

— А, это… — собирался я представить Сасаки.

— …близкая подруга. — прервав, закончила та за меня.

— Что-о? — округлила глаза Харухи.

Сасаки кивнула и поспешила объяснить:

— Мы дружили в средней школе, точнее, на последнем, третьем курсе, поэтому уже год, к сожалению, никак не контактировали. Но знаешь, по-моему, если двое встречаются спустя год и сходу принимаются болтать, то их можно считать близкими друзьями. А значит, это касается и нас с Кёном.

И правда, когда-то мы были близкими друзьями. В средней школе я часто находился рядом с Сасаки. Если подумать, после занятий ваш покорный слуга проводил с ней больше времени, чем с кем-либо из других одноклассников.

Но почему же мне было так неуютно? Не помню, чтобы я делал хоть что-то предосудительное. Но после того, как Сасаки заявила, что мы были близкими друзьями, я увидел странное выражение лица Харухи и почувствовал себя так, будто не взял с собой зонтик, хотя знал, что ливня через пять минут не миновать…

И почему-то казалось, что три минуты уже прошли.

Помнится, тогда Асахина-сан удивлённо заморгала, Коидзуми задумчиво потёр свой подбородок, а Нагато продолжала незыблемо стоять в своей школьной форме. Но выражение лица Харухи затмевало всё.

Я почувствовал движение рядом с собой: Сасаки сделала полшага вперёд, улыбнулась полумесяцем и протянула ладонь Харухи, видимо, рассчитывая на рукопожатие.

— Я — Сасаки. А ты, должно быть, Судзумия-сан? Премного о тебе наслышана.

Харухи мельком взглянула на меня, и я почувствовал себя человеком, которого по ошибке обвинили в преступлении.

— Я тебе ничего о её злодействах не говорил. Сасаки, ты-то откуда знаешь о Харухи?

— Мы живём в одном районе, и до меня частенько доходят сплетни о необычных личностях. Кён, ты ведь не единственный из нашей средней школы, кто поступил в Северную старшую.

Ты про Куникиду?

— Так он теперь тоже в Северной старшей? Как он там? Наверняка всё так же валяет дурака. Странный он — поступил в обычную префектурную школу, хотя мог бы пойти в более соответствующую его академической успеваемости. — Изложив мнение о нашем бывшем однокласснике, Сасаки вновь повернулась к Харухи. — Я слышала, что в школе Кён находится под твоей плотной опекой. Хочу сказать за это большое спасибо.

Сасаки, так и не убрав вытянутой руки, приветливо улыбнулась.

Увидев со стороны девушки это приветствие на западный манер, Харухи сделала лицо, как будто по ошибке сунула в рот вместо конфеты фишку для игры в го, но руку всё-таки пожала.

— Не за что. — Она держала руку Сасаки и пристально смотрела ей прямо в глаза. — Значит, мне не надо представляться.

— Не надо, — та, улыбаясь, смотрела в ответ, и хихикнула,