Возмездие Байкала - Чингиз Акифович Абдуллаев Страница 8

Максимов обернулся. Он понял, почему эксперт задал такой вопрос.

— Мы проверяли, — сообщил он. — В отелях Листвянки были свободные места. Но Ашфорд предпочел гостиницу в Иркутске…

— Вам не кажется это достаточно странным, — сказал Дронго, — выезжать ночью из Иркутска, чтобы встретить рассвет на Байкале. Тогда как в этом поселке были достаточно комфортабельные отели.

— Да. Бывают иностранцы, — подтвердил Тингеев, — в «Сибирской резиденции», «Крестовой пади», «Легенде Байкала». Есть большой и современный отель «Иркутск». Мы проверяли все отели. В некоторых были иностранцы, даже две пары пожилых американцев. Но они были из Чикаго и никогда с Ашфордом не встречались. И конечно, отель «Маяк» — самый известный в городе.

Там круглая башня в виде маяка и примыкающее к ней шестиэтажное здание. Иностранцы его очень любят.

— Столько отелей в небольшом поселке, — уточнила Джоан.

— У нас здесь не просто поселок. Это настоящий туристический центр, — пояснил подполковник. — Есть свой нерпинарий, музей, большая байкальская тропа, канатная дорога, обсерватория. Раньше Листвянка считалась частью Октябрьского района города Иркутска. Здесь такие красивые места. Сами увидите. Сюда даже Высоцкий приезжал… А недалеко отсюда в Ангаре утонул Александр Вампилов.

Джоан вопросительно взглянула на Дронго. Она не слышала этих имен.

— Высоцкий был очень известным поэтом, бардом, актером, — тихо пояснил Дронго. — Умер больше сорока лет назад, а Вампилов местный уроженец, драматург. Тоже достаточно известный в России человек.

Джоан кивнула.

— Об этих местах писал Антон Павлович. Он даже сравнивал Листвянку с Крымом, — добавил Тангеев.

— Подполковник говорит о Чехове, — уточнила Джоан.

— Для американки вы поразительно начитаны, — заметил Дронго.

— Нужно быть совсем ограниченным человеком, чтобы владеть русским языком и не любить Чехова, — отрезала Джоан. — Вот Достоевского я не люблю, он выворачивает людей наизнанку. А Лев Толстой, по-моему, просто пророк. Такой гений на все времена. Неужели Чехов тоже бывал в этом поселке? — спросила она у Тингеева.

— Приезжал и писал, — кивнул подполковник. — И наш поселок еще упоминается в романе Жюля Верна «Михаил Строгов».

— Поразительно. С населением в две тысячи человек, — сказала Джоан, — понимаю, почему Ашфорда так тянуло в эти места. Но мне кажется очень резонным вопрос. Почему он не оставался в Листвянке, если здесь есть столько хороших отелей.

— Инерция мышления, — пояснил Тингеев. — Многим приехавшим гостям кажется, что лучше снимать отель в большом Иркутске, а здесь не будет подходящих условий для отдыха. Небольшой поселок и столько первоклассных отелей. Но потом убеждаются, что это не так…

— Да. Но он бывал здесь и раньше, — напомнил Дронго. — Значит, эта причина никак не подходит.

— Мы думали и об этом, — сказал Максимов, не поворачивая головы.

— Действительно, почему? — спросила Джоан. — Ведь он приезжал в эти места уже в третий раз.

— Может, у него были свои знакомые в Иркутске? — предположил Дронго. — Или он хотел с кем-то встретиться?

— Он ни с кем не встречался, — обернулся Максимов. — Мы все тщательно проверили.

— Тогда почему он остановился в Иркутске, если собирался встречать рассвет на Байкале? — не унимался Дронго.

— Если бы мы знали, — в сердцах пробормотал полковник.

— Он гулял по Иркутску. Ходил в музеи, — пояснил Тингеев. — По несколько часов проводил в музее Сукачева в Иркутске.

— Интересный музей? — уточнил Дронго.

— Очень. Там полотна Репина, Айвазовского, Верещагина, Рериха, Серова, Рокотова. Он всегда заходил в этот музей. Я сам проверял.

— Эстет и романтик в свои годы, — не очень довольно произнес Дронго. — Встречать рассвет на Байкале, ходить в музеи, чтобы посмотреть картины художников. Скажите, Джоан, это новая категория американских шпионов?

— Он давно был на пенсии, — напомнила она. — У нас пенсионеры ведут достаточно активный образ жизни. Я думала, что вы об этом знаете.

— В прошлом году был в новом музее лекарственных трав и минералов, — добавил Тингеев. — И еще ходил в музей декабристов. В дом Трубецких на улице Дзержинского.

Дронго улыбнулся.

— Современные реалии, — заметил он. — Трубецкие и Дзержинский. Такое сочетание. Вы там тоже были?

— Я лично проверял все места, где он побывал во время своих визитов в Листвянку. В Иркутске он даже заходил в библиотеку. Но на тропу он раньше не поднимался, — пояснил Тингеев.

— Вы сравнивали, в какие музеи он ходил раньше? — уточнил Дронго.

— Конечно. В музей Сукачева он заходил каждый раз. Мы там тоже все проверили. Всех сотрудников музея. Все картины. Я их выучил почти наизусть.

— Ашфорд погиб на Большой байкальской тропе, — напомнила Джоан. — Вы сможете показать нам это место?

— Мы туда едем, — сообщил Тингеев. — Но непосредственно на место преступления придется подниматься пешком. Вашего соотечественника ударили ножом и сбросили вниз. Тропа достаточно большая. Больше двадцати с лишним километров. Там такая панорама на другой берег Байкала. Озеро и горы. Столько иностранцев приезжают, чтобы увидеть эту красоту. Саму тропу и весь маршрут помогали строить американцы и немцы еще двадцать пять лет назад. Приезжали специалисты из США и Германии.

— Ашфорда там не было, — сразу сказал Максимов, — и его знакомых тоже. Но мы все равно послали все запросы и проверяем биографии всех, кто работал на этой тропе. Хотя прошло много лет.

— Мы проверили всю тропу, — добавил Тингеев. — Искали оружие преступления. Думали, что его могли выбросить. Пускали собак. Но ничего не обнаружили. Погибший оставил машину внизу и поднимался пешком.

— Он был здесь уже в третий раз, — напомнил Дронго, — и все равно решил оставаться в Иркутске. Нужно будет вернуться в город и понять, почему он предпочитал оставаться там. Ведь ему ничего не мешало приехать на один день в Листвянку и снова вернуться в Иркутск.

— Мы проверяли отель, в котором он жил. Проверяли все, что могли. Он ни с кем не контактировал.

— А где он обедал? — неожиданно спросил Дронго.

Максимов взглянул на Тингеева.

— Один раз в ресторане «Миша», — сразу сообщил Тингеев. — А в другой раз в ресторане охотников. Мы узнали, что он заказывал столик в ресторане «Миша», но потом отменил свой заказ…

— Заказывал на одного? — сразу спросил Дронго.

— Нет, на двоих. Но потом отменил свой заказ, — повторил подполковник.

— А кто мог быть вторым? У него не было знакомых в Иркутске? Или были?

— Не было. Мы проверяли. Но он отменил свой заказ.

— Значит, знакомый был.

— Мы проверяли все телефонные звонки из его номера. И звонки с его телефона. Он никому из местных не звонил и ни с кем не общался. Когда его тело сбросили вниз, телефон был при нем. Он разбился. Но мы смогли проверить все звонки с его телефона. Входящие и исходящие. Никаких посторонних звонков не было.

— Это был американский номер?

— Да.