Кровь в наших жилах - Татьяна Лаас Страница 84

голосе было столько непонятного благоговения… Видимо, они все тут не настолько книжные мыши, как Ирина. — Редкое издание, почти полностью уничтоженное. Я искала в Москве — даже там всего два экземпляра. Один в Магуниверситете, второй в реорганизованной Императорской публичной библиотеке. Но оба экземпляра не подлежат выдаче. Мне удалось только с фотокопией поработать в библиотеке Магуниверситета. — Она подняла просящие глаза на Лизу: — Светлана Алексеевна, можно?

— Конечно, можно. — Все равно она пока занята кофе.

Ирина Сергеевна бережно взяла со стола тонкую книжицу с клеевыми переплетом:

— Этот труд считался лженаучным, за что и был уничтожен почти весь тираж. Только позднее многие данные стали подтверждаться — про тех же русалок.

Она перевернула обложку, рассматривая дату издания.

— Подлинник.

Лиза задумалась — что же они с Сашей упустили? Им за возвращение линорма такую взятку сунули. Или… Она не успела додумать. Книга в руках Ирины раскрылась там, где её чаще всего читали — на странице с полозовыми невестами.

— Простите… — Ирина нахмурилась. — Быть того не может. Эта страница иная, чем в той монографии, которая хранится в Магуниверситете. Артефакт этот — это русалочий артефакт. — Она быстро залистала страницы, ища статью про русалок. — Вот тут…

Она замерла, прикусив губу:

— Странно. И эта страница не та…

Лиза быстро скомандовала в кромеж:

— Монографию из Магуниверситета взять и принести сюда!

— Будет сделано! — ответил ей голос Семенова.

Ирина принялась рассматривать другие страницы:

— Остальное вроде все тоже. Хотя я могу и ошибаться.

Илья взял книгу и под громкое, возмущенное: «Ой!» — из уст Ирины совершил святотатство — разломал клеевой переплет. Он рассмотрел страницу с полозовыми невестами, потом снова разломал книгу — в этот раз на странице с русалками.

Катя взяла из его рук выпавшие странички, внимательно рассматривая их вместе с Ильей:

— Клей иной. Кто-то вставил новые страницы и заново склеил переплет.

— Кто-то очень хотел направить этой монографией по ложному следу, — задумался Илья, а Ирина Сергеевна вырвала из его рук остатки книги и принялась наглаживать страницы, словно утешая обиженного ребенка.

Лиза замерла. Ей нужна была тишина. Она оперлась руками в столешницу и опустила глаза вниз, не замечая ни чашки с кофе, ни шоколада. Перед глазами снова возник дачный поселок. Ирина что-то хотела сказать, но на неё дружно шикнули Катя и Илья — они знали особенность Лизы.

Саша тогда в «Змеевом доле» тоже был уверен, что их пытались пустить по ложному следу, науськивая на Дашкова. Только тогда не удалось вернуться к Шульцу за уточнениями — кто же его надоумил с монографией. Тогда они по наводке Перовского вломились в дом Лесковой и им стало не до Шульца.

«Разделяй и властвуй!» — старый, как мир лозунг. Пусть твои враги сами уничтожат друг друга. Сперва Лизу натравили на Волкова, потом попытались убедить её с Сашей в том, что все беды от Дашкова, подчинившего себе землю. Её руками убирали неугодных или… зачищали за собой, пряча тайну происходящего как можно глубже.

Это не уровень Шульца. Он чужак в такой игре. Так поступают только княжеские рода. Это уровень Голицына. Получается… Все случившееся изначально связано. Все связано с родами, стихиями, артефактами, опричниной и поисками царской крови. Вот почему в зверинце Шульца не нашли княжон — Голицын не допустил бы такого. Шульцу заплатили иначе. Понять бы еще — чем. И как доказать связь между Шульцем и Голицыным — тот как сквозь землю провалился. Его поиски продолжались из-за похищения Ильи и были пока безуспешны.

Кромеж молчал, Лиза надеялась, что он старательно прислушивается.

— Ирина Сергеевна, вы что-то знаете о русалочьих артефактах? — Лиза выпрямилась, глядя Ирине в глаза. Пока будем рыть с этой стороны.

Их новая библиотечная мышка оказалась очень полезной — она принялась быстро рассказывать:

— В монографии профессора Оксфордского университета Уолтера Картера были упоминания о том, как изготавливать подобный артефакт. Только он действует не на всех. На тех, у кого сердце разбито из-за неразделенной любви, как у lille havfrue.

«Маленькая морская дева» — машинально перевела Лиза. У морской девы, той, что из-за ошибки перевода стала русалочкой в России, сердце страдало из-за принца. Наверное, Шульц потому так задержался в России, что или ждал артефакты или искал нужных барышень. Ему «повезло» — под боком был тайный домик Лесковой. У них у всех за плечами разбитое сердце. Но почему артефакт тогда воздействовал на Алешу? Он же говорил, что у него сердце уже отболело. Тут Лизе самой захотелось, как Катя, сказать: «Мужчины!»

— Ирина Сергеевна, как вы относитесь к опричникам? Не боитесь их?

Та расплылась в самой своей широкой улыбке:

— Если надо ради дела, то я готова на все. Только объясните.

— Для начала — надо сверить настоящую монографию с этой. Потом надо найти все сведения о русалочьих артефактах: что нужно, как их делают, как долго, какой уровень эфира нужен и прочее, вплоть до того, где и как можно найти сведения о создании артефактов в России. Допуск ко всем необходимым книгам вам предоставят.

Ирина Сергеевна кивнула, готовая выполнять любую задачу:

— Хорошо, я сейчас закажу билет на поезд до Москвы и тут же поеду собирать свои вещи.

— Не нужно, — из кромежа вышел Семенов, заставляя Ирину отшатываться в сторону. — Москва тут всего в паре шагов, Ирина Сергеевна, если рискнете.

Илья протянул ей утешающую конфетку:

— Привыкайте, Ирина Сергеевна, у нас тут никогда не бывает просто.

Семенов, тоже беря шоколад, усмехнулся:

— Так точно. Светлана Алексеевна, вас дальше опекает Вихрев. Полагаю, вы сейчас отправитесь к Перовскому в «Змеев дол»?

Она лишь кивнула — точно. Надо поговорить с Перовским — он может быть той ниточкой, что приведет к Голицыну. Кто-то же заказал Перовскому картину с Натальей.

Илья хотел что-то сказать, но его опередила Катя:

— Светлана Алексеевна, я с вами. Это не обсуждается.

Илья отвернулся в сторону, улыбаясь. Даже Лиза поняла, что Катя хочет доказать прежде всего самой себе, что она еще способна не предавать и защищать.

— Конечно, — залпом выпивая остывший кофе, согласилась Лиза. Вдвоем будет проще перенести Перовского. Он явно не будет рад визиту.

Так и оказалось. Перовский, снова «благоухая» перегаром, впустил в дом Лизу и Катю, сразу же довольно агрессивно заявляя, стоило им устроиться в еще больше заросшей грязью гостиной:

— Я телефонировал лично каждой своей натурщице — все живы и здоровы. — Он садиться не собирался, боком прислонившись к дивану. Все так же громко и запальчиво он продолжил, нависая над Лизой: — Никто не пропал. Так что прекратите свои