Лунные зайчики смерти. Трагедия 1988 года - Элис (Арису) Арисугава Страница 8

– Цукаса и Тацуко дружат. Близко, – пробормотал Масаки. Поскольку его профиль был слегка повернут в мою сторону, я предположил, что он обращается ко мне.

– Ого! Можно только позавидовать. У нас в клубе одни мужики.

– Клуб изучения детективов – звучит интригующе, – вступила в беседу Риё. – Думаю, многие девушки были бы не прочь записаться.

– Чтобы читать Агату Кристи, необязательно вступать в клуб. И для этого не нужно собираться вместе. Любишь читать детективы?

Она ответила равнодушно:

– Ни разу не пробовала.

Вот оно что. Значит, поддержала разговор из вежливости.

– А мне нравится Эллери Куин, я много его книг читал. Взять хотя бы «Тайну голландской туфли»! – неожиданно произнес Масаки с другой стороны.

Неужели логика Куина близка студенту-ботану? Хотя (да простит меня Масаки за прямоту) его мнение сейчас меньше всего меня волновало.

– Не забудь рассказать об этом Моти. Он будет в восторге. Он обожает Эллери Куина.

– Если порекомендуешь интересную книгу, я почитаю, – сказала Риё, видимо, опять из вежливости. Я кивнул: подумаю. Пусть и маленькая, и все же это была первая наша с ней договоренность, что оказалось весьма приятно.

Бывшие бойскауты Цутому и Сёдзо взяли на себя роли главного по костру и распорядителя соответственно. Задавали остроумные вопросы каждому, подбирали песни, которые все знают, – словом, делали все, чтобы четыре компании, которые впервые встретились в тот день, сумели быстро сдружиться. Меня, Нацуо и Масаки назначили приглядывать за костром. Нам было велено не просто поддерживать огонь, но и регулировать его интенсивность в зависимости от общего настроения.

Пение эхом разносилось в горах, долетая, кажется, до самых дальних звезд в ночном небе. Устав от игр и разговоров, народ все чаще стал поглядывать на часы. Я не заметил, как наступило одиннадцать.

Дрова давно прогорели, ребята как по цепочке начали сонно зевать. По лицам было видно, что впечатлений уже достаточно. Я тоже был без сил.

– Пожалуй, закончим на сегодня. Все устали с дороги. Можно повторить костер завтра или послезавтра, – решительно объявил Масаки, выразив общее настроение. Люди точных наук не ночные птицы.

– Мы только за! – поддержали Мотидзуки и Ода, самые активные участники круга. Все поднялись с видимым облегчением.

– Чем планируете завтра заняться? – вспомнил вдруг Сёдзо. – Мы думаем забраться на вершину и осмотреть кратер.

– Вау, я тоже хочу! – воскликнула Юко и тут же добавила: – А мы точно сможем туда залезть? Выглядит устрашающе!

– Да, без проблем. Я был здесь, когда учился в младших классах, поднимался на самый верх. Это займет часа два, но определенно того стоит. Зрелище незабываемое. – Эти слова Цутому решили исход дела. Договорились выйти утром, пообедать на вершине, а затем разойтись по своим делам.

– Ну, до завтра!

– Было здорово!

– Спокойной ночи!

– Доброй ночи!

Хотя на лицах читалась усталость, все выглядели очень счастливыми. Когда мы уляжемся в свои спальные мешки, будет непросто уснуть от волнения.

– Спокойной ночи. – Голос Риё прозвучал так близко у моего уха, что я вздрогнул.

– Спокойной ночи. До завтра.

Я был застигнут врасплох, поэтому выдавил из себя подобие улыбки, но вышло криво. Сверкнув белозубой улыбкой, она развернулась и пошла к своей палатке. Я смотрел ей вслед и, когда она скрылась, отправился к себе.

5

На следующее утро я проснулся в начале седьмого. Мой сон длился не больше шести часов, но был таким глубоким, что я чувствовал себя прекрасно. И тут же вспомнил: ах да, мы же в горах.

Трое моих товарищей все еще спали с невинными лицами. Я подхватил туалетные принадлежности и выбрался из палатки. Мир снаружи полнился утренним щебетом пробуждающихся птиц. Прохладный воздух окутал меня, заставив поежиться. Во всех палатках стояли тишина и покой, казалось, я даже слышу сонное дыхание, но возможно, это был лишь плод моего воображения. Глядя на вершину Ябукиямы в лучах утреннего солнца, я мог разглядеть величественный пурпурный хребет, ярко выступавший на фоне неба. В вышине плыли золотистые облака.

– Доброе утро, – почесываясь, вышел Фумио.

– Доброе утро.

– Так здорово, будто заново родился, – произнес прилежный студент юрфака, а другой студент юрфака, хоть и не такой прилежный, с ним согласился.

– Хорошо спалось?

– После костра не мог уснуть еще около часа. – Интересно, о чем он думал? – Но в итоге усталость взяла свое. И теперь я бодр как никогда.

– Я тоже!

Мы вошли в березовый лес и направились по тропинке к ручью. Идти было трудно, я спотыкался и пару раз чуть не упал. Солнечный свет сюда едва проникал, было сумрачно. Наши шаги заглушало прохладное журчание ручья. Послышались голоса.

Выйдя к ручью, мы увидели Такэси Нэнно и Саюри Ямадзаки. Что ж, похоже, лучший столик уже занят. Они болтали и словно пребывали в собственном мире. Меня удивил их романтичный настрой, словно у двух влюбленных.

– Ну и ну! – крякнул Фумио и добавил погромче: – Эй, вы там, доброе утро!

От неожиданности Такэси пошатнулся и едва не упал в ручей.

– Кто здесь?! А, господин Адвокат. Элис. Доброе утро. Зачем так пугать? – пожал он плечами, не выпуская из рук зубную щетку.

– Ах, простите, что без приглашения. Мы тоже хотим почистить зубы. Что скажете? Можно?

– Да, пожалуйста.

Похоже, Фумио обожал подкалывать других. Такэси сконфуженно начал чистить зубы, Саюри полоскала рот со смущенной улыбкой, словно думала о чем-то приятном и пыталась это скрыть. Что тут скажешь? Так держать, Такэси Нэнно!

– Привет, друзья! Вернее, доброе утро!

Подошел Цутому, расчесывая волосы, завитые перманентом и выглядевшие как у Косукэ Киндаити[36]. Следом появился Такахико и первым делом выкурил утреннюю сигарету.

Пришли трое девушек – Юко, Тацуко и Мика. Они производили много шума, сотрясая своим смехом утренний воздух. Затем, тихо о чем-то переговариваясь, появились Эгами, Мотидзуки и Ода. Очаровательно насвистывая, на сцену вышел Сёдзо. В результате получилась живая реконструкция вчерашнего костра.

– Доброе утро! – Пришли Руми и Риё. Черные волосы Риё ярко сияли на утреннем солнце. Она выглядела удивительно свежей, будто только что родилась из рассветной росы.

Я и сам словно родился заново. Первое утро с тех пор, как я встретил это удивительное создание. Тогда мне казалось, что мне снится какой-то особенный сон. На самом деле это была иллюзия, предчувствие тревоги. И на то были свои причины. Я сжал зубами щетку, раздался неприятный хруст.

– Ты рано, Элис.

– Мы проснулись, а тебя нет. Вот мы удивились! – Пока я наблюдал за Риё, со мной заговорили Ода и Мотидзуки.

– Это я сегодня рано. Место такое. Обычно могу