Бригадир - Пайпер Стоун Страница 37

спросил Райан, пролистывая аров. — Примерно в тысяче трехстах милях к северу от Рио. — С натянутой улыбкой Рэйчел забрала и закрыла свою книгу. Я быстро подсчитала. — Ара Спикса жил один в течение десяти лет после первоначального обнаружения? — Эта птица стала международной cause célèbre (сенсацией). В течение десятилетия команды ученых и целая бразильская деревня записывали каждое его движение. — Бедняга, — Райан. — И они не просто смотрели, — сказала Рэйчел. — Ситуация превратилась в орнитологическую мыльную оперу. Полагая, что гены ара Спикса слишком ценны, чтобы пропадать зря, защитники природы решили, что самцу нужна пара. Но ара создают пары на всю жизнь, и у этого маленького парня уже была супруга, ярко-зеленый ара Иллигера. — Смешение птичьих рас. — Райан. — Вроде того. — Рэйчел ответила Райану, затем озадаченно посмотрела на меня. — Хотя пара никогда не сожительствовала. Ара Спикса жил на кактусе фашейро, ара Иллигера — в полом стволе дерева. Днем они летали вместе, а затем на закате самец Спикса провожал самку Иллигера к ее дереву и возвращался к своему кактусу. — Иногда мужчине нужно свое собственное место. — Райан. Две вертикальные линии сморщили лоб Рэйчел, но она продолжила. — В 1995 году исследователи выпустили самку Спикса на территорию самца, надеясь, что они создадут пару и дадут потомство. — Ой-ой. Притча о другой женщине. Рэйчел проигнорировала это. — Самка Спикса ухаживала за самцом, и он отвечал взаимностью. — Суд по разводам? — Три птицы летали вместе в течение месяца. — Менаж а труа. — Он всегда такой? — спросила меня Рэйчел. — Да. И что было дальше? — Самка Спикса исчезла, и странная пара вернулась к своим прежним домашним отношениям. Рэйчел взглянула на Райана, чтобы увидеть, оценил ли он ее остроумие. — Кто из супругов был неряхой, а кто аккуратистом? — спросил он. Рэйчел издала странный, хихикающий звук через нос. Сни. Сни. Сни. — Что случилось с самкой Спикса? — спросила я. — Она столкнулась с линиями электропередач. — Ой. — Райан поморщился. — Затем исследователи испробовали всевозможные манипуляции с яйцами Иллигера, в конце концов подменив живых вылупившихся птенцов Иллигера мертвыми гибридными эмбрионами, которые насиживала самка. — Что случилось? — «Семейка Брейди». Сни. Сни. Сни. — Пара оказалась хорошими родителями, — догадалась я. Рэйчел кивнула. — И вот что удивительно. Хотя птенцы были полностью ара Иллигера генетически, у молодых развились голоса, идентичные папиному. — Это потрясающе, — сказала я. — Исследователи планировали подложить в гнездо выведенных в неволе птенцов Спикса, когда большой парень исчез. — Неразлучники всё ещё были парой? — Райан. — Мы говорим об арах. Неразлучники — это Agapornis. — Немного птичьего юмора от Рэйчел. — Значит, некоторые ары Спикса всё еще живы в неволе? — спросила я. Рэйчел фыркнула, чтобы показать свое презрение. — Приблизительно шестьдесят особей существуют в частных коллекциях. — Где? — На коммерческой птицеферме на Филиппинах, в поместье катарского шейха и в частном вольере в северной Швейцарии. Я думаю, один есть в зоопарке Сан-Паулу и несколько в парке попугаев на Канарских островах. — Владельцы — квалифицированные орнитологи? — Среди них нет ни одной биологической степени. — Это законно? — К сожалению, да. Птицы считаются частной собственностью, поэтому владельцы могут делать с ними всё, что захотят. Но ара Спикса является видом Приложения I по CITES с 1975 года. Случайные частицы идеи начали формироваться в моей голове. — CITES? — Конвенция о международной торговле видами, находящимися под угрозой исчезновения. Виды Приложения I считаются исчезающими, и коммерческая торговля дикими особями разрешена только в исключительных обстоятельствах. Частицы начали сливаться. — Существует рынок для живых Спикса? — Ара Спикса был редок уже в восемнадцатом веке, потому что его очень ценили коллекционеры. — Она практически выплюнула последнее слово. — Сегодня живой Спикса может принести сто тысяч долларов или больше от толстосума-покупателя. Как материя, идея взорвалась в бытие. Я не могла дождаться, чтобы позвонить Слайделлу.

В этом не было необходимости. Мой сотовый зазвонил, когда я сворачивала с кампуса на Университетский бульвар. Это был Слайделл. — Поговорил с шерифом округа Ланкастер. — Что он узнал? — В основном, дыры. — То есть? Райан потянулся и убавил громкость своего CD Hawksley Workman and the Wolves до фонового уровня. — Никто ничего толком не знает. Это было не то, что я хотела услышать. — Кости всё-таки попали к твоему приятелю Кейглу. — Вы связались с ним? — Пытались когда-нибудь дозвониться до ученого в августе? — Вы пробовали его домашний телефон? — Его домашний. Его офис. Его лаборатория. Думаю о том, чтобы устроить сеанс с его мертвой бабулей. Слайделл поговорил с кем-то еще, вернулся ко мне. — Секретарь кафедры, наконец, связала меня с его сверхсекретным, скажу-тебе-и-придется-убить-тебя номером сотового. Парень звучал так, будто на нем фуксиевые трико. — И? — Уолтер, — Слайделл дал имени трель в три ноты, — занимался раскопками на каком-то острове недалеко от Бофорта, Южная Каролина. Сказал, что свяжется со своим аспирантом, чтобы тот прочитал ему отчет по Ланкастеру, как только закончит откапывать какого-то мертвого индейца. — Это мило с его стороны. — Ага. Я думаю отправить ему по почте немного шоколадных чипсов. — Вы прогнали описания через NCIC? — Не уверен насчет пола, не уверен насчет времени смерти. Ни зубов, ни татуировок, ни отпечатков, ни роста, ни веса. Я получу распечатку длиной с Soldier Field. Слайделл был прав. Основываясь на том, что мы знали, поиск пропавших без вести в национальной базе данных был бы бессмысленным. Я сменила тактику. — Мы с Райаном только что встретились с орнитологом. Ваши перья от птицы, которая вымерла в дикой природе с 2000 года. — Как они попали в подвал Паундера? — Хороший вопрос. — Есть хороший ответ? — Эти птицы могут стоить сто тысяч долларов. — Ты шутишь. Кто заплатит сто штук за птицу? — Люди с большим количеством денег, чем мозгов. — Это законно? — Не если птица дикая. — Вы думаете, это черный рынок? — Может объяснить, почему перья были спрятаны с коксом. — Разве Твити не должен чирикать, чтобы принести бабки? — Он мог умереть при транспортировке. — Значит, растяпа сохраняет перья, думая, что они могут чего-то стоить. — И закапывает тушку вместе с другими животными, которых он забил.