Хороший человек - Кирстен Кинг Страница 3

что такие платформы, как «Инстаграм» и «Фейсбук»[1], создают опасный политический раскол между людьми, которые в основном являются единомышленниками. И потому он, как честный человек, не может общаться в социальных сетях. Теоретически я была с ним согласна, но менять свои привычки не собиралась. И потом, мне так нравилось наблюдать, как мои бывшие одноклассники с годами становятся все уродливее.

Мы с Генри познакомились в пабе неподалеку от Фенуэй-парка: я там была с коллегами. На корпоративах полагалось выпивать не больше двух коктейлей и стараться убедить коллег, что ты нормальная. Но поскольку мои коллеги совершенно невыносимы, то, когда я заметила Генри, на моем счету уже было три коктейля. Он сидел за барной стойкой со своим ноутбуком и потягивал виски с содовой. Красив, но не настолько, чтобы казаться недосягаемым. Немного похож на Билла Хейдера, с которым я всегда мечтала переспать. Я подошла к нему, заказав четвертый бокал.

– Кто же приходит в бар с ноутбуком? – поддразнила я, поставив локоть на стойку.

Мой локоть тут же с нее соскользнул, но я сделала вид, что так и было задумано.

Генри сначала опешил, но, поняв, что я шучу, улыбнулся:

– Надо было кое-что доделать, – объяснил он.

Бармен поставил передо мной бокал.

– Не хотите угостить меня? – Я кивнула на бокал.

Генри удивился, но быстро овладел собой:

– Э-э… Да, разумеется.

Я сгребла свой бокал и чокнулась со стаканом Генри с такой силой, что тот чуть не опрокинулся. Генри успел его придержать, а то бы виски с содовой пролилось на его электронику.

– Будем здоровы! – сказала я.

Я вернулась к коллегам; они как раз обсуждали модный сериал, и все сошлись на том, что тот действительно «нечто». Я взглянула на Генри – он все еще склонялся над «Макбуком Про». Вечер шел своим чередом, коллеги один за другим расходились, а Генри оставался. Когда все ушли, я на негнущихся ногах приковыляла к нему и плюхнулась рядом. Мобильный Генри лежал на стойке. Я взяла его, и Генри, как робот, выполняющий свою программу, взмахнул рукой, чтобы помешать мне.

– Успокойтесь, – ухмыльнулась я. – Просто забиваю свой номер. – Генри открыл было рот, но возражать не стал. – Если, конечно, вы не против. – Я приподняла бровь, словно бросая ему вызов.

Он не ответил, и я записала свой номер.

– Вы всегда такая дерзкая? – спросил Генри.

– Нет, – солгала я.

Мужчинам очень льстит, если ты нарушаешь свои строгие правила, чтобы добиться их. Типа ты шлюха с ним, но девственница со всеми остальными. Поэтому, ложась в постель на первом свидании, я всегда говорила: «Обычно на первом свидании я себе такого не позволяю». Это для мужчины все равно что ехать на новенькой, с пробегом в несколько миль, машине. Это ретроградное мышление, я понимаю, но такова реальность, и я приняла ее.

– Вот. Звоните. – Я улыбнулась, возвращая ему телефон.

– О-о, хорошо. Спасибо, – ответил Генри.

Я вышла из бара, стараясь не шататься и представляя себя героиней Джулии Робертс из фильма девяностых: сексуальной, непосредственной, с блестящими, не поврежденными окрашиванием волосами, развевающимися на ветру за спиной. Я представила, как Генри провожает меня взглядом и качает головой, не веря своей удаче. На следующий день я поняла, что забыла заплатить по счету в баре. Тогда я взяла и заблокировала кредитную карту. Через несколько дней Генри написал:

Ты дерзкая. Это пугает, но и интригует.

С той судьбоносной встречи мы постоянно общались, хотя эмоциональный контакт налаживался медленнее, чем мне бы хотелось. Секс у нас был еженедельный, но Генри так много работал, что на ужины или на что-то большее у него времени не оставалось. По выходным он тоже обычно был занят в офисе или волонтерской деятельностью. Но после четырех месяцев отношений я чувствовала себя с Генри комфортно. Мне нравилось проводить с ним вечера, курить травку, смотреть плохие сериалы на «Нетфликсе» и делать вид, что слушаю, когда он рассказывал мне про свой день. Приятно было расслабиться.

Мои размышления прервал скрип кроксов. К столу подошла Кэндис. Я быстро переключилась со страницы Генри на корпоративную почту и, прищурившись, уставилась на экран, будто я вся в работе.

– Слушай, подруга, – сказала Кэндис, нависая над моим столом. – Какие планы на вечер дня рождения? Знаешь, у нас сегодня йога со щенками… Если, конечно, ты свободна.

Кэндис часто устраивала всякие призванные сплотить коллектив мероприятия, которые на самом деле были завуалированными поводами для фотосессии. В первом ряду она аккуратно размещала нескольких цветных. На фотографиях, которыми она делилась в «Инстаграме», мы выглядели как реклама университетского кампуса, где нет толстых. Будучи белой и не слишком сексуальной в общепринятом смысле слова, я обычно оказывалась в последнем ряду, поэтому избегала подобных сборищ, особенно тех, где хотя бы не наливали бесплатно. И я уж точно не собиралась идти на такое в день рождения.

– У меня планы с друзьями, – солгала я.

– О, разумеется! – сказала Кэндис. – Нам будет недоставать тебя!

– И мне вас, – ответила я, изобразив на лице улыбку; хоть бы она выглядела искренней.

– Вообще-то, я хотела обсудить с тобой еще кое-что, если есть минутка.

Кэндис присела на корточки, так что ее глаза оказались на уровне поверхности стола. У меня что, проблемы? Я так часто смотрела порно на своем рабочем ноутбуке, что на прошлой неделе подхватила вирус, который пришлось устранять IT-специалистам. Я очень надеялась, что они не смогли определить источник заражения. Неужели Кэндис собралась отчитать меня за это? И именно в мой день рождения? Пусть только попробует. Тогда я заявлю, что она занимается сексшеймингом; обвинения с использованием модных словечек обычно действуют на таких, как Кэндис.

– Ты знаешь, что на следующей неделе приезжает Ведьма Велнесс?

Я выдохнула: она просто хочет поговорить о работе. Ведьма Велнесс – это клиентка, которую наша компания пыталась заполучить уже несколько месяцев. Эта антипрививочница убеждала людей, что они могут улучшить свою жизнь с помощью любительского колдовства. Она обучала заклинаниям, варила зелья и болтала в «ТикТоке» о материализации мыслей. Она даже какое-то время торговала пищевыми добавками, соками и плацентой, пока не вмешалось Управление по контролю качества пищевых продуктов и лекарственных средств. У Ведьмы Велнесс были миллионы подписчиков. Рекламные агентства Бостона дрались за право представлять ее интересы при заключении спонсорских сделок. Лично меня от нее тошнило, но знак доллара был у нее на лбу написан, так что мое мнение не имело никакого значения.

Я натянуто улыбнулась:

– Да. Вот бы нам заполучить ее!

– Я тут подумала… Ты могла бы подготовить презентацию и провести встречу