Дело чёрного старика - Андрей Толоков Страница 11

– Ну это уж слишком. Скорее кто-то из близких, чем он сам. Я в своей практике ещё не встречала домушника-модельера.

– Или портного, – добавил Куприянов. – Но всё когда-то бывает в первый раз.

– Вот Куприянов, вот баламут, – засмеялась Зиновьева. – Упрямый. Но это и хорошо. В твоём деле это важно. Напиши мне справку. Изложи там все свои предположения. Возможно, это нам поможет. Потом займись друзьями хозяина квартиры. Только сделай это деликатно. Прощупай всех. Даже если там будет Генеральный секретарь. Понял?

– Понял.

– Про секретаря это я так, для важности. Работай.

ГЛАВА 6

1972 год 21 сентября. 01:24

Серая «Волга» с жёлтыми шашечками на передних дверях, визжа тормозами, остановилась около подъезда дома, в котором жил Алексей Седов. Во дворе было пустынно. Седов, расплатившись с водителем, вышел из машины и подал руку своей даме. Это была Светлана Лебедева. У неё сегодня, то есть уже вчера был день рождения. Седов устроил своей любовнице шикарный вечер в ресторане «Интурист». Для популярного артиста, бросающего лукавый взгляд на жителей южного города с афиш местных кинотеатров, были открыты двери любого заведения. Распространённая в ту пору табличка на дверях «Мест нет» была совсем не для Седова. Вечер получился удачным и сам Бог велел продолжить его интимную часть в квартире кинозвезды. Итак, вторая часть фармазонского балета обещала быть страстной.

В квартиру на шестой этаж пришлось подниматься по лестнице. Лифт, как повелось, в одиннадцать вечера отключали. Светлана и Алексей, войдя в прихожую, долго целовались, жадно шаря руками друг у друга под одеждой.

– Седов, неужели вся ночь с тобой моя? – мурлыкала Светлана.

– Не твоя, а наша. Я тоже собираюсь поучаствовать, – шутливо произнёс Седов.

– А твоя модельерша внезапно не появится среди ночи? – спросила Света, имея в виду жену Седова.

– Не появится. Она в Ленинграде со своими платьицами и блузками, – в голосе Седова мелькнули нотки раздражения. – Ну хватит о ней. Иди в ванную. Я приготовлю спальню.

Через пятнадцать минут Светлана вышла из ванной, обёрнувшись полотенцем. Она решила, войдя в спальню, скинуть это одеяние и предстать перед Алексеем обнажённой. Оставляя на лакированном паркете влажные следы, Света на цыпочках вошла в комнату. Картина перед ней открылась удручающая. Алексей сидел на полу бледный с трясущимися губами. Он что-то пытался сказать, но звуки с его губ не слетали. Вокруг Седова в спальне был полный бедлам. Разбросанные вещи, перевёрнутая кровать. Шифоньер, стоящий около стены, напротив кровати, похоже, был вывернут наизнанку.

– Это… это… – Света начала заикаться. – Это что?

Седов только разводил руками, но ничего вымолвить не мог. Он указал рукой на матрац. Только тогда Света увидела, что матрац разрезан сбоку и из него торчат куски наполнителя.

– Это всё, – вдруг тихо сказал Седов. – Это всё.

– Что всё? – Светлана опустилась на колени перед Алексеем и взяла в ладони его голову. – Я не понимаю. Что значит всё?

– Они вынесли всё, – Седов стал потихоньку приходить в себя.

– Что там у тебя было? – Светлана не отпускала голову Алексея. – Деньги? Золото? Что?

– Да. Деньги.

– Так! – Света резко встала, пошла в ванную и быстро оделась. Затем вернулась к любовнику. – Что ты сидишь, Лёша? Надо звонить в милицию. Надо что-то делать.

Она решительно направилась к телефону. Он был в коридоре на полочке.

– Стой! – закричал Седов и тихо зашипел. – Никуда не надо звонить. Никуда.

– Почему? – Лебедева не понимала своего друга. Первым делом надо вызвать милицию. Так было заведено. – Почему не надо звонить? Объясни! Ты меня пугаешь, Лёша.

– Дура! – вдруг грубо шепнул Седов и, взяв Свету за руку, затащил её в гостиную. – Тихо ты! Ты ни черта не знаешь. Не твоё дело. Звонить не надо. Поняла?

Света была ошарашена. Его обокрали, а он не хочет об этом заявлять. Седов закрыл плотно двери в гостиную и, подойдя к Лебедевой, сказал:

– Это всё она. Как я сразу этого не понял? Это она, сука. Только она знала про эти деньги. Только она знала, где они спрятаны. Тварь! Тварь!

Седов рассвирепел. Он метался по комнате и матерился как сапожник. Светлана была в шоке. Она никогда не могла себе представить, что её возлюбленный может быть таким. Света испугалась.

– Лёша, а она – это кто? – робко спросила она.

– Кто, кто! Лиза! Благоверная моя.

– Так она же в Ленинграде.

– И что? – глаза Седова налились кровью. – И что?! У неё есть дружки. Вокруг неё вечно крутились эти странные личности. Гадина! Она всё же мне отомстила.

– Почему ты не хочешь вызвать милицию?

У Седова от слова «милиция» заходили желваки. Он наклонился над женщиной и, раздув ноздри, зло сказал:

– Потому что это не просто деньги. Это валюта. Поняла, бестолочь?!

У Светы мелькнул ужас в глазах. Она закрыла рот руками и замолчала.

– Вот так и молчи, – Седов в этот момент был скорее похож на убийцу, чем на заслуженного артиста. – Если ты кому-нибудь сболтнёшь, то я скажу, что ты со мной вместе скупала валюту. Ясно?

Света испуганно кивнула.

– Это расстрельная статья. А теперь собирайся. Вечер окончен.

1973 год. 19 августа. 19:09

– И сколько надо отдавать вот за это в месяц? – спросил Василий у Валеры, хозяина дома, который сдавал жильцам половину своего жилья.

– Двадцать рублей, – Валерий произнёс эту цифру настолько тихо и робко, что Куприянов понял, можно сторговаться и за десять.

– Двадцать?

– Это нормальная цена для этого района, – отстаивал свою цену Валера.

– Чего ж тут нормального? До трамвайной остановки километр. Гастроном тоже неблизко. Нет. Я поищу ещё что-нибудь. Спасибо.

Куприянов лукавил. Он за неделю посмотрел пять квартир. Дешевле тридцати рублей ему не предлагали. Часть частного дома, с отдельным входом, тёплой ванной и туалетом, с газовым отоплением. Это было хорошее предложение. Но Василий видел, что хозяин готов уступить и этим воспользовался.

– Подождите! – остановил уходящего Куприянова хозяин. – Я готов пару рублей скинуть.

– Пятнадцать. И больше мы не торгуемся, – твёрдо сказал Василий.

Валерий взял паузу. Он поразмышлял немного, и хотел было предложить другую цену, но увидев решительное выражение лица Куприянова, согласился. Василий отпраздновал внутри себя маленькую победу. Он достал из кармана голубую пятёрку и протянул её Валерию.

– Это аванс. Я перееду завтра. Ключик дадите мне?

Получив ключи от своей половины дома, Куприянов пошёл на почту звонить Ольге. Трубку взяла Марина Сергеевна, мама Ольги:

– Василий, а Ольги сегодня не будет. Она уехала с профессором Патоцким на конференцию в Минск. Вернётся только в среду.

– Она мне ничего не говорила. Жаль.

– Что ей передать, Василий?

– Спасибо! Ничего не надо. Я позвоню в среду вечером. До свидания.

Куприянов чувствовал, что родители Ольги недолюбливают его. Он простой парень из рабочей семьи, а Ольга дочь заведующего кафедрой в университете. Они сошлись совершенно случайно. Ольга пришла преподавать историю в институт. На первом же семинаре Куприянов влюбился в Ольгу Владимировну. Она была старше молодого студента-юриста, но Василия это не смущало. В итоге он своего добился. Они поженились. Вот только с детьми никак не получалось. Может именно поэтому отношения стали портиться. Когда Куприянов получил назначение в южный город, Ольга заявила, что остаётся у родителей в Москве. Она намерена работать над диссертацией. А к Василию приедет тогда, когда он получит квартиру. С квартирой быстро не получилось. Да и снятое Василием жильё вряд ли понравится Ольге. Но всё же они семья и надо жить вместе. «В среду сообщу Ольге, что квартира есть, – размышлял Куприянов, глядя на своё отражение в тёмном окне дребезжащего трамвая. – Не квартира конечно, но жильё вполне приличное. Врать не буду. Как есть, так и скажу. Она моя жена. Так что приедет обязательно».

Василий никуда не торопился. Он медленно поднялся на свой этаж и, достав ключи в полутёмном коридоре, пытался попасть в замочную скважину. Пока