Антология сатиры и юмора России ХХ века - Аркадий Михайлович Арканов Страница 79

Встань ото сна, напряги свои лапы, собака!

Ночью к обрыву Свободы сбеги незаметно.

Там о скалу наточи свои зубы и когти.

И доберись ты до самого края обрыва,

Чтобы оттуда пантерой на грудь господина

Прыгнуть — и вмиг разодрать его горло клыками,

И распороть его сытое, жирное брюхо,

И утопить свою жажду хозяйскою кровью,

И отшвырнуть эту падаль поганым шакалам,

И возвратить себе гордое имя — Собака!

Олвис как завороженная слушала мадранта. Эти слова и ярость, с которой они были произнесены, поразили ее. Ты мог бы стать поэтом, мадрант («Я не льщу ему: лесть повышает оплату».) Ты мог бы выступать на городских площадях, и толпа уносила бы тебя на руках, повторяя и скандируя твои слова. Ты мог бы увести эту толпу за собой на край света, и после смерти имя твое было бы высечено на скалах и памятниках. Ты улыбаешься, мадрант («Напрасно он улыбается, я говорю это вполне серьезно»), а я это говорю вполне серьезно…

Мадрант приподнял правую бровь. Эта женщина даже не знает, насколько она права, но мадрант не может быть поэтом, ибо поэт свободен и независим от мадранта, если он настоящий поэт. И тогда он становится врагом мадранта. Слова, рожденные поэтом, подчиняются только ему, а не мадранту. И если бы мадрант возлюбил