Время тьмы - Майкл Коннелли Страница 77

в дверь, но гудение телефона стихло прежде, чем она добралась до него. Рене увидела, что это городской номер, но не узнала его. Она колебалась, перезванивая вслепую. Это могло быть связано с ее слушаниями в Совете по правам. Она все еще не знала, состоится ли оно по расписанию после того, как с нее сняли дисквалификацию, а затем снова наложили.

Она подождала, и вскоре на экране появилось сообщение голосовой почты. Она неохотно воспроизвела его.

— Детектив Бэллард, это Карл Шеффер из Бюро уличного освещения. Я видел всю эту шумиху в новостях о так называемых Полуночниках, и я предполагаю, что это ваше дело, и кот вроде как вылез из мешка. Но, на всякий случай, если это все еще имеет значение, я хотел сообщить вам, что сегодня мы получили вызов на ремонт светильника в Хэнкок-парке, и я здесь, если вы хотите узнать подробности.

Бэллард немедленно перезвонила Шефферу.

— Детектив, как дела?

— Я в порядке, мистер Шеффер. Я получила ваше сообщение. Вы послали кого-нибудь починить свет?

— Нет, пока нет. Я подумал, что сначала посоветуюсь с вами.

— Кто сообщил об этом?

— Парень, которого мы там знаем — мы вроде как называем его мэром Виндзор-сквер. Это не на его улице, но люди там вроде как знают, что он специалист по уличным фонарям и прочим районным штучкам. Он позвонил сегодня утром. На самом деле, только что. Прямо перед тем, как я позвонил вам.

— Могу я узнать его имя?

— Джон Уэлборн.

Шеффер также дал Бэллард номер телефона, с которого звонил Уэлборн, чтобы инициировать запрос на техническое обслуживание.

— Я был прав насчет Полуночников — именно из-за них вы пришли к нам насчет светильников?

— Что заставляет вас так говорить? В газете было что-то про уличные фонари?

— Я этого не видел. Я просто как бы сложил два и два. В газете говорилось, что нападению подверглись три разные женщины, и вы спрашивали о трех разных уличных фонарях.

— Мистер Шеффер, Карл, я думаю, вы могли бы стать способным детективом, но, пожалуйста, никому об этом не говорите. Это не подтверждено полностью, и это может навредить расследованию, если станет достоянием общественности.

— Полностью понял, детектив. Я никому не говорил и, конечно, не скажу. Но спасибо за комплимент. Когда-то я думал о том, чтобы стать полицейским.

Сингл вошел снаружи и увидел серьезное выражение лица Бэллард. Он широко развел руки, как бы спрашивая, может ли он что-нибудь сделать. Бэллард покачала головой и продолжила разговор с Шеффером.

— Не могли бы вы дать мне адрес уличного фонаря, о котором мы говорим, мистер Шеффер? — спросила она.

— Конечно, могу, — сказал Шеффер. — Дайте-ка я посмотрю. Он зачитал адрес на Норт-Цитрус-авеню.

— Между Мелроуз и Беверли, — услужливо добавил он.

Бэллард поблагодарила его и отключилась. Она посмотрела на Сингла.

— Мне нужно идти, — сказала она.

— Ты уверена? — спросил он. — Я вернусь только завтра. Я подумал, может, мы возьмем собаку и...

— Я должна. Это мое дело.

— Я думал, у тебя больше нет дел.

Бэллард не ответила. Она вернулась в его спальню, чтобы собрать свои вещи и вытащить Пинто из его дорожного ящика, где он спал. Она использовала одежду из сумки для серфинга, которую держала в машине, в то время как Пинто угощался консервами из мини-маркета в районе, который считался центром города Актон. Ее пребывание у Сингла началось с простого домашнего ужина на барбекю на заднем дворе Сингла. В Елисейском парке он признался, что гордится хорошим барбекю, и она подвергла его проверке.

Выгуляв Пинто в зарослях кустарника, окружающих дом Сингла, она погрузила свои вещи и собаку в "Дефендер" и была готова к отъезду.

У открытой двери он поцеловал ее на прощание.

— Знаешь, это могло бы сработать, — сказал Сингл. — Ты остаешься в городе и занимаешься серфингом, когда я на смене. Три дня на воде, четыре в горах.

— Значит, ты думаешь, что из-за того, что ты готовишь отличный сэндвич с курицей, девушка просто упадет в обморок в твои объятия, да? — спросила она.

— Ну, а еще я готовлю отличную грудинку, если ты вернешься к употреблению красного мяса.

— Может быть, в следующий раз я сломаюсь.

— Значит, следующий раз будет?

— От этой грудинки многое зависит.

Она мягко оттолкнула его и села в "Дефендер".

— Береги себя, — сказал он.

— Ты тоже, — ответила она.

По дороге на юг, в город, она подождала, пока не миновала долину Санта-Кларита и не получила надежную телефонную связь, прежде чем позвонить по номеру, который ей дали — номер телефона Джона Уэлборна.

ЕЕ звонок поступил в "Ларчмонт кроникл", обслуживающую Хэнкок-парк и прилегающие районы общественную газету, в которой, как она узнала, он был издателем, редактором и репортером. То, что он был представителем средств массовой информации, делало звонок немного сложным. Бэллард нужна была от него информация, но она не хотела, чтобы та попала в его газету.

— Мистер Уэлборн, это детектив Бэллард из полиции Лос-Анджелеса. Могу я поговорить с вами несколько минут?

— Да, конечно. Это по поводу статьи?

— Какой статьи?

— В четверг мы опубликовали статью о сборе средств для офицера Уилширского подразделения, который потерял свою жену из-за ковида.

— О, нет, только не это. Я из Голливудского участка. Мне нужно поговорить с вами неофициально о чем-то, не имеющем отношения к газете. Я не хочу, чтобы это появилось в вашей газете. По крайней мере, пока. Это неофициальный разговор. Хорошо?

— Без проблем, детектив Бэллард. Мы ежемесячная газета, и в любом случае до крайнего срока остается пара недель.

— Спасибо. Я хочу спросить вас о вашем утреннем звонке в Бюро уличного освещения. Вы оставили сообщение о том, что на Норт-Цитрус-авеню не работает уличный фонарь.

— Э-э, да, я действительно сделал такое сообщение, но, детектив, я не предполагал, что было совершено какое-либо преступление.

— Конечно, нет. Но это может иметь какое-то отношение к делу, которое мы расследуем. Вот почему нас предупредили, и это та часть, о которой я хочу умолчать.

— Я понимаю.

— Можете ли вы сказать мне, кто сказал вам о том, что свет погас?

— Это была хорошая подруга моей жены Марты. Ее зовут Ханна Стоволл. Она знала, что может позвонить мне, и я предупрежу соответствующие органы. Большинство людей даже не знают, что у нас есть Бюро уличного освещения. Но они знают, что я знаком с людьми, которые знают людей. Они приходят ко мне.

— И она позвонила вам?

— Нет на самом деле, она отправила электронное письмо