Мифология Средневековья - Коллектив авторов Страница 32

к перерождению. В самой знаменитой версии мифа, популяризированной Овидием, птица добровольно возлагает себя на этот алтарь и сгорает в очищающем пламени, чтобы через три дня возродиться юной и полной сил. В других вариациях, старый феникс умирает естественной смертью, а из его праха возникает молодой птенец; либо же он создает из мирры погребальное яйцо для своих останков, из которого и появляется его преемник.

Христианские апологеты, такие как Климент Римский (I в.) и Тертуллиан (II–III в.), увидели в фениксе наглядную аллегорию воскресения Иисуса Христа, что способствовало популярности этого языческого образа в средневековой книжной миниатюре и христианской литературе. Пепел феникса в легендах часто наделялся чудодейственной силой, способной исцелять неизлечимые раны, лишать силы яды и восстанавливать иссушенные засухой земли.

Глава 7

Средневековые легенды европейских городов

В нескольких шагах от знаменитой Часовой башни, что гордо возвышается на холме Шлоссберг в австрийском Граце, несет свой вечный караул каменный пес. Эта трогательная скульптура – глубокий символ верности, сохраняющий память о реальном псе, чей отчаянный лай в 1481 году, по преданию, спас будущего императора Священной Римской империи Максимилиана I от похищения посланниками венгерского короля Матьяша I Корвина. Эта история – яркий пример того, как реальные исторические события обрастали в народном сознании легендами.

Старые европейские города полны подобных романтических, подчас мрачных и всегда по-своему поучительных легенд, рожденных в эпоху Средневековья, когда древнее языческое мироощущение тесно переплеталось с новыми религиозными представлениями, а исторические личности соседствовали с мифическими героями. У неаполитанского замка Кастель-дель-Ово есть волшебное яйцо, скрепляющее его фундамент, у польского Кракова – прожорливый Вавельский дракон, а у немецкого Гамельна – загадочный и зловещий Крысолов, уведший городских детей.

О том, как правильно отвечать на вопрос Ревельского водяного

Главный источник питьевой воды для эстонской столицы – озеро Юлемисте – хранит свою древнюю меланхоличную легенду, берущую начало во времена, когда город носил имя Ревель. Согласно поверью, в глубинах озера обитает старый и мудрый Водяной, страж его хрустальных вод. Раз в год, в самую темную и туманную осеннюю ночь, он выходит на берег и медленной, тяжелой поступью направляется к спящему городу. Постучав посохом в мощные городские ворота, он задает сторожам свой вечный, неизменный вопрос: «Достроен ли уже Ревель?». Услышав в ответ вечно повторяющуюся фразу: «Нет, господин, еще нет! Городу есть куда расти!», – древнее существо с чувством исполненного долга возвравается в озерные пучины. Согласно пророчеству, если он однажды услышит, что город наконец достроен, он немедленно призовет всех водных духов, и они могучими потоками хлынут из озера и навсегда затопят Таллин. Потому-то город и продолжает бесконечно достраиваться и перестраиваться, в этом – залог его спасения и продолжения жизни.

О том, как жители швейцарской деревни заключили сделку с дьяволом, а затем обманули его

В суровом швейцарском ущелье Шёлленен, где бурлит ледяная река Ройс, находится знаменитый Чертов мост. Его драматическая история восходит к XIII веку, когда местные жители, отчаявшись найти способ для безопасной переправы через стремительную и коварную реку, вступили в сделку с самим Дьяволом. Тот согласился возвести мост за одну ночь, но потребовал в уплату душу первого, кто на него ступит. Хитрые и находчивые крестьяне согласились, а когда мост был готов, пустили по нему первого козла. Обманутый Дьявол схватил огромный валун, чтобы разбить свое творение, но в этот момент из-за скалы появилась благочестивая старушка, осенившая себя крестом. Испугавшись святого креста, Дьявол выпустил камень, который так и остался лежать в ущелье как напоминание о дьявольском гневе и человеческой смекалке, а мост уцелел и многие века верно служит людям.

Генрих Келлер. Старый Чертов мост в ущелье Шёлленен. Ок.1812. Швейцарская национальная библиотека, Берн

О том, как Каркассонская дама спасла город от осады

Легенда, связанная с городом Каркассон, переносит нас в эпоху Карла Великого (VIII век). В те времена его войска, согласно красочному преданию, пять долгих лет осаждали неприступную цитадель, расположенную на юге Франции, в регионе Лангедок, неподалеку от Пиренеев. Эта стратегически важная крепость, занятая сарацинами, контролировала пути между Францией и Испанией. После гибели своего мужа-эмира защиту крепости возглавила умная и отважная дама по имени Каркас. Когда запасы еды и силы защитников были на исходе, она приказала собрать последние припасы: в закромах нашли лишь одного тощего поросенка и мешок зерна. Проявив незаурядную хитрость, Каркас велела откормить свинью драгоценной пшеницей и сбросить ее с самой высокой крепостной стены к ногам осаждавших. Увидев, что из разорвавшегося при падении животного высыпалось ценное зерно, Карл Великий пришел в ярость и замешательство: если осажденные могут так расточительно кормить скот, значит, у них полные закрома и они готовы держаться еще годы. Раздосадованный и обманутый, он отдал приказ снимать изнурительную осаду. В этот момент, гласит легенда, ликующе, Каркас велела трубить в рог, и один из солдат отступающей армии Карла воскликнул: «Carcas sonne!» («Каркас зовет!»), что якобы и дало городу, величественно возвышающемуся и поныне на скалистом утесе, его название, увековечив имя мудрой защитницы.

Бюст дамы Каркасс на фоне башни Нарбоннских ворот. Каркассон. Современное фото

О том, почему на крыше Руанского собора восседает грозная гаргулья

Гуляя по улицам старой Европы, можно заметить на крышах соборов каменных чудовищ. Эти грозные фигуры кажутся простым украшением, но их роль куда значительнее. Прежде всего, гаргульи – это водосточные желоба, отводящие дождевую воду от стен и тем самым защищающие здание от разрушения. Согласно же народным поверьям, своим устрашающим видом они должны отпугивать нечистую силу.

Одна из самых известных таких гаргулий находится на Руанском соборе. Легенда о ней восходит к VII веку, когда, по преданию, город страдал от чудовища, обитавшего в болотах леса Руврэ на левом берегу Сены. Огромный змей пожирал всякого, кто осмеливался войти в его

Горгулья. Руанский собор. Современное фото

Никто не решался сразиться с чудовищем, пока за дело не взялся святой Роман. Он пообещал горожанам построить в центре собор, если те примут христианство, а затем отправился в логово змея с двумя приговоренными к смерти преступниками, предложив им помилование в обмен на помощь. У болот они почувствовали запах серы, и один из преступников бежал. Но святой Роман продолжил путь, осенил чудовище крестным знамением, и змей покорно лег у его ног.

Оставшийся помощник связал змея епитрахилью