Vitrum Patrum (Житие Отцов) - Григорий Турский Страница 57

Память 19 ноября/2 декабря (+ 577)

Когда, следуя повелению Господнему, славный и мудрый пророк Моисей приготовился строить святилище Божественному Провидению и собирать требуемое для сего приношения, не было у него всего необходимого, но было поведено людям, чтобы каждый имеющий усердие приношение совершил без принуждения, но добровольно (Исх. 25, 2). И вот они приносили золото и серебро, и медь, и шерсть голубую, пурпуровую и червленую, и виссон (руно).

Но поскольку от учителей Церкви мы знаем, что все эти вещи аллегорические и означают разные виды благодетели, например, наши славословия сравниваются с этим руном, мы, у которых не бывает неподдающихся пониманию видений и которые в делах своих нерадивы, часто не жертвуем ни золота, ни серебра, ни жемчуга, ни ткани. Но давайте, по меньшей мере, принесем руно, то есть поведаем о чудесах святых и праведников Божиих в Святой Церкви, так чтобы те, кто об этом узнает, захотели бы последовать по пути, по которому святые удостоены были подняться на Небо. Недавно переданное нам повествование свидетельствует нечто о жизни блаженного Патрокла, и думаю я, что не следует предавать это забвению, но должно пересказать и, несмотря на слабость моего слова, я, тем не менее, не желаю скрывать то, что чрез раба Своего совершил Господь.

1. Блаженный Патрокл, житель Бурже, был сыном Эферия. Когда ему было десять лет, его поставили пасти овец, а брата его Антония отдали учиться грамоте. Правда, что они не принадлежали к высшему сословию, но при том не были и невольниками. Однажды в полдень оба брата пришли домой поесть — один из школы, другой с пастбища. Антоний сказал брату своему: “Посторонись, крестьянин. Твоя участь — пасти овец, а я изучаю грамоту. Мое занятие облагораживает меня, а тебя твое принижает”. Услышав такое и посчитав, что этот упрек ему адресует Сам Господь, Патрокл бросил свое стадо и решительно и быстро отправился в школу. Изучая все, что положено для детей, он, благодаря хорошей памяти, так стремительно усваивал знания, что превзошел своего брата и по объему знаний, и по быстроте мышления, чему способствовало и Божие поспешение. Позднее он был рекомендован для обучения к Нуннонию (который был раньше в большой милости у Хильдебера, короля парижан). Тот воспитал его с заботой истинно любящего, а Патрокл проявил такое смирение и так всех слушался, что к нему относились с родительской нежностью.

Вернувшись домой по смерти отца, мать свою он застал в живых. Она сказала ему: “Сейчас, когда твой отец умер, дорогой мой сын, я живу безутешной. Поэтому собираюсь поискать симпатичную молодую девушку из свободного сословия, чтобы ты женился на ней и смог утешить свою мать в ее вдовстве”. Но он ответил: “Я не соединюсь с женой в этом мире, а буду следовать тому, что по Божией воле зародилось в душе моей”. И когда мать, не поняв, спросила, что он имеет в виду, он не захотел объяснять, а пошел и нашел Аркадия, епископа горда Бурже и попросил его совершить постриг и рукоположить его в священный сан, что епископ, видя на то волю Божию, незамедлительно и сделал.

Немного позднее, исполняя дьяконские обязанности, он строго постился, любил всенощные, много читал и так погружался в долгие молитвы, что не приходил с другими священнослужителями к столу вкушать трапезу, как то было положено. Видя это, архидьякон сказал: “Или ты будешь трапезничать со своими братиями, или уйдешь от нас. Ибо не подобает тебе отказываться есть с теми, с кем должен ты исполнять свои обязанности в церкви”.

2. Душу раба Божия не потревожили эти слова, он уже и сам желал удалиться в уединение пустыни. Потому, уйдя из Бурже, пришел он в село Нерис, построил там себе молельню, освященную мощами святителя Мартина, и начал обучать детей письму. К нему стали приходить больные, и исцелялись, приходили и одержимые, и они освобождались от бесов.

Но он не имел еще того уединения, к какому стремился, ибо люди повсюду разносили весть о его добродетелях. Поэтому, чтобы иметь знамение, он заполнил маленькие листочки бумаги, положил их на алтарь и служил всенощные и молился перед ними три ночи, ожидая указания Господня. И великая милость Всеблагого, знавшего заранее, кем он будет, определила быть ему отшельником и судила взять ему листочек, указующий путь в пустынь.

Тогда он собрал дев и основал женский монастырь в той келье, где раньше жил, а с собой оттуда не взял ничего, кроме граблей и обоюдоострого топора; все остальное, нажитое своим трудом, оставил. И далеко зайдя в лесную глушь, пришел к месту под названием Медиокант, построил там келью и, продолжая труды свои, предался служению Богу.

И поскольку в том месте он привел в здравый ум многих одержимых и изгнал бесов рукой своей, сотворяя крестное знамение, к нему привели свирепого человека: рот его был широко раскрыт, зубы окровавлены; этими зубами он рвал все, что попадалось ему. Три дня молился Патрокл об этом человеке, распростершись ниц, и тогда силы небесные дали ему знать, что он может умягчить ярость этого человека, освободить его от смертельной опасности и восстановить его здоровье, если сунет ему в рот пальцы и вырвет оттуда злобного духа. Истинно, неправда злобного обольстителя не имела против него никакой силы.

И так же, как очищал одержимых, отражал он силой крестной то, что тайно замышлял злобный автор преступлений. Во время эпидемии чумы, о которой мы уже говорили, диавол, приняв обличив святителя Мартина, со злобным умыслом принес женщине по имена Леубелла дары, которые, как он сказал, спасут людей. Но как только их показали преподобному Патроклу, они исчезли — их изобличил Святой Дух; мало того, перед Преподобным явился ужасный распространитель зла и признал все свои злодеяния.

И правда, диавол часто преображается в Ангела света (2 Кор. 11, 14), чтобы обманывать неискушенных этим мошенничеством, и после того, как он расставлял Патроклу многочисленные ловушки, чтобы воспрепятствовать подняться ему на то место, с которого пал сам, он послал ему мысль оставить пустынь и вернуться в мир. Преподобный, чувствуя, как в его сердце проникает яд, распростерся в молитве, прося, чтобы ничего не сотворить неугодного Богу. Тогда явился ему во сне Ангел Божий и сказал: “Если ты хочешь созерцать мир, то вот столб: залезешь на него и увидишь все, что там происходит. И в этом сне был перед ним столб необыкновенной высоты, на который он залез и