Описание двора герцога Карла Бургундского, по прозвищу Смелый - Оливье де Ла Марш Страница 40

href="ch2-603.xhtml#id540" class="a">[604], которому помогали монсеньор де Русси[605], монсеньор Жак де Люксембург, его дядя[606], мессир Жан де Люксембург, его брат[607], и монсеньор маркиз Феррарский[608], одетые в черные акетоны из дубленой кожи, спереди было колье, вышитое золотом, и сзади вышивка из чистого золота. Лошади мессира Жана де Люксембурга и монсеньора маркиза были убраны черным бархатом с серебряной вышивкой и 24 колокольцами на каждом; сам мессир Жак де Люксембург был [одет] в малиновый бархат, шитый золотом, а монсеньор де Русси — в черный вышитый бархат. При себе они имели семь лошадей, чрезвычайно богато убранных, на которых скакали четверо пажей и конюх, одетые в плащи черного бархата, все с серебряной вышивкой и длинными жезлами, [затянутыми тканью] с вышивкой чистым золотом; [на каждом] было колье такой же вышивки, на головах — шапероны из коричневого и черного атласа, обшитого мелкими розами, низко спускавшиеся попоны их коней были вышиты чистым золотом, снизу до вышивки были разрезы, также богато украшенные вышивкой. Вторая [попона] была из синего сукна, усеянная белыми бубенцами, третья — из синей парчи, подбитая горностаем, четвертая была усыпана небольшими щитами, вышитыми серебром, пятая — из расшитой белой ткани, шестая из черного атласа, усыпанная серебряными шариками, а седьмая — из малиновой парчи.

Против господина де Фьенна вышел господин бастард [Бургундский], [верхом на лошади], покрытой попоной из зеленой парчи, окаймленной серебром. Таковы были трое сражавшихся в понедельник.

Когда они выполнили свой долг, господин герцог и все они вернулись в особняк, где в тот день был банкет из тридцати мясных блюд[609], сопровождавшихся еще 13 кушаньями без антреме. [В зале] стоял новый шкаф с новой посудой. Во время этого банкета в зал вошел большой зверь, похожий на грифона[610], [и] сделал круг, чтобы присоединиться к компании. На этом банкете играли часть [пьесы] о жизни Геракла[611], в стихах, рассказывающих об этом; затем начались танцы под конец этого банкета, пока все не пошли спать.

Во вторник, 5 июля, мой господин прибыл на турнир, а именно — в дом на рыночной площади, откуда он и дамы в этот день, как и в прочие, наблюдали за турниром. Когда он и судьи прибыли, появился монсеньор д'Аргель, сын принца Оранского[612], племянник герцога Бретонского[613], чьи слуги были одеты в пурпуаны из черного атласа и акетоны из зеленого бархата, лошадь каждого была украшена серебряными бубенцами в форме груши; меж них был монсеньор де Равенштайн. Его лошадь была убрана малиновой с серебром парчой с бубенцами; его щит был червленый, серебряный и зеленый; на его шлеме были длинные перья; за ним следовали три пажа, одетые в платье из зеленого бархата, с двумя полами из белого бархата, на их головах были шапочки из малинового бархата с загнутыми полями из черного бархата; одна из их лошадей была накрыта попоной из малиновой парчи, другая — попоной из синей парчи, а третья — из фиолетового бархата с золотой нитью.

Против господина д'Аргеля вышел монсеньор бастард [Бургундский], чья лошадь была накрыта попоной из белого дамаста, обшитой малиновым бархатом, сбоку был изображен крест Святого Андрея[614], усеянный серебряными позолоченными слезами, стекавшими с серебряного шнура.

Вторым в этот день был мессир Антуан Алуин[615], которому помогали во время боя виконт де Фюрн[616], монсеньор Алевин[617], монсеньор де Ам[618] и монсеньор д'Эстрее[619], одетые в пурпуаны из малинового атласа, плащи из черного и коричневого бархата, спереди и сзади у них была вышита золотом литера «Y»[620], на шее у каждого висела золотая цепь. Сам он был верхом на лошади, покрытой попоной из черного бархата, окаймленной листвой из золотой нити, поверх которой шли большие литеры «Y»[621], а на каждом листе висел бубенчик в форме [цветка] аквилегии[622], всего числом до пятидесяти. При нем были три пажа, одетые в черные бархатные пурпуаны, платья из фиолетового сукна, окаймленные вышивкой. Первая лошадь этих пажей была накрыта фиолетово-красной попоной, с одной стороны вышитой металлической нитью, а с другой стороны украшенной литерой «Y» из черной парчи, вторая лошадь была накрыта попоной из фиолетового атласа, с шариками из позолоченного серебра, обшитой золотой и малиновой бахромой.

Против него вышел монсеньор бастард [Бургундский, верхом на лошади] в богатой попоне из ткани, похожей на серебряную парчу.

В этот день третьим бился монсеньор Жан де Люксембург, которому помогали монсеньор де Русси, монсеньор Жак, его дядя, монсеньор де Фьенн и монсеньор маркиз Феррарский, одетые в пурпуаны из черного атласа и акетоны из синего атласа с вышитым сзади и спереди золотым цветком[623]; перед ними [шел] шут, одетый в расшитую ткань. При них были четверо пажей и конюх, одетые в плащи из черного бархата, украшенные серебром, в шапочках из зеленого атласа, с отворотами из черного бархата с крупными символами сзади и спереди. Лошадь мессира Жана была убрана очень богатой тканью с вышивкой золотом, его щит был фиолетовым. Одна из прочих лошадей была покрыта попоной из малинового бархата, окаймленной сине-серебряной парчой, вторая лошадь — попоной из синего атласа с [изображенными на ней] серебряными поленьями, и к каждому был прикреплен серебряный бубенчик, третья попона была подбита соболем, четвертая была из малиново-золотой парчи, пятая — из черного бархата, усеянная большими золотыми литерами[624]. Именно они бились в этот день.

Монсеньор бастард, который вышел против мессира Жана, был верхом на лошади, убранной коричневым бархатом с вышивкой в форме барбакана[625] и литерами его девиза[626] из зеленого бархата.

После этой джостры, когда сеньоры и дамы вернулись во дворец, в большом зале был банкет, приготовленный на двух больших столах. На высоком [столе] стояли большие корабли для блюд с мясом, большие шелковые шатры с флагами наверху для двух блюд, декорированные, позолоченные и богато украшенные павильоны для пирогов. Было подано 15 блюд, а также там был еще один новый буфет с новой посудой. Напротив правой части высокого стола стояла большая, мощная и высокая башня, представлявшая собой башню Горинхема[627], сделанная из синего камня, с балконом, фоссебреей[628]. На сторожевой вышке этой башни стоял часовой, который объяснял значение шатров и павильонов, а также самой башни. Из окон башни выглядывали, во-первых, кабаны, трубившие в военные трубы, слаженно и по очереди; во-вторых, по приказу часового показывались козы,