Собрание сочинений. Том 4 - де Вега Лопе Феликс Карпио Страница 115

Теодоро

Какой невежественный лекарь! Какое грубое знахарство! Чего и ждать, когда лекарство Изготовлял такой аптекарь! Твоя стряпня — для деревенщин. Ты — коновал и шарлатан, Мужик и неуч. Я, Тристан, Себе не так рисую женщин. Нет, для меня они кристальны, Они прозрачны, как стекло.

Тристан

Стекло, и ломкое зело, Как учит опыт нас печальный. Когда вам трудно одному, Я вам помочь берусь свободно; Мое лекарство превосходно Мне послужило самому. Однажды — чтоб меня повесить! — Я был влюблен, вот с этой рожей, В охапку лжи с атласной кожей, Лет от рожденья — пятью десять. Сверх прочих тысяч недостатков Она владела животом, Где б уместился, и притом Оставив место для придатков, Любой архив, какой угодно; В нее, друг друга не тесня, Как в деревянного коня, Сто греков влезли бы свободно.[114] Слыхали вы — в одном селе Стоял орешник вековой, Где обитал мастеровой С женой и детками в дупле, И то просторно было слишком. Вот так же приютить могло И это пузо, как дупло, Ткача со всем его домишком. Ее забыть хотел я страстно (Давно уж время подошло). И что же? Память, как назло, Мне подносила ежечасно То снег, то мел, то мрамор хрупкий, Левкои, лилии, жасмин И преогромный балдахин, Носивший имя нижней юбки. Я чах на одиноком ложе. Но я решил не пасть в борьбе И начал рисовать себе Все то, что на нее похоже: Корзины рыночных торговок, Баулы с почтой, сундуки, Вьюки, дорожные мешки, Где и тюфяк, и подголовок. И словно бы я молвил: сгинь! — Любовь преобразилась в злобу, И я забыл сию утробу На веки вечные — аминь! А ведь у этой душегубки Любая складка (я не вру!) Могла укрыть в своем жиру Четыре пестика для ступки.

Теодоро

Но где же я изъян найду? В Марселе места нет изъяну. Я забывать ее не стану.

Тристан

Что ж, кличьте на себя беду И шествуйте стезей гордыни.

Теодоро

Но ведь она же так мила!

Тристан

Вам от любви сгореть дотла Милее милостей графини.

ЯВЛЕНИЕ ТРИНАДЦАТОЕ

Те же и Диана.

Диана

А, Теодоро здесь?

Теодоро

(в сторону)

Она!

Диана

Я к вам.

Теодоро

Я ваш слуга, сеньора.

Тристан

(в сторону)

По оглашенье приговора Мы вылетаем в три окна.

(Уходит.)

ЯВЛЕНИЕ ЧЕТЫРНАДЦАТОЕ

Теодоро, Диана.

Диана

Меня одна моя подруга, Боясь не справиться сама, Просила черновик письма Составить ей. Плоха услуга, Когда я ровно ничего В делах любви не понимаю, А вы напишете, я знаю, Гораздо лучше моего. Прочтите, вот.

Теодоро

Когда вы сами Писали вашею рукой, Была бы дерзкой и пустой Попытка состязаться с вами. Не глядя, я прошу, сеньора, Послать письмо таким, как есть.

Диана

Прочтите.

Теодоро

Я готов прочесть, Но не для строгого разбора, А чтоб узнать любовный слог; Я в нем вовек не упражнялся.

Диана

Вовек?

Теодоро

Любить я не решался, Осилить робости не мог. Я из застенчивых людей.

Диана

Вы потому и на прогулках Крадетесь в темных закоулках, Плащом закрывшись до бровей?

Теодоро

Закрывшись? Я? Где и когда?

Диана

Вас встретил в облике таком Сегодня ночью мажордом, Но он узнал вас без труда.

Теодоро

Ах, это мы на склоне дня Шутили с Фабьо; мы подчас Заводим тысячи проказ.

Диана

Читайте.

Теодоро

Или то меня Чернит завистник неизвестный.

Диана

Или ревнует кто-нибудь. Читайте.

Теодоро