Венец одержимых. Золотые миражи Востока - Юрий Ходырев Страница 67

– Мне, скорее, надо принимать соболезнования…

Ренье вспомнил обличительные речи Раймунда-младшего и осторожно всмотрелся в лицо собеседника, пытаясь найти там страшные черты дьявола. Но на него смотрели искрящиеся умом глаза приветливого человека. Не уловив смысла в намеке кардинала, он сказал:

– Такое назначение очень почетно…

Лотарио Конти улыбнулся:

– Разумеется, ты прав, – он посерьезнел. – Но я имел в виду другое… На меня возложен тяжкий крест, ведь сегодня церковь окружена врагами и терпит одно поражение за другим. Мы потеряли Иерусалим и многие земли в Палестине. В Андалусии короли Арагона, Наварры, Кастилии, Леона и Португалии воюют с маврами, и эта благословенная земля еще не скоро будет освобождена от неверных, – он вздохнул. – Внутри христианского мира царит разлад. Германский император, короли и бароны не хотят признавать над собой безоговорочную власть Святой церкви. И для воплощения в жизнь заветов великого Гильдебранда нам придется принять самые суровые меры!

– Но ведь все властители подчинились булле папы и отправились воевать в Палестину!

Кардинал возмущенно воскликнул:

– А каких усилий нам это стоило?.. Нужно было их помирить, найти деньги, заготовить провиант и нанять корабли. И что получилось? Барбаросса вышел раньше всех и погиб, не дойдя до цели. Одна часть его войска возвращается обратно, другая сгинула на просторах Азии и только небольшой отряд достиг Тира… С какой пышностью прошлой осенью английский и французский короли отплыли от наших берегов! И где они теперь?.. По сию пору сидят на Сицилии!

Ренье постарался сгладить остроту разговора:

– Мне кажется, наши крепости в Палестине продержатся до подхода главных сил, ведь многие рыцари самостоятельно добираются туда и пополняют ряды их защитников…

– Эти люди – настоящие герои! Честь им и хвала!.. Но сейчас уже мало защитить оставшиеся владения на Святой земле. Нужно перейти в решающее наступление, отбить у сарацин Иерусалим, и двинуться дальше, чтобы занять рубежи, могущие обеспечить безопасность отвоеванных земель! А для этого нужна сильная армия…

Он встал из-за стола, следом за ним поднялся Ренье, и они пошли по садовой дорожке. В густеющей синеве неба зажглись первые звезды и вокруг разлилась возвышенная тишина. Лотарио Конти задумчиво сказал:

– В такие моменты я чувствую особую ответственность за свои дела. Ведь каждый из нас призван на этот свет для какой-то главной цели. Мне предначертано восстановить единство христианской церкви, и обеспечить ее господство над светскими правителями, – он поднял голову вверх. – Посмотри на небо. Его хрустальная твердь медленно поворачивается вокруг нас, и лишь одна звезда остается неподвижной. Римская церковь должна стать такой же звездой, вокруг которой будет вращаться весь мир…

Ренье робко возразил:

– Как мне кажется, все и так подчиняются Святому престолу.

– Не совсем так. Внутри церкви действуют недруги! Они многолики и вездесущи!

– Кто же они?

– Еретики!.. Мы насчитали больше сорока действующих сект! Они заполонили Тулузское графство, Арагонское королевство, Барселону, Авиньон, Бордо, Клермон, Лимож, Альби, Нарбон… Они распространяют свои догмы, искушают наших прихожан и подрывают авторитет Рима. Особую опасность представляют катары, которым покровительствуют многие светские правители, в том числе и Раймунд, граф Тулузский!

Юноша попытался защитить своего сюзерена:

– Но я не замечал за ним ничего предосудительного…

– Твое неведение легко объяснить. Ты долго был на Святой земле, да и молодости свойственна некоторая беспечность… Хочешь ли ты узнать правду?

Ренье смиренно склонил голову:

– Да!

– Ересиархи говорят: «Рим нас язвит и пожирает, он разрушает и умерщвляет всех. Его пастыри сделались волками, они разбойничают с видом ласковой дружбы». А вот еще один образчик грязного поношения: «Все рушится, когда приезжают кардиналы, всегда алчные, ищущие добычи. Они показывают пример нечестивой жизни: неразумные, без веры, они продают Господа и Пресвятую деву»!

Юноша растерянно молчал. На щеках Лотарио Конти выступил лихорадочный румянец:

– Недавно один из близких друзей Раймунда устроил публичное представление комедии с названием «Ересь попов», где священники выставлены лжеучителями! – он помолчал. – Среди паствы распространяются грязные стишки о римской церкви и пародии на священные обряды. Кто-то сочинил «Всепьянейшую литургию», обращенную к языческому богу Бахусу и заканчивающуюся богомерзкими словами: «Отче Бахус, иже еси в винной смеси! Блаженны живущие в кружале твоем! Да изопьется вино твое, да приидет царствие твое!»67

Он посмотрел на Ренье и спросил:

– Во что же превратится христианский мир, если не остановить этих исчадий ада?!

В памяти юноши всплыли когда-то слышанные суждения учителей церкви, и он со всей возможной кротостью ответил:

– Блаженный Августин считал еретиков полезными для католической церкви, поскольку разоблачение их заблуждений помогает вырабатывать доказательства правоты нашей веры. Он призывал христиан к терпению и великодушию в обращении с ними…

Лотарио Конти примирительно сказал:

– Разумеется, церковь не жаждет крови, не казнит и, тем более, не сжигает заживо еретиков. Она лишает их своего благоволения и передает их светским властям. А те решают, какому наказанию их подвергнуть. Несколько лет назад Веронский собор обязал сюзеренов приносить епископам присягу о строжайшем исполнении гражданских и духовных законов, направленных против ереси. Надеюсь, постепенно дело пойдет на лад…

Они еще недолго погуляли по саду и расстались.

На другой день Ренье поклонился собору Святого Петра, проехал по Риму, любуясь его древними памятниками и отправился на прощальную аудиенцию к кардиналу. Разговор был коротким. Лотарио Конти благословил юношу на поход и добавил:

– На востоке появилась некая секта мстителей. Они называют себя ассасинами и с легкостью убивают неугодных им властителей. О них ходит много легенд: будто бы они неуязвимы для мечей, копий и стрел, могут проходить сквозь стены и даже становиться невидимыми! При случае надо выяснить, не собираются ли они объявиться здесь?

Он вздохнул:

– Возвращайся скорее! И помни: главное сражение за истинную веру состоится здесь, на нашей земле!

Ренье откланялся и вышел к ожидавшему его слуге. Он был очень рад, что смог отвести от Раймундов грозящую им беду. Но кто из смертных мог остановить надвигавшуюся жестокую рознь между христианами? Однако ему не хотелось думать о далеком будущем, его мысли уже летели в Палестину.

Железный поток

Свежий морской ветер, как будто соскучившись по настоящему делу, с легкостью нес вперед разношерстную эскадру. На носу передового корабля стоял Ричард и с трудом сдерживая нетерпеливое биение сердца, всматривался в вырастающий из воды остров. Перед узким проходом во внутреннюю гавань Мессины