Аль-Мухальхиль - Арабская поэзия средних веков Страница 60

* * *

Люди, вы выполняли приказы, вы слушались, люди, меняВозле стремени шли вы, сопровождая коня.

Я скрывался от вас, исчезал, ожидая подчас:Кто поднимет завесу, — да есть ли смельчак среди вас?

Жизнь меня оставляла в покое, но лишь иногда,Для того лишь, чтоб снова, как пес, меня грызла беда.

Я оставлю в наследство одну лишь большую беду.Вместе с жизнью, приевшейся мне, — я навеки уйду.

* * *

Ночью молнию видел, блеснувшую вдруг из-за гор,Словно сердца удар, словно быстрый влюбленного взор.

А потом ее ветер смелей подогнал, и тогдаЗасияла вся ночь, как летящая в небе звезда.

Блещет молния смехом, а полночь грустит, исходяБесконечными, злыми слезами дождя.

И потоки дождя — как столбы в этом небе ночном.Словно шумных два спорщика: полночь и гром,

Из которых один все кричит и кричит, а другойВсе рыдает — с терзающей душу тоской.

Полночь, важно явившись, сурово глаза подвела,Но от слез нескончаемых полночь вдруг стала бела.

В свете молнии полночь нежданно напомнит змею,Что ползет по бархану и греет утробу свою.

А лишь снова сверкнет среди облачных клубов густых,Ночь предстанет как груда прекрасных цепей золотых.

Вот и ночь присмирела, звезду кто-то в небе зажег.Утро, спрятав лицо, собирается сделать прыжок.

Оно встало пред ночью с полоской зари впереди,Словно конь белоснежный, с полоской ремня на груди.

* * *

О души моей думы, поведайте мне: неспростаПогибает любовь и меня оплела клевета?

Нет, клянусь высшей волей, наславшей несчастья на нас:Я-то клятвы не предал и в мыслях своих ни на час.

О, когда бы посланец, что гнал, обезумев, коня,Передал бы мой взгляд вместе с тайным письмом от меня

Мой бы взгляд рассказал, сколько я пережил в эти дни!.Излечи же меня и прошедшую радость верни.

* * *

Тонкий лотос долины у чистого родника,Напоит тебя вьюга и мертвого сердца тоска.

Я бы был недостоин любви, если б здесь я не побыл чуть-чутьОбижаясь на страсть, — хоть к друзьям и не близок мой путь

Здесь какое-то время я побыл под утро, когдаНачал сумрак редеть и на отдых клонилась звезда.

* * *

О, когда ты, душа, образумиться сможешь, когда?Отвечала на это душа мне вот так: «Без труда

Только юноша в силах со страстью поладить своей.Говорят, то любовь, а ведь это уж смерть у дверей!»

* * *

Я проверил друзей, я любимых друзей испытал.Стал от них я скрываться, от встреч я увиливать стал..

Если ж их испытать — то нельзя подавать им руки…Ведь в глаза все — друзья, за глаза все — враги.

* * *

О душа, ужаснись и живи, вечный ужас неся.Опасайся людей, сторонись, о душа, всех и вся!

Разве люди они? В мире — хищников нету лютей.Это звери, надевшие платья людей.

* * *

За тягу к наслаждению не порицай меня.К чему мне слушать проповедь твою день изо дня!

Ты все бранишься, сетуешь и все клянешь вино.Занятие тяжелое, бессмысленно оно!

Бывали ведь советчики! И каждый был неправ.Им ли понять достоинство и благородный прав?

Вино — отдохновение от бедствий и труда.Я рядом с виночерпием уже с утра всегда.

И из кувшина тянется, прозрачна и темна,Как бы цепочка жемчуга, святая нить вина.

Но в кубок наливается потом еще вода —И пузыречки жемчуга со дна встают тогда!

И люди хвалят господа тогда на все лады,Огонь вина смешавшие с огнем простой воды.

Вино старо, и кажется, что то густой туман:То ль существует истинно, а то ль простой обман?..

Народом ад из Ирема нам создано вино,До наших дней хосроями оно сохранено.

В кувшине закупоренном, во мраке погребка,На боль в ногах не сетуя, оно стоит века.

Такое одинокое, оно ведь неспростаСредь нынешнего времени стоит, как сирота.

В нем мудрое раздумие, и шутка в нем. Лишь тотСерьезным будет истинно, кто шуткою живет.

* * *

С утра играет мелкою резьбою тихий пруд.Ему покоя ветры не дают.

То с севера, а то подует с юга.И пруд под солнцем блещет, как кольчуга.

* * *

Вот зрелый апельсин: раскаленаОдна щека, а рядом желтизна,

Как лик у той, что страстно влюблена:То вдруг красна, то вдруг бледна она.

* * *

Как тяжек путь туда, откуда нет возврата,Как тяжко потерять товарища иль брата,

Как тяжко ложе тех, кто одинок,—На нем шипы, и камни, и песок.

* * *

Развлеките меня, еще смерть не пришла ведь за мной,Еще дом не построен для тела, чтоб в мир отправляться

Утешайте меня! Сколько раз утешаем я был,Не добившись свидания с той, что любил…

Так утешьте меня, так утешьте, прошу еще раз,Когда знаю, что смерти ничем не отсрочится час.

Погубило меня то, что губит, быть может, весь свет:Смена алчных желаний, погоня за тем, чего нет.

Я дружил с хитрецом, что в груди своей злобу таил,Что вредил мне, насколько хватало коварства и сил.

Только другом моим становился он день ото дня,Хоть когда-то он злобствовал и ненавидел меня.

Много раз в своей жизни я добрые делал дела,Много раз сторонился позорных деяний и зла.

* * *

Я видел, как они за дичью мчались мимо,Как будто дикий ветр, влекли неудержимо,

И захотелось мне принять участье в лове,И захотелось мне отведать тоже крови.

* * *

Могила красотой пестрела небывалой:Тюльпан и мак сплетались с розой алой!

Спросил я: «Кто лежит?» Земля заговорила:«Поплачь — перед тобой влюбленного могила».

* * *

Будь глупцом иль невеждой прикинься — и будешь спасен,Ведь на этой земле предназначен лишь глупому трон.

Смотрит разум обиженный в этой юдоли земной,Как с тоской на наследника смотрит смертельно больной.

* * *

Коль завидует враг, то терпи что есть силы, и вотТерпеливость твоя непременно злодея убьет.

Так огонь пожирает себя с дикой алчностью. ВдругОн себя истребит, не найдя себе пищи вокруг.

* * *

Любишь ли ночь, озаренную ликом луны,И небеса, что серебряным светом полны?

Любишь вино, что дает благодатный покой,Кубки с которым — как будто бы с пеной морской?

* * *

О газель, искусившая душу газель,Я поклялся, я был ведь спокоен досель!

Но явилась без спросу она и как в бойКрасоты своей войско ведет за собой.

Жизнь и смерть моя в том получили ответ:Состоится ль свидание с ней или нет?

Мечет стрелы смертельные прямо в упор,Как стрелок авангарда, безжалостный взор.

А над нею стоят, и святы и чисты,Золотые знамена ее красоты.

Слева желтый цветок оттенил ее лоб,Справа родинка черная, как эфиоп.

Как легко ты идешь, приносящая смерть! —Надо бегством спастись благочестью успеть

Добродетель от ужаса вмиг умерла!Это дьявол явился, исчадие зла!

Раньше я сомневался — сейчас убежден:Пусть не дьявол она, но послал ее он!

Дьявол мне говорит, что нельзя оборотьВожделений своих. Все прощает господь!

«Ты греха не страшись! И дела и слова —Всё в руке милосердного божества!»

* * *