Геммы мудрости - Ибн аль-Араби Страница 33

сим он отъединил (себя от Бога. — А.С.) и обосновал, утверждая разъясняющие слова и на них основываясь; ведь сокрытое ведомо одному Богу. Так разделил он и собрал, сделал единым и умножил, уширил и утеснил. Затем, ответ свой завершая, сказал: «Я не говорил им ничего, кроме того, о чем Ты мне приказал»[358]. Сим отрицал сперва, указуя, что он — не Он; затем в утвердительное обратил речение свое, [147] выказывая учтивость к Испросившему (а не сделай сего, оказался бы не знающим истинностей), и исключил Его из того, добавив: «...кроме того, о чем Ты мне приказал», и это Ты говорил языком моим, и Ты — язык мой. Взгляни же на сию духовную божественную двойственность[359], сколь изящна и точна она!

«Поклоняйтесь Богу»[360], — сказал он именно «Бог», ибо разнились средь поклонявшихся вероисповедания и законоуложения; не избрал он одно имя в ущерб другим, а употребил имя собирающее. И далее: «Господу моему и Господу вашему»[361]. Ведь соотнесенность Его по господствию с разными сущими неодинакова, вот он и отделил одно от другого метонимиями первого и второго лица, сказав: «Господу моему и Господу вашему».

«Кроме того, о чем Ты мне приказал», — этим утвердил себя как получающего приказание (ма'мур), то есть как занимающего положение раба, ибо приказывают только тому, кто предположительно исполнит приказание (даже если в действительности он его не исполнит). Поскольку миропорядок (’амр) нисходил, определяемый (хукм) разрядами, то всякий, кто явился в каком-либо разряде, несет на себе печать истинности того разряда. Поэтому определяющее воздействие сего разряда, разряда получающих приказание, явлено в каждом из них, а разряда отдающих приказание ('амир) — в каждом из приказывающих. Так, Бог говорит: «Вершите молитву»[362] Он — приказывающий, а тот, кому предписано, получает приказание. Раб же говорит: «Господи, прости»[363]; он — приказывающий, а Бог — получающий приказание. То, что Бог требует от раба приказанием Своим, и есть то самое, что раб требует от Бога приказанием своим. А потому всякая мольба обязательно бывает удовлетворена, пусть и с задержкой, вроде того как задерживаются некоторые из облеченных приказанием, к коим обращены слова о сотворении молитвы: они не молятся в назначенное время, задерживая исполнение приказания, а молятся в другое время, когда смогут. Пусть и умеренно, но мольба всегда бывает удовлетворена.

Затем сказал он: «О них я», — заметь, не «о себе с ними», как то было в «Господу моему и Господу вашему», — «свидетель на то время, покуда я был с ними»[364], ибо пророки — [148] свидетели своих народов, пока они с ними. «Но с того времени, как Ты взял меня»[365], то есть призвал к Себе, скрыл их от меня и скрыл меня от них, «Ты был наблюдателем за ними»[366] не во мне, но в них, ибо Ты был их зрением, а зрение предполагает наблюдение. Посему свидетельствование человеком самого себя есть свидетельствование его Богом. Он (Иисус. — А.С.) назвал Его «Наблюдателем» потому, что его Он назвал «свидетелем», а он (Иисус. — А.С.) желал отделить себя от Господа своего, дабы знать, что он есть он как раб, а Бог есть Бог как Господь его. Потому о себе он сказал, что он свидетель, а о Боге — что Он Наблюдатель. Он назвал их (людей. — А.С.) прежде себя, сказав: «О них я свидетель на то время, покуда я был с ними», — предпочитая пропустить их вперед и проявляя учтивость, а говоря о Боге, поставил их позади Него: «наблюдателем за ними», ибо Господу полагается быть прежде.

Знай, далее, что у Бога-Наблюдателя тот же эпитет, который Иисус дал себе, свидетелю, в речении «свидетель о них», ибо сказано: «...и Ты — свидетель всякой вещи»[367]; слово «всякий» означает всеобщность, а «вещь» уничтожает неопределенное состояние [слова «всякий»][368]. И сказано о Нем: «свидетель», ибо Он — свидетель всякого свидетельствуемого, как то требуется истинностью того свидетельствуемого. И вот, сказав: «Я свидетель о них на то время, покуда я был с ними», подчеркнул он, что именно Всевышний — свидетель народа Иисуса. Сие — свидетельствование Бога в материи (мадда) Иисусовой так же, как удостоверено, что Он — язык его, слух его и зрение его.

Затем молвил он слово Иисусово и Мухаммедово. Оно Иисусово, ибо, как известил Бог в Писании Своем, молвил его Иисус; и оно Мухаммедово, ибо таково место его относительно Мухаммеда (да благословит и приветствует его Бог!). И вот, возносил он сие слово всю ночь, неотступно повторяя его, пока не забрезжила заря. «Если Ты их накажешь, то ведь они — Твои рабы, а если Ты простишь им, то ведь Ты — державный, мудрый»[369]. «Они» — местоимение третьего лица, и «он» — местоимение третьего лица; так же и [149] «Они те самые, которые не веруют»[370], сказал Он, употребив местоимение третьего лица: сокрытость стала между ними и тем, что означается наличным свидетельствуемым. Ведь в речении «если Ты их накажешь» он употребил местоимение третьего лица; оно и есть то самое покрывало, что скрывает от них Бога. Вот и дал им Бог знать сие прежде, чем дано им будет присутствовать при Нем, дабы к тому присутствию закваска уж овладела тестом и сделала его себе подобным[371].

«Ведь они — Твои рабы»: было обращение в единственном числе, ибо следовали они единобожию. Большей, нежели у рабов, нет приниженности: не распоряжаются они сами собой. Их судит и определяет господин их, и нет ему в том соучастника, вот и сказал он «Твои рабы» в единственном числе. А под наказанием и разумеется унижение; но ниже их нет, ибо они — рабы. Их самостями определено им быть униженными, а посему не унижай их: их не унизить более того, что они суть, будучи рабами.

«А если Ты простишь им», — если скроешь их[372] от наказания, кое заслужили они своим ослушанием, то есть дашь им прощение, которое сокроет и оградит их от сего, — «то ведь Ты Державный», то есть Неприступный. Когда Бог дарует сие имя рабу Своему, то Он именуется Дающим державность, а раб — державным: он неприступен тогда для возмездий и наказаний, коими хочет уязвить его Поражающий возмездием и Наказующий. Сим отъединил он (себя от Бога. — А.С.) и обосновал, подтверждая разъясняющие слова, а также чтобы сохранить единообразие,