Юродство о Христе и Христа ради юродивые восточной русской церкви: исторический очерк и жития сих подвижников благочестия - Иоанн Ковалевский Страница 28

потом стали есть и прочие, бывшие на корабле. Видя, что Серапион не ест в первый день, они предполагали, что он получил отвращение от пищи вследствие плавания, то же было и во второй, в третий и четвертый день. Когда в пятый день во время общего обеда, увидели, что он опять ничего не ест, спросили его: «Что ты не ешь, любезный?» – «Мне нечего есть», – отвечал он им. Услышав это, корабельщики стали спрашивать друг друга, кто взял его запасы на корабль. Когда же узнали, что никто не брал их (ибо ничего у него не было), то начали бранить его и говорили: «Как ты пошел сюда без всяких запасов? Чем будешь питаться в продолжение плавания? И чем заплатишь нам за перевоз?» Он спокойно отвечал им: «У меня ничего нет кроме худого рубища, которое на мне. Отвезите и бросьте меня там, где взяли». – «При настоящем, благодаря Бога, попутном ветре, – отвечали ему, – мы не согласимся сделать этого, если бы ты дал нам даже сто золотых». Таким образом Серапион пробыл без забот на корабле, и корабельщики кормили его до самого Рима. Здесь он встретился с одним доблестным в подвижничестве мужем, учеником Оригена, Домником, который совершал великие подвиги. О нем ходила молва, что он творил много чудес; говорили, что по смерти его даже постель его исцеляла болезни. Встретившись с ним и получив от него наставления (ибо сей муж отличался и нравом, и познаниями, и словом, и жизнью), Серапион спросил его: какой еще есть здесь подвижник или подвижница? – и узнал от него об одной девице, пребывающей в безмолвии, которая двадцать пять лет жила, заключившись в своей келье и ни с кем за это время не виделась. Серапион пришел в дом, где жила эта подвижница, и сказал прислуживавшей ей старице: «Скажи девице, что один монах непременно желает с нею видеться». Старица отвечала ему: «Затворница много лет никого не видит». Серапион повторил: «Поди, скажи, что я должен с нею видеться, ибо меня послал к ней Бог». Но и тут она не послушалась. Только через три дня Серапион получил доступ к затворнице. «Что ты сидишь здесь»? – сказал он, увидав ее. «Я не сижу, – отвечала она, – но иду». – «Куда же ты идешь?» – спросил Серапион. «К Богу моему», – отвечала девица. «Жива ты, или умерла?» – «Верую Богу моему, – отвечала она, – что умерла для мира; ибо кто живет по плоти, тот не пойдет к Богу». – «Если хочешь уверить меня в том, что ты умерла для мира, – сказал на это Серапион, – сделай то, что я делаю». – «Приказывай», – отвечала она, но только возможное, и я сделаю». – «Для мертвого, подобного тебе, – сказал Серапион, все возможно, кроме «нечестия», – сойди вниз и пройдись». – «Я не выхожу двадцать пять лет, – возразила девица, – как же теперь пойду?» – «Вот, – сказал Серапион, – не говорила ли ты: «я умерла для мира»? Очевидно поэтому, что и мир для тебя не существует. А если так, то мертвый ничего не чувствует и для тебя должно быть все равно – выйти или не выйти». Девица пошла. Когда она дошла до одной церкви, Серапион сказал ей: «Если хочешь меня уверить, что ты умерла и не живешь для людей, то сними с себя все платье, как вот я, положи его на плечо и ступай по городу, а я пойду впереди тебя в таком же виде». – «Но если, – ответила она, – я сделаю это, то многих соблазню таким бесстыдством, и кто-нибудь скажет, что это сумасшедшая, или беснующаяся». – «А тебе что за дело, если это скажут, – отвечал блаженный Серапион. – Ведь ты говорила, что умерла для людей; а мертвецу нет никакой нужды до того, бранит ли кто его или смеется над ним, потому что он не чувствителен ко всему». Тогда девица сказала: «Прикажи мне сделать другой подвиг; теперь я еще не дошла, а только молюсь о том, чтобы дойти до такой степени». – «Смотри же, сестра, – сказал ей Серапион, – не величайся, будто ты святее всех, и не хвались, что умерла для сего мира. Вот ты узнала, что жива еще и угождаешь людям. Я могу быть более мертвым, чем ты, и что я умер для мира, могу доказать делом. Именно тем, что равнодушно взираю на него; ибо не стыдясь и не соблазняясь, могу сделать то, что приказываю тебе». Урок блаженного Серапиона научил девицу большему смиренномудрию и тем возвел ее к большему совершенству[181].

Один пустынник пришел к Серапиону. Старец по обычаю предложил ему совершить молитву. Пустынник отвечал, что он не смеет молиться с ним по причине множества грехов, что он недостоин даже дышать одним воздухом с ним. Серапион хотел омыть ему ноги, но пустынник не допустил и до этого, опять представляя ту же причину. Серапион убедил его вкусить пищи и сам стал есть вместе с ним. Потом дал ему такое наставление; «Сын мой, если хочешь себе пользы, то сиди в своей келье, будь внимателен к себе и своему рукоделью; ибо, по молодости, для тебя полезнее сидеть в келье, чем выходить из нее». Пустынник, выслушав наставление, огорчился и так изменился в своем лице, что это не могло укрыться от старца. Почему старец Серапион сказал ему: «Вот сейчас ты говорил: «я грешник», – обвинял себя, как недостойного и «самого монашеского образа»; а теперь так рассердился, когда я с любовью давал тебе совет! Если хочешь быть смиренным, то учись великодушно переносить обиды от других и удерживайся от празднословия». Пустынник, выслушав это, раскаялся пред старцем и удалился от него, получив большую пользу[182].

Такова жизнь преподобного Серапиона, мужа бесстрастного и в высшей степени нестяжательного. Много славных и удивительных дел, относящихся к бесстрастию, совершил добродетельный сей мудрец Христов: но мы из многого описали немногое, заключает блаженный Палладий, епископ Еленополский в своем «Лавсаике». Скончался Серапион на шестидесятом году своей жизни[183] в пустыне Египта[184]. Память его празднуется 14 мая. По Иконописному подлиннику: подобием лицем блед от лощения, власы просты и надседы, брада доле Николины, риза на нем едина синдон, в руках Евангелие[185].

^