Избранное - Мать Мария (Кузьмина-Караваева) Страница 21

Я получу то, что мое.

Как нужно, подпись приготовь.

Твоим чернилом будет кровь».

Когда же срок?

Скиталец

В июле... Этой ночью.

Молчание

Анна

Давай молиться вместе.

Скиталец

Не умею.

Анна

Так кайся же.

Скиталец

Душа моя мертва.

Анна

Что ж делать?

Скиталец

Женщина, тебя я вижу

Средь нищеты. Одета ты в отрепье,

Лишь захоти — несметные богатства,

Сокровища, которым нет цены,

Твоими будут. Города из камня

Белейшего, невиданного плана,

Сады, где пальмы с кипарисом рядом,

Где гроздья винограда, как янтарь.

А в сундуках тяжелые каменья,

Алмазы, жемчуг, дорогие ткани.

Лишь захоти.

Анна

Не нужно мне богатства.

Скиталец

Твоею волею народы будут

Друг другу объявлять войну и гибнуть.

Твоею волей и война смирится.

И матери детей своих научат

Шептать с любовью благодарной имя

Той, кто от бед их защитил. Властью

Твоею будут изданы законы.

Анна

Не надо. Я от власти не пьянею.

Скиталец

Ты будешь молода еще недолго,

Но молодость века сберечь ты сможешь,

Поэты красоту твою прославят,

За взгляд твой воины пойдут на подвиг,

Свободный отречется от свободы.

Любовь твоя — для них одна награда.

Анна

Мне даже не обидно слушать это —

Так ты далек от мира моего.

Скиталец

Подумай. Скоро ты придешь к закату.

Смежишь глаза. Уйдешь с земли любимой.

А я тебе дарую долголетье.

Из чаши жизни будешь пить спокойно,

Не торопясь, не отравляясь страхом.

И только через триста лет, насытив

Все помыслы и все желанья сердца,

Кому-нибудь дар страшный передашь.

Анна

Оставь меня, ты сам, наверно, понял:

Без отклика твои слова.

Скиталец

Да, я понял.

Ни разу сердце не забилось быстро,

Не перехвачено дыхание твое,

Ни разу не шепнула ты: хочу.

А срок подходит..

Анна

Отчего сейчас ты

О заместителе своем подумал?

А эти триста лет прошли беспечно?

Скиталец

Все триста лет искал я в мире целом.

Я в тюрьмах был, средь осужденных насмерть.

В последнюю минуту обещал я

Их увести тайком чрез подземелье.

Они кидались с плачем на колени

И благодарно целовали руки,

Пока я им не говорил о плате,

И, с ужасом внезапным отшатнувшись,

Из двух дорог предпочитали плаху.

Да что! Ведь я бывал средь прокаженных,

Средь погребенных заживо в больницах,

Искал я голодающих детей

И матерям их предлагал богатства.

Я приходил к разбитым полководцам,

Манил их славой, лавровым венком —

Никто не согласился на расплату.

Вот срок настал... Ты непреклонна, Анна?

Анна

Ты виноват...

Скиталец

Но, Анна, я страдаю —

Нет в мире муки большей, чем моя.

Анна

Послушай... Я подумала... Решила...

Садись. Возьми перо, клочок бумаги

И запиши мое условье точно.

Ни золота, ни серебра,

И ни полей, и ни садов,

И ни рабов, и ни дворцов,

И никакого я добра

Не принимаю,

Не буду войны объявлять,

Не буду мира заключать,

Противна мне господства страсть,

Над братом никакую власть

Не принимаю.

Я обещалась побороть

Земную грешную любовь.

Не закипает в сердце кровь,

Все, чем прельщает душу плоть,

Не принимаю.

И если б ныне дух мой мог

Расстаться с телом — он готов.

Я не хочу твоих веков

И этот долголетний срок

Не принимаю.

Но заплачу я за тебя,

За душу душу дам в обмен.

Приму навеки вражий плен.

Спасу тебя, себя губя.

И подпись: АННА.

(Берет у него бумагу и расписывается в ней.)

Молчание.

Скиталец

Ты, Анна, ты...

Анна

Теперь твой час молиться

И каяться. Последний срок приходит.

Скиталец

Да, каменное сердце растопилось,

Как воск, оно в груди блаженно тает.

Глаза прозрели. Вижу грех свершенный

И в ужасе от пропасти бегу я.

Ты, Анна, ты...

Анна

Светает... Срок подходит.

Скиталец (молитвенно, сбиваясь, почти без сознанья).

Господь мой, я тебя благодарю...

Нет, покаянье — не благодаренье...

Не покаянье — за нее молю —

Прими мое предсмертное моленье.

Нет, каюсь, каюсь, каюсь. Сладко мне.

Грудь разрывается огнем на части.

Я в преисподней был, я был во тьме.

Теперь она, не я, во вражьей власти.

Прошу... благодарю... нет больше сил...

Ворота в вечность, шире распахнитесь.

Вот страшный срок настал, мой час пробил.

Живые души, все о нас молитесь.

(Умирает.)

Действие третье

У монастырских ворот. Низкие облака. Скоро рассвет.

ЯВЛЕНИЕ ПЕРВОЕ

Анна (входит, оглядываясь).

Недавно я покинула обитель,

А кажется, что океаны лет

Над головой моею отшумели...

Не буду сразу я сестер тревожить —

Пусть колокол ударит к ранней службе.

И отопрет привратница ворота...

Как будто я у цели. Все ж не верю,

Что буду за оградой монастырской,

Что там меня отыщет смерть.

Все ближе,

Все неотступнее она за мною —

Как за лисицею в лесу собака.

Ударит час. Костлявою рукою

Она горячее мне сердце тронет.

Окаменит все тело... Иль боюсь я?

Без страха думала о смерти раньше,

Скорее с радостью, как земледелец,

Собравший к осени весь урожай.

Пора труда тяжелого минула,

Усилья дали плод. И жатва — праздник.

Теперь мне страшно. Мысль моя о встрече.

Он ждет меня, невидимый противник,

Ревниво сторожит он час мой смертный.

Пусть не тревожится — не отрекусь я.

Душою заплачу сполна за душу.

Но есть соблазн — искать себе замену,

Как тот несчастный триста лет искал...

Быть может, что в последнюю минуту

Мне встретится больной или голодный —

И сам попросит, как о подаянье...

К монастырю я вовремя вернулась:

Ударит колокол, и постучусь я,

И доползу до паперти церковной,

И лягу, чтобы больше не вставать.

Усталость смертная...

ЯВЛЕНИЕ ВТОРОЕ

Входят слепой Василий и Поводырь.

Василий

Я не с тобою —

Я сам иду, и мне тебя не надо.

Поводырь

Ишь, расшумелся как. А я ведь пользу

Огромную тебе принесть могу.

Василий

Уйди. И пользы мне твоей не надо.

(Садится и поет.)

Васенька, Василек,

Костяной костылек!

Для людей дурачок!

На скамеечку прилег!

Ой-да, на скамеечку!

Засветил огонек,

Свечечку в копеечку!

Побасенка-басенка!

Василечек, Васенька!

Васенька, Василек!

Пред людьми дурачок!

Перед богом свечечка!

Свечечка в копеечку!

Василий Блаженный —

Мощи нетленны...

Поводырь (к Анне).

Ты ждешь, когда ударят к ранней службе?

Анна

Да, жду.

Поводырь

Ты этой службы не дождешься.

Пора.

Анна

Тебя ждала я тоже. Знаю,

Что время умирать мне наступает.

Василий.

Серая утка,

Желтый гусенок.

Басня-прибаутка.

Васенька, Васенок,

Васенька, Васютка!

Поводырь (к Анне).

Не торопись. Все