Родники рождаются в горах - Фазу Гамзатовна Алиева Страница 90

Жамалудин помолчал. Шли они довольно быстро, но Жамалудин дышал ровно, совсем не думая об усталости. Хаджимурад не сводил с него пытливого взгляда…

— Хан спросил пастуха; «Скажи мне, кто тебя учит?» — продолжал Жамалудин свой рассказ. — Пастух ему во всем признался. Тогда, говорит, хан понял, что без опытных людей стране не обойтись. Старые, видевшие жизнь люди нужны. И он в тот же день сказал: «Не сбрасывать больше стариков со скалы. Оказывать им всегда уважение».

Хаджимурад заглянул в бездонное ущелье.

— Не может быть, чтобы туда сталкивали людей! — усомнился он.

— Не знаю, сын мой, свидетелем не был. Как я сегодня тебе, так мне мой отец рассказывал, — ответил Жамалудин.

— Кто это может родного отца столкнуть со скалы?! Да и чужого человека тоже!

— Злая власть все могла заставить — убить, украсть, солгать. Ты запомни: «Когда ложь появляется в дверях, правда убегает через дымоход».

— Убегает до той поры, пока не соберет силы, отец!

— И на этот счет есть пословица: «Сливки в молоке оказываются сверху, но для этого нужно время…»

Хаджимурад приостановился:

— Мы дошли до камня!

— Здесь — Пчелиная скала, — медленно произнес Жамалудин, оглядывая окрестности.

— Почему Пчелиная? — удивился Хаджимурад.

— Ты и этого не знаешь?

— Отец, ты всегда о многом обещаешь рассказать… когда у тебя будет время, — сказал Хаджимурад, пряча улыбку. — Но времени-то у тебя все нет и нет!

— Ты думаешь, у меня сегодня некуда девать свободное время?

— Нет, я этого не думаю…

— Любишь ты поговорить и послушать, сын мой! А я молчалив. Ну что ж, расскажу и эту историю. Многие годы с того вон утеса смотрело на проходивших людей высеченное на камне прекрасное женское лицо. Фигуру, как бы вырастающую прямо из скалы, высек по преданию великий мастер. В прекрасных руках своих девушка держала солнце. На восходе и закате оно сверкало и, мечтателям казалось, даже излучало тепло. И не только мастерством работы восхищало людей это каменное изваяние. Удивляло всех, что нашелся храбрец, сумевший подняться на почти отвесную скалу, да еще там и работать молотком и зубилом. Кто же был этот мастер… Сын самого бедного человека в ауле. Он влюбился в красавицу — дочь богача. Был скромен, но все-таки решился открыться в своей любви. При первых же робких его словах девушка подняла бедняка на смех: «Ты — глупец, нищий! Как смеешь ты мечтать обо мне?»

Жамалудин увлекся своим рассказом, присел на камень. Хаджимурад остался стоять, но даже наклонился к отцу, стараясь не пропустить ни одного слова. Время от времени он поднимал глаза, чтобы посмотреть на уступ, где когда-то красовалось изваяние…

— Любовь джигита от этих злых слов не угасла, — продолжал Жамалудин неторопливо. — «Чем бы заслужить ее внимание?» — размышлял несчастный и ничего не мог придумать. Он обратился к старцу, самому уважаемому в ауле. Старик ему посоветовал: «Достигни совершенства в мастерстве. Ничто так не прославляет человека, как умелые руки»… Два года джигита не видели в ауле. Женщины сплетничали: «Он учится у прославленного каменщика в далеких странах». А джигит никуда не уезжал, учился у местного мастера. Он прятался от людей… Нередко ночью подходил к дому своей возлюбленной — так он любил ее, что хотел хоть изредка услышать голос.

Хаджимурад вздохнул. Он понимал теперь, как много говорят сердцу звуки нежного девичьего голоса…

— Однажды вечером, стоя под окном любимой, джигит услышал разговор, который поверг его в ужас: отец девушки договорился с другим богачом, у которого был сын, что они поженят детей. В полной растерянности бедняк бросился к своему учителю: «Скажи, как мне быть?» Старик посоветовал высечь на камне портрет девушки и осторожно положить ей на окно. Молодой джигит поставил на подоконник камень, где была изображена его возлюбленная. На следующую ночь он прокрался к дому и заглянул в окно. Девушка нежно гладила свое изображение на камне. «Кто этот человек, который с такой любовью, с таким мастерством придал камню мои черты?» — шептала она. Сдержанность и осторожность покинули джигита. «Это — я! Своими руками!» — крикнул он, прижавшись грудью к стене. Девушка недоверчиво усмехнулась. Молодой человек отпрянул от стены. Он был взбешен, разгневан недоверием. Больше за советами он не обращался. Как только рассвело, с молотком и зубилом юноша стал взбираться вверх по отвесной скале. На этой скале только орлы отдыхали порою. Пастух, стерегущий неподалеку стадо коз, увидел смельчака первым, позвал соседей. У горы собрался весь аул. Одни плакали, другие закрывали глаза ладонями. Здесь же оказалась и девушка, ради которой джигит совершал свой подвиг. «Вернись! — кричали ему. — Не иди против бога! В небо дороги нет!» Джигит добрался до верхушки скалы, привязал себя ремнем к уступу… На глазах испуганных людей под его руками камень начал оживать — все увидели сходство прекрасного лица на скале с живой девушкой — дочерью богача… А когда в каменных руках ее сверкнуло солнце, прославленные мастера аула признали молодого джигита самым умелым… Вот так было, сын мой…

— А что же дальше?

— Джигит услышал восторженные крики людей и среди них нежный возглас: «Махач, осторожно!..» Это крикнула его возлюбленная. Мастер понял, что он победил и, желая выразить свою радость, прыгнул прямо со скалы в реку, что бешено бьется в ущелье. Девушка сорвала с головы платок и рыдая кинулась вслед. Все это произошло так быстро, что люди и ртов раскрыть не успели. Но юный храбрец был не из тех, кто легко отдает жизнь, он вынырнул из воды, поймал свою возлюбленную за косы и с драгоценной ношей выбрался на берег.

— Но почему же скала называется Пчелиной? — недоумевающе пожал плечами Хаджимурад.

— Ты всегда спешишь, — недовольно заметил отец. — Я еще не кончил рассказ. Высекая на камне лицо своей возлюбленной, джигит заметил между скалами скопление пчел. Он не раз снова взбирался туда. И говорят, собрал больше ста марок[20] меду. Этот мед он продал, выручил большие деньги. Построил самый красивый дом в ауле.

— А девушка? — широко раскрыв глаза, спросил Хаджимурад.

— А девушка, оценив мастерство и храбрость джигита, отказалась выйти замуж за другого. Потом их сын не раз взбирался за медом на эту же гору. Когда в аул приезжали гости из России, говорят, именно он вскарабкался на скалу, достал мед и угостил всех — и своих и приезжих. Вот почему эту скалу называют Пчелиной.

— Жаль, что скала обвалилась, — вздохнул Хаджимурад.

— Да,