Федор Кравченко - Семья Наливайко Страница 62

— Про уход за посевами? — с улыбкой спросила мать.

— Нет, воззвание к мужчинам, к мужьям: «Проверьте, нет ли паразита у вас в семье? Не висит ли на вашей шее красотка жена?»

Мать нахмурилась:

— А среди мужиков нет паразитов? Может, на шее какой несчастной жены пропойца висит?

— Бывает и так, — согласился я, — но чаще всего красотки своих мужей оплетают…

— И чужих… и чужих… — насмешливо добавила мать. — Да и не только красотки…

Я хотел сказать, что в данном случае речь идет о Клавдии. По-видимому, мать догадалась и не дала мне высказаться:

— Ох, Андрюша, ты лучше к Наташе приглядись. Она тоже красивая.

— Она не такая! — почти закричал я.

И тут же, опомнившись, заявил, что мне, в сущности, нет дела до Наташи… Я сам по себе, а она сама по себе… Мать посмеивалась, глядя на меня. Я еще больше сконфузился. И бог знает зачем (может быть, потому, что Максим как раз уехал на фронт), я рассказал матери сказку про солдата Омельку и Смерть. Мать уже совсем развеселилась:

— Мели, Омельку, хоть всю недельку!

Шагая с ней рядом по степной дороге, я еще о чем-то говорил и радовался, что ей хорошо. Тогда и пришло мне в голову, что мы все должны заботиться о счастье матерей, как они о нас заботятся… Что касается меня, то я буду стараться, чтобы наша добрая мать всегда чувствовала себя и сильной и счастливой в своей семье.

1942–1944 гг.