Любите ли вы САГАН?.. - Софи Делассен Страница 87

отметив, что она, по его мнению, никогда не была ярой защитницей левых сил, как Сартр, Арагон или Мальро. Он заявил, что статья Франсуазы Саган отражает определенную обеспокоенность в рядах левых сил. Его вывод: «То, что я вижу в статье Франсуазы Саган, которая нападает на прессу, в частности на журнал «Нувель обсерватер», — это смешение всех понятий, таких, как солидарность, которую необходимо проявить правящим классам к представителям нашей профессии, в задачу которых входит отражение озабоченности и требований французских граждан. В заключение я хочу сказать, что вижу в агрессивности, носящей несколько парижский оттенок у Франсуазы Саган, рвение, совершенно не похожее на политическую ангажированность или на беспристрастное размышление. Это рвение кажется мне даже неуместным по отношению к Франсуа Миттерану, при всем моем восхищении и уважении к президенту. Но я всегда относился к дружбе требовательно и с достоинством».

В течение ряда лет, несмотря на все преграды, нежность Франсуазы Саган к президенту, желание его защищать остаются прежними. Романистка продолжала принимать его у себя и пунктуально приезжала к воротам Елисейского дворца, когда он ее приглашал. Жак Аттали в первом томе своего произведение «Veibatim» на странице, написанной 18 февраля 1982 года, упоминал об этих обедах с участием артистов: «Все чаще и чаще президенту нравилось собирать за столом парламентариев, артистов, писателей. Бывало так, что здесь появлялся человек, которого он не знал, — его приводил кто-то из его друзей. Практически отсутствовали министры, функционеры высшего ранга. Порой это бывали необычные сборища, когда незнакомые люди, преодолев первое замешательство, начинали говорить совершенно обо всем и очень часто о проблеме уплаты налогов. В этой компании можно было встретить Фернана Броделя, Франсуазу Саган, Пьера Микеля или какого-нибудь депутата из провинции, Режин Дефорж, Жоржа Кьежмана, Реймона Дево и Мишеля Серреса».

В качестве члена французской делегации Франсуаза Саган дважды сопровождала главу государства в официальных поездках, первый раз в Колумбию, второй — в Польшу. Во время первой же поездки в Южную Америку осенью 1985 года французы, раньше ни о чем не подозревающие, узнали, что президент испытывает нежную привязанность к непоседливой романистке. Журналист Жан-Люк Мано, приближенный к президенту, тоже участвовал в этом путешествии. Он свидетельствует: «Я дважды видел Франсуазу Саган и Франсуа Миттерана вместе. Это было на улице Бьевр. Миттеран очень уважительно к ней относился, а она умела его выслушать. Саган — личность особенная, беспокойная, немного сумасбродная, и это очень привлекало президента. Он любил людей, способных переступить через существующие нормы поведения. У нее все время были проблемы с деньгами и уплатой налогов, и я вспоминаю, что он советовал ей быть повнимательнее. Она жаловалась ему: «Ужас, я уже растратила все деньги за две будущие книги». Иногда он даже звонил Мишелю Шарасу, чтобы тот не предъявлял ей санкций. Он также с большой симпатией относился и к певице Барбаре. Президент был очень предан дружбе и ценил это качество в Саган. Она его никогда не предавала. Когда она садилась в самолет, направляющийся в Боготу, я услышал саркастические высказывания некоторых приглашенных:

«Подумать только! Саган летит в Колумбию».

17 октября, в четверг, президентский самолет совершил посадку в Боготе, и вся делегация направилась в гостиницу «Текандама», где были забронированы номера. Сначала все гости присутствовали в залах дворца на пышной церемонии, организованной одним колумбийским бизнесменом, а потом у них было свободное время до завтрашнего праздничного ужина, который устраивал президент Колумбии Бе-лизарио Бетанкур в честь главы французского государства. Днем в пятницу некоторые члены делегации заметили необычную худобу и возбужденность романистки. Их не удивило ее отсутствие на праздничном ужине. Как и предусматривалось, Франсуа Миттеран произнес речь, в которой ответил на недовольство своего колумбийского коллеги, рассказывая о ядерных испытаниях, проводимых Францией в Тихом океане. «Я согласен с теми, кто хотел бы, чтобы в мире навсегда прекратились ядерные испытания, — заявил он. — Если бы они обратились с подобным требованием ко всем государствам, располагающим этим смертоносным оружием, их наверняка бы услышали! Я солидарен со всеми странами, требующими прекратить испытания всех видов ядерного оружия. Я под этим подписываюсь. Однако необходимо, чтобы те, кто представляет угрозу миру, начали действовать, иначе страны, не имеющие такой силы, станут жертвами политических амбиций».

Все это время Саган в бессознательном состоянии находилась в постели. Случайно ее обнаружила женщина из обслуживающего персонала и забила тревогу. Романистку срочно перевезли в военный госпиталь, предназначенный для высшего офицерского состава колумбийской армии. Расположенный на окраине Боготы, он представлял собой современное одиннадцатиэтажное здание, которое охраняли солдаты в касках, вооруженные автоматами. В отделении интенсивной терапии Франсуазе Саган сделали несколько исследований (сканирование, рентген), затем произвели зондирование. Предварительная причина недомогания была установлена: нарушение дыхательного процесса в результате большой высоты — Богота - находится на высоте 2 тысячи 640 метров, на одном из самых высоких плато в Андах. Вероятно, она стала жертвой «горной болезни». Все процедуры контролировались доктором Клодом Гублером, личным врачом президента Миттерана, и полковником Рафаэлем Райесом, заведующим отделением интенсивной терапии в военном госпитале Боготы. Первая информация появилась во Франции 19 октября в два часа ночи с телеграммой агентства Франс Пресс. В официальном сообщении полковник Рафаэль Рай-ес пытался быть оптимистом. «Не нужно преувеличивать серьезность положения, вызванного изменением климата, среды и питания», — заявил он. Райес объявил, что состояние здоровья Саган удовлетворительное и он надеется на ее скорое выздоровление. В тот же вечер в прямом включении из Боготы на канале «ТФ-1» в программе «Новости» в 20.00 выступил министр культуры Франции Жак Ланг. Он сообщил, что автор романа «Здравствуй, грусть!» госпитализирована с отеком легкого и нарушением мозгового кровообращения. Но ни одно из этих оптимистических заявлений не являлось достоверным. Франсуаза Саган все еще без сознания находилась в отделении интенсивной терапии; врачи не исключали отека легкого и временного нарушения кровоснабжения мозга, вызванного недостатком кислорода в период перевозки в госпиталь. Они также предполагали медикаментозное отравление и кардиологические нарушения, обострившиеся в условиях горного климата. К счастью, рентген и сканирование в конце концов указали на обратимое недомогание.

Франсуа Миттеран кое-как продолжал свое путешествие, но его мысли были далеко отсюда, он все время думал о своей подруге, находившейся в опасности. «Получалось так, что это Саган путешествовала по Колумбии с участием Франсуа Миттерана, а не наоборот, — продолжает Жан-Люк Мано. — Он говорил только об этом и просил постоянно информировать его о состоянии ее здоровья».

В сопровождении Жоржа Бесса, генерального директора государственного предприятия «Рено», Франсуа Миттеран посетил в Меделлене заводы по сборке автомобилей «софаза-рено», расположенные на окраине города. Праздновалась пятнадцатая годовщина существования