Айлин - Анель Авонадив Страница 70

Завожу ее руки за спину, убирая со своего тела аккуратно, другой ладонью прижимая Айлин вплотную к себе, и целую-целую-целую.

Она высвобождает ладони из моего захвата, обнимает снова за шею, ее пальчики касаются затылка, она зарывается ими в волосы. Внутри огненная буря эмоций.

— Ты так вкусно пахнешь мужчина, — она дышит мне в шею, водит ладонью по коже. А я беру ее руку, и целую каждый пальчик, которыми она умело рисует узоры на коже, вызывая мурашки по всему телу.

Я никогда не был силен в пылких признаниях женщинам, говорил обычные слова любви, без красивых фраз. А эту девчонку, я хочу одевать в комплименты каждый день. Ведь с ней я понял, наконец, на чем держится счастье.

В своем прошлом, когда я хотел жениться на Дине, быстро решил для себя вопрос «А что важно?" Тогда я видел одни плюсы в браке без любви, меня устраивали удобные и комфортные отношения без чувств. Как я мог пренебречь любовью, поддавшись разуму? Теперь понимаю, что раньше я попросту не мог сделать правильный выбор, потому что ничего важного в прошлой жизни для меня не было. Хорошо, что сейчас все иначе.

Да, мир, по-прежнему не идеален, но я чувствую себя счастливым. В моей жизни было всякое: я познал душевную боль измены, переживал и шел дальше, стиснув зубы, я познал трансформацию любви в ненависть. Память еще хранит бесконечные холодные зимы, уверен был, что уже не оттаю, подозревал каждую первую женщину в предательстве на автомате, не давая даже шанса на реабилитацию.

Айлин вернула мне способность чувствовать: теперь меня не бесят пробки в мегаполисе, я не закрываю шторы в квартире и с улыбкой встречаю новый день, у меня есть силы жить и двигаться дальше.

Мне не обязательно вести с Айлин долгие разговоры о жизни, мы с ней друг друга чувствуем, мне никогда ни с кем не было так хорошо в молчании. Мне кроме нее никто не нужен.

— Я места себе не находил пока ты была в больнице, — первый нарушаю молчание, Айлин жмется ближе, потираясь макушкой о мой подбородок, ее дыхание сбивается, она часто дышит. Отодвигаю ее от себя, всматриваюсь в лицо, она опустив глаза, говорит:

— Я испугалась, — то как она жмется ко мне словно котенок, вызывает во мне желание беречь этот хрупкий цветок.

Неожиданно для себя беру Айлин на руки и несу на кухню, она почти невесомая. Усаживаю ее себе на колени.

Девчонка крепко обнимает меня за шею, прячет лицо, первое время ерзает, выбирая удобное положение, трется кончиком носа о мою щеку, прижимаясь всем телом, вызывая во мне приступы штурма. Такая она смешная и сомлеем еще девчонка.

Убираю волосы с ее лица, поднимаю подбородок:

— Егор, знаешь…., - ее голос обрывается, она виновато улыбается. смотрит на меня своими огромными глазами цвета синего неба. Не пойму, что хочет сказать: первое что приходит в голову, снова признание в любви.

— Что, Айлин, говори, — тону в ее глазах, не давая себе ни единого шанса на спасение.

— Меня никто не носил на руках, — пауза, — братья и папа не считается, — ее голос сиплый

— Привыкай, я буду это часто делать, — снова улыбается

Не озвучиваю вслух, но уверен, что с этой девочкой я понял главное: принадлежность ей спасет меня от одиночества, теперь мне очевидно, что утонул в ней безвозвратно, навеки покорившись любви.

Каждый раз себя спрашиваю что я такого хорошего сделал, что Бог послал мне ее? До боли притягательную девочку, вкусную, чистую, бессовестно любящую эту жизнь и что самое интересное она любит эту жизнь так, как никогда не любил ее я.

И если сначала хотел поговорить с Айлин о том, что произошло по настоятельной просьбе Руслана Ибрагимовича, то теперь понимаю, не хочу портить вечер, мне просто хорошо с ней в данным момент времени. У нас таких вечеров будет предостаточно.

Я против давления, считаю, если Айлин захочет сама расскажет со временем. А учитывая, что расследование зашло в тупик, следы потеряны, исполнителей нет в живых, я не понимаю какие зацепки все еще хочет найти дядя Айлин?

Главное, что с ней все в порядке. Она в моих объятиях, скоро станет женой.

У нас много пауз, мы мало говорим. Айлин со мной и наше молчание мне не кажется странным. В нем я чувствую, что становлюсь, наконец, самим собой: довольным жизнью, с греховными мыслями, как у любого нормального мужчины.

— Можно я тебя поцелую и еще…, - отвечаю даже не выслушав ее вопрос до конца, перебиваю:

— Конечно, — тяну на себя, целую сам, она так вкусно целуется.

Теперь воспринимаю мир без нее, все равно что злая шутка. Обнимаю Айлин я слышу море, мое сердце подобно морским волнам: то затихает, то вновь шумит.

— Говорила что угостишь вкусным чаем? — перевожу тему, потому что уверен система контроля долго этой пытки не выдержит. Предохранители давно скрипят и дают сбои при каждом касании.

Не знаю, может я старомоден, но я не хочу торопить события, у нас с Айлин все будет правильно.

— Ой, — прикрывает ладошкой губы, спрыгивает с колен, я же поправляю брюки, встаю и не спешно иду за рубашкой.

Пока надеваю верхнюю одежду, у Айлин звонит телефон.

По разговору понимаю, что говорит с подругой.

Руслан Ибрагимович говорил, что подружка первое время поживет с Айлин. Честно сказать, мне так спокойнее. По крайней мере поеду домой со легким сердцем.

Когда ее тоненький голос Айлин меняется и я слышу тревожные нотки, иду на кухню, вижу перед собой картину: она смотрит на телефон, крепко сжимая аппарат до белых костяшек. Не успеваю задать вопрос, слышу:

— Аленка в больнице, — голос тихий, — Алан с ней, она не приедет ко мне сегодня

Сажусь на стул, наблюдая как меняется ее настроение: то как она разливает чай в маленькие аккуратные чашечки, ставит блюдце, кладет на него салфетку, расставляет предметы на столе, создает ощущение уюта и тепла. Ловлю ее тревожный взгляд:

— Серьезное что-то?

— Сказала придется полежать, все расскажет все при личной встрече, — пауза, — я волнуюсь, Егор, а к ней можно поехать сейчас?

— Можно, но не нужно, Айлин, завтра будет день, обещаю отвезу тебя

Она кивает, садится напротив, подбирая под себя ноги

Делаю глоток чайного напитка. Мне нравится, необычный состав трав приятно пахнет.

— Все вкусно, спасибо, — Айлин смущенно улыбается, добавляя:

— К чаю ничего нет, я