Прикоснись к моему сердцу - Ники Сью Страница 7

Стиснув челюсть, поднимаю голову, встречая насмехающийся взгляд. Беркутов не ценит то, что имеет. Принимает как чертову данность и с легкостью с ней прощается.

– Можешь сколько угодно говорить, что тебя отстранили из-за меня, но не забывай: именно ты никогда не доводишь до конца то, что начинаешь.

Глаза Беркута сужаются, словно он вот-вот бросится на меня, в полной мере оправдав свою фамилию. Кирилл открывает рот, чтобы что-то ответить, но не успевает, так как нас прерывает тонкий женский голос:

– Будьте добры, рассаживайтесь по своим местам.

Кир бросает в мою сторону злобный взгляд, в секунды меняющийся на безразличие, с которым он относится ко всему на свете, и усаживается позади меня.

– Мот, вы бы сбавили обороты, – полушепотом произносит Леха.

Я ничего не отвечаю, лишь сильнее стискиваю пальцы в кулак.

– Итак, меня зовут Одинцова Агата Сергеевна. Я ваш новый преподаватель маркетинга, – склонившись над столом, она раскладывает ноутбук и несколько книг.

– А все наши преподаватели теперь будут выглядеть так? – игриво произносит Беркут за моей спиной. – Кажется, я готов наверстать все пропуски и даже учиться сверхурочно.

По аудитории разносится волна смешков. Усмехнувшись, подпираю голову рукой. Прошлый препод был мужчиной пятидесяти лет, больше заинтересованный в лишней паре часов сна. Мы не доставляли ему проблем, за что с легкостью получали свои зачеты. Если у этой малышки есть стержень и она хочет заставить нашу группу учиться, – а она определенно хочет это сделать, судя по ее подходу, – ей придется хорошенько поднапрячься.

– В ваших интересах внимать каждому моему слову и оставить свои пошлые шуточки за пределами аудитории. Надеюсь, наши мнения не совпадают, в ином случае, боюсь, могут возникнуть проблемы, – уже строже говорит она.

Мой интерес набирает обороты, я поднимаю голову и начинаю разглядывать молодую преподавательницу. Каштановые волосы собраны в высокий хвост, белая блузка застегнута практически на все пуговицы кроме пары верхних, узкая юбка-карандаш подчеркивает утонченную фигуру, а черные туфли на высокой шпильке придают образу дикую сексуальность. Где-то внутри меня загорается желтый свет, который вот-вот перейдет в тревожный красный.

– А как же второй шанс? – снова изрекает Беркут, продолжая забавлять однокурсников, в то время как мой пытливый взгляд впивается в лицо преподавательницы. – Если ко мне требуется индивидуальный подход?

– Тогда все вопросы вы можете решить на кафедре. Кстати, как ваша фамилия, чтобы я сделала пометку насчет студентов, нуждающихся в особом отношении?

– Кирилл Беркутов, – произносит он так, словно только от его имени преподша должна потерять сознание.

– Отлично, тогда, пожалуй, с вас мы и начнем. Вы ведь не боитесь рискнуть? Потом не будет сожалений? – с долей иронии интересуется она.

Сквозь дымку воспоминаний в голове проносится: «Никаких имен и сожалений. Только эта ночь».

Не может этого быть! Резко выпрямившись, подскакиваю, отчего ударяюсь коленом о край парты.

– У нас есть еще желающий? – преподавательница переводит на меня взгляд. – Как ваша фамилия?

– Орлов, – слова выходят хрипом.

– Наш знаменитый капитан футбольной команды. Вы будьте с ним помягче. Сами понимаете, тренировки сильно выматывают, – забавляется Беркутов.

Мы встречаемся взглядами, и глаза Агаты распахиваются от шока. Она хватается за край своего стола и едва уловимо покачивается. Это шутка такая? Моя таинственная незнакомка – новый препод по маркетингу? Серьезно? Да вы издеваетесь! Пульс ускоряется, похлеще чем во время тренировки, когда Иваныч решает прогнать нас лишний круг по полю.

Агата.

Девушка, выкривающая проклятия, пока я доводил ее до очередного оргазма не только членом, но и губами. Та, что сводила меня с ума на протяжении всей ночи каждым движением своих бедер, царапала плечи и бесследно исчезла утром, оставшись приятным воспоминанием.

Она приходит в себя и, откашлявшись, отстраняется от стола. Обходит рабочее место, хватает телефон и начинает рассказывать план дальнейшей работы: за что мы можем получить дополнительные баллы, что ждет в конце семестра. Мало кто слушает, парни в основном перешептываются между собой насчет ее соблазнительной фигуры, не стесняясь в выражениях. Я же, в отличие от них, прекрасно знаю, насколько притягательно это женское тело. Буквально чувствую на кончиках пальцев нежность ее кожи.

Твою ж…

Провожу ладонью по лицу, мысленно отсчитывая минуты до окончания пары. Нервозность во мне накаляется с каждой секундой. Когда наконец звучит проклятый звонок и однокурсники покидают аудиторию, я остаюсь на своем месте, хватаясь за остатки терпения, чтобы не сорваться.

– Мот, ты идешь? – Леха смотрит на меня, засунув руку в задний карман джинсов.

– Догоню, – рассеянно бросаю я, не сводя взгляда с Агаты.

Она надевает очки и, закусив губу, сосредоточивается на экране ноутбука, нервно постукивая каблуком по полу.

Дождавшись, когда все выйдут, устремляюсь к ней.

– У вас какие-то вопросы, Орлов? – не отрываясь от экрана, спрашивает она.

– Да, один определенно есть. Почему ты ушла утром и ничего не сказала? – напрямую говорю я.

– Вы о чем? – она наконец поднимает голову и смотрит на меня, взгляд полон непонимания. – И попрошу соблюдать субординацию. Я ваш преподаватель.

– Ты сейчас шутишь? – усмехнувшись, упираюсь ладонями в стол и нависаю над девушкой. – Ты, я и парочка оргазмов.

Ее щеки вспыхивают и покрываются густым румянцем. Откашлявшись, Агата снимает очки и встает, разглядывая меня так, будто просит немедленно взять свои слова обратно, а лучше вообще выйти за дверь. А потом вслух подтверждает это:

– Орлов, либо вы сейчас же покидаете аудиторию, чтобы прийти в себя, либо у нас с вами возникнут проблемы.

– У нас с тобой и так проблемы. – С моих губ срывается смешок. Взгляд цепляется за ее губы, и я с трудом сдерживаюсь, чтобы не поцеловать Агату.

– Я не собираюсь терпеть хамское отношение только потому, что вы – звезда футбольной команды, – парирует она. Ее голос, сухой и напряженный, никак не вяжется с тем, что я все еще слышу в своей голове.

Серьезный вид, сложенные на груди руки – прямой намек, чтобы я убрался восвояси и перестал нести чушь. Агата Сергеевна дала четко понять, что она не та девушка, с которой мы провели жаркую ночь. Но фишка в том, что я не идиот и не спутаю ее ни с кем другим.

Это она. На сто процентов.

Агата.

Мой взгляд скользит по изгибу шеи, пульсирующей жилке, в которую я впивался губами, оставляя отметины, по щекам, покрытым румянцем, когда она была на вершине блаженства, и губам, искусанным до крови.

Что ж, если Агата хочет поиграть в незнакомцев, хорошо. Я принимаю вызов. Она еще