Жду тебя на безлюдной станции - Инудзюн Страница 60

Я села на скамейку и принялась наблюдать за летавшими вдалеке птицами. Вот бы и Ёта мог так же свободно парить в небесах…

Вчера я впервые нашла в себе силы взглянуть в лицо прошлому – весь вечер я смотрела фото и видео с Ётой. Поначалу воспоминания причиняли боль, но потом я почувствовала теплоту в душе и даже начала улыбаться.

Не думаю, что смогу быстро измениться, но я решила, что нужно понемногу привыкать к миру без него. Это нужно нам всем – и мне, и Ёте, и всем тем, кто меня поддерживает. Только теперь я смогла посмотреть на это под другим углом.

Послышался шум автомобильных тормозов. Я обернулась и увидела незнакомый чёрный «седан». Солнце отражалось от окон, и я не видела, кто там за рулём.

Наверняка кто-то приехал на станцию, чтобы кого-нибудь проводить или встретить.

Вдруг открылась задняя дверь, и из машины вышла… Саэ.

Я замерла в изумлении. Девочка приближалась ко мне с улыбкой, какой я никогда ещё у неё не видела.

– Видела поезд? – спросила я, и в то же время глаза школьницы наполнились слезами.

– Да… Я и правда видела закатный поезд. Собственно, я приехала, чтобы сказать это.

Я по-прежнему стояла, не в силах вымолвить ни слова, и Саэ крепко сжала мою руку.

– Позавчера на закате не было ни единого облачка. И он приехал. Закатный поезд приехал!

– И ты… увидела… маму? – В горле так пересохло, что я не могла нормально говорить.

Саэ кивнула, улыбаясь сквозь текущие по щекам слёзы.

– Всё потому, что мы с вами тогда поговорили. Смогли наконец принять свою потерю.

– Мама что-нибудь сказала?

– Ой, вы даже не представляете, как мне досталось! И за поведение, и за учёбу, и за домашние дела… Но хвалила она ещё больше. И обнимала…

Я была так рада за свою юную знакомую, что и из моих глаз потекли слёзы.

Как же хорошо, что Саэ всё-таки увиделась с мамой!

Девочка вытерла слёзы носовым платком и всё таким же плачущим голосом продолжила:

– Вы обязательно встретитесь с Ётой. Погода сегодня просто идеальная! Мне так хотелось, чтобы вы тоже поверили в чудо, что я попросила папу подвезти меня до станции, чтобы успеть до заката.

Машина когда-то успела переместиться на другую сторону и стояла чуть поодаль.

– Я тоже наконец смогла откровенно поговорить с мужем, – поделилась я. На щеках Саэ снова блестели слёзы.

– Тогда всё точно будет хорошо. Я попросила закат, чтобы чудо случилось и с вами. Расскажете потом? Правда, мне надо ходить на подготовительные курсы – а то я их то и дело прогуливала, так что теперь мы не сможем видеться так часто.

– Хорошо. Удачи тебе!

– Спасибо. До свидания, – попрощалась девочка и пошла прочь.

– Послушай, – окликнула её я. – Ты рада, что смогла увидеть маму?

Саэ показала правой рукой знак «V», мило улыбнулась и зашагала к машине.

Скамья для собраний была уже занята. На ней сидел чёрный кот Горо и внимательно смотрел на меня. Я опустилась рядом, и кот, поднявшись, перебрался ко мне на колени.

Всё небо было залито невиданно ярким закатом. Оранжевый цвет разных оттенков разлился до самого горизонта, и озеро внизу сияло золотом. Сидя на скамье для собраний, я впервые ощущала, как меня окутывает спокойствие, наполнявшее весь окружающий пейзаж.

Горо у меня на коленках встал, потянулся, спрыгнул вниз и пошёл прочь, даже не оглянувшись.

– Горо! – позвала я кота, но его уже нигде не было видно.

Я вдруг заметила, как по краю платформы кто-то идёт. Это был молодой парень в тёмно-синем костюме. Увидев вышивку на груди форменного пиджака, я сразу вспомнила, что в легенде о закатном поезде присутствует ещё и дежурный, который объявляет о его прибытии.

– Вы дежурный?

– Моя фамилия Миура, – представился молодой человек. Заходящее солнце светило так ярко, что я не смогла разглядеть выражение лица собеседника.

– Извините…

– Я помогаю тем, кто приходит сюда, увидеть закатный поезд. Впрочем, вы, как я вижу, в моей помощи не нуждаетесь – я чувствую, что вы уже верите в чудо.

Солнце ушло чуть ниже за горы, и я увидела спокойное лицо Миуры.

– Я верю.

– Встреча возможна только раз и продлится лишь до тех пор, пока не догорит закат.

– Помню.

Как странно… Впервые услышав эту легенду, я подумала, что встреча не может быть такой преступно короткой, что это просто жестоко. Я даже думала, что при встрече обниму Ёту и просто убегу с ним в ночь. Но сейчас всё было иначе.

– Мне обязательно нужно кое-что ему сказать.

Золотистый свет лился с неба, как дождь или снег, окутывая всё вокруг.

Закатный поезд не приезжал лишь потому, что я никак не могла принять смерть Ёты. Только теперь, кажется, я смогла очнуться от долгого сна. Вернее, мне всё ещё хотелось оставаться во сне, но я понимала, что уже пора вставать.

– Поезд скоро прибудет.

Я проследила за взглядом Миуры и тоже посмотрела вперёд. Стук колёс раздавался всё ближе. Зелёный тоннель засиял – и показался поезд.

Я ахнула. Сверкающий вагон, несомненно, принадлежал тому самому закатному поезду. Он затормозил, растворяя оранжевый мир вокруг.

Поезд остановился. Двери открылись, и на платформу сошёл чёрный силуэт, и в тот же миг я бросилась ему навстречу.

– Ёта… Ёта!

Я узнала сына даже по силуэту. Ёта стоял в той же одежде, в которой вышел в тот день из дома, и плакал, глядя на меня.

– Ёта!

Я обняла сына, тут же ощутив знакомый запах. Не в силах вымолвить ни слова, я беспрестанно ощупывала его, сверяясь со своими ощущениями, – слишком боялась, что он просто растает в воздухе.

– Мама…

Я так давно не слышала его голоса… Из глаз непрерывным потоком текли слёзы. Когда я наконец отпустила его, желая рассмотреть лицо, я обнаружила, что сын смущённо потупился.

Слёзы всё лились и лились, будто из глаз вытекала вся жидкость, что только есть в теле. Я могла только плакать. Мне хотелось столько всего сказать, но сейчас я только плакала, не в силах выдавить из себя ни единого слова.

– Мама… Мам… Это… – Ёта силился что-то сказать сквозь слёзы.

– Что такое? Я выслушаю всё, что ты захочешь рассказать. – Я погладила сына по голове, и он вытер слёзы рукавом.

– Прости. Прости, что так тебя расстроил… У тебя из-за меня было столько проблем… Прости, – надрывно повторял Ёта.

Я отрицательно покачала головой:

– Это ты меня прости. Я