В другой раз повезет - Кейт Хилтон Страница 56

Вот только человеком этим оказалась его мама, которая терпеть не может боевики. В мире и без того слишком много зла, нечего его еще и выдумывать, так она считает.

На плечо ему ложится рука. Он открывает глаза — перед ним, согнувшись, стоит Зоя. А рука — это рука его отца, он сидит с ним рядом. Похоже, они приехали вместе, и это очень странно. В последнее время они друг друга избегают, по крайней мере в его присутствии, и это полная жесть: Оскар долго надеялся, что они поженятся, как вот мама с Элоизой. Уж если обзаводиться мачехой, то лучше Зои не придумаешь. Зоя с папой — не просто друзья, это сразу видно, но они, похоже, переругались. А теперь вроде бы помирились. Дело хорошее.

— Оскар, — говорит она, — лапушка, у тебя где-то болит?

— Это не его кровь, Зоя, — поясняет папа. — Ты ведь у нас цел, да, дружище? Все будет хорошо.

Оскар кивает. Уилл обнимает его за плечи. Приятно. Оскар прижимается к его руке.

— Молодец, что позвонил мне, — продолжает Уилл. — Я так разволновался, когда услышал про эти беспорядки — знал же, что ты там…

Он прокашливается.

— Зак уже едет сюда, — сообщает Зоя. — Попросить его вернуться и привести тебе смену одежды? Например, чистую футболку и свитер?

Оскар еще раз кивает. Говорить трудно. Он страшно устал.

— Зоя? — Входят тетя Марианна с дедушкой Марвином. — Что тут такое? Где мама? Где Нина? Она была впереди.

Зоя смотрит озадаченно.

— Лидия здесь? Оскар, ты видел тут бабушку?

— Нет, — отвечает он. — Я не видел ее с тех пор, как она пошла драться с этими козлами. Лупила их только так. Одному плакат об голову сломала. И дедушка там был тоже.

Оскар закрывает глаза. Хочется лечь и проспать неделю. Слышит рядом разговоры взрослых.

— Да, с этой семейкой не соскучишься. — Уилл смотрит на Зою, потом наклоняется к Оскару и очень тихо произносит: — Давай-ка вот это про бабушку пока никому больше рассказывать не будем, ладно? Не хочется, чтобы у нее были неприятности. Очень много сегодня было пострадавших.

— Ладно, — соглашается Оскар. — А можно спросить, как там мама?

— Я пойду выясню, — предлагает Зоя. — А ты тем временем давай-ка поезжай с Заком ко мне и передохни.

— Как только будут новости про маму, сразу пришлю сообщение, — говорит Уилл. — И ты через пятнадцать минут опять будешь здесь. Как тебе такой план?

Оскар кивает.

— Спасибо, пап.

ГЛАВА 31

Зоя

Как выкинуть из головы такого мужчину, как Уилл Шэннон? — пытается понять Зоя. Как выдрать с корнем романтические чувства к человеку, который встречает тебя в больнице в тяжелый для семьи час, заключает в объятия, целует в макушку и говорит: «Ты не представляешь, как я рад тебя видеть»? Как оторваться от человека, который крепко держит тебя за руку, осматривая зал ожидания в поисках сына, а увидев его, бормочет: «Ну, слава богу» — и подбегает, чтобы сграбастать его в объятия? Как сдержать слезы, когда мальчик так и обмякает от облегчения, услышав слова отца: «Все будет хорошо, Оскар. Я тут, с тобой. И я тебя люблю»?

Только колоссальным волевым усилием, оказывается. Но с чем-чем, а с силой воли у Зои все в порядке, а кроме того, есть на что отвлечься: являются Марианна с Марвином, хотят знать, что с Беатой и Лидией; входит Зак, терзаемый угрызениями совести — его нужно срочно заверить в том, что тетушка и кузина не умрут, исходя на ненависть к нему; Оскар рассказывает про стычку Лидии с протестующими, после чего Уилл замечает, что, возможно, понадобятся его профессиональные услуги.

— Хорошо бы увезти отсюда Оскара, — добавляет он.

— Отправлю его домой с Заком, — решает Зоя.

— Какой ты собранный человек, — хвалит ее Уилл. — Очень я таких люблю.

— Давай пока разберемся, кто здесь, в больнице, и в каком состоянии.

Хочет собранности — будет ему собранность. Зоя подходит к администратору и просит позвать Нину.

— Сейчас вызову, — отвечает медсестра.

— Можно узнать про состояние Лидии Хеннесси?

— Посмотрю.

Появляется Нина в больничном халате.

— Наконец-то! — восклицает Марианна. — Что вообще происходит? Ты чего нам не позвонила?

— Прошу прощения. Тут полный ужас, меня срочно вызвали на подмогу. Беата в операционной. Я узнавала полчаса назад, все шло хорошо, но она среди тех, у кого самые серьезные травмы. Было внутреннее кровотечение, но его удалось остановить. — Пауза. — Пап, сядь, пожалуйста. Ты очень бледный.

— Я их потерял, — убивается Марвин. — Потерял в толпе.

Нина садится рядом, берет его за руку.

— Ты ни в чем не виноват. Беата сильно пострадала, но врачи уверены, что она поправится. Ударилась головой, сломала пару ребер — одно проткнуло легкое, отсюда и осложнения. На ноги она встанет не сразу, но обязательно встанет.

— А Лидия? — спрашивает Марвин. — Как твоя мать? Я себя не прощу, если…

— С ней все хорошо, пап. Можешь к ней сходить. Ей дали обезболивающее, так что она в тумане, однако в сознании. Легкое сотрясение мозга и перелом ноги, — нужна будет операция, но, видимо, не сегодня.

— Слава богу, — говорит Марвин.

— Мне кажется, что мне, как ее адвокату, имеет смысл с ней побеседовать, — вступает в разговор Уилл. — Марвин, вы не возражаете?

— Нет. Конечно, беседуйте.

Нина ведет их в реанимацию.

— Возможно, у нее спутанное сознание, — предупреждает она и отдергивает занавеску — за ней лежит Лидия в больничной одежде.

— Никакое не спутанное, — заявляет Лидия.

— Лидди, — произносит Марвин, присаживаясь на постель и беря ее ладонь в свои. — Как же я переволновался.

— И зря, — отрезает Лидия. — Я же непотопляемая.

Они улыбаются друг другу.

К постели подходит медсестра.

— Проснулись, — комментирует она. А потом поворачивается к Нине: — Доктор, полицейские хотят восстановить картину того, что случилось по ходу столкновения. Ваша мама была в самой гуще событий, они просят разрешения с ней поговорить. Сказать, что пока нельзя?

— Да, пусть подождут. Я пока не понимаю, насколько она отдает себе отчет в своих действиях.

— Отдаю, и очень неплохо, — сообщает Лидия.

У Нины пищит пейджер.

— Проклятье, — говорит она. — нужно идти. Мам, тобой будет заниматься доктор Уокер, а я приду, как только освобожусь. Что до остальных, не торчите здесь слишком долго. Маме нужно отдохнуть.

Все окружают постель, Уилл задергивает занавеску.

— Миссис Хеннесси, как вы себя чувствуете?

— А