Лето лучше по-любому - Мурат Тюлеев Страница 23

— Ну, что, молодежь? — улыбнулась делегатка с кривыми передними зубами. Слово «молодежь» она произнесла так, что сразу стало ясно: после буквы «ж» в этом слове есть мягкий знак. — Какую музыку слушаете?

Лагерные молчали. Они забыли название «Верасы». Сколько Флюсовна не шипела сзади: «Ве-ра-сы-ы-ы… Ве-ра-сы-ы-ы..», никто не мог рта открыть. Быстрее всех нашелся Влад:

— Ну, это, «Песняры» слушаем. «Здравствуй, песенка».

— Только не песенка, а песня, — поправила Молодежье, как прозвала делегатку про себя Алина. По всей видимости, среди делегатов тоже одна Молодежье и могла говорить. Остальные молчали и глупо улыбались.

— Задавайте нам любые вопросы, — ощерилась делегатка. — И можете выразить свои пожелания комсомольцам других стран.

Лагерные снова как в рот воды набрали. Наиля краснела и потела.

— Хотим передать, — снова выручил Влад. — Чтобы над Гаваной было солнце, а над братским народом Гренады — знамя свободы от американского империализма. Товарищу Морису Бишопу вечная слава. А еще мой любимый журналист — Томас Колесниченко. А передача — «Международная панорама».

— Далеко парень пойдет, — заметила с доброй улыбкой Молодежье.

— Далеко-о-о, — поднесла руку в бровям Наиля Флюсовна, будто высматривая тот горизонт, куда она пошлет Влада с его чемоданом.

— Парень молодец, — шепнул Щелоков Алине. — Как его зовут?

— Влад, — с гордостью ответила Аля. Она поняла, к чему тут строит из себя комсюка ее друг и поклонник. — Он вчера цветы на клумбе сорвал, так его за это из лагеря выгоняют.

— Нет, — твердо сказал второй секретарь. — Пока в ВЛКСМ не вступит, из лагеря ни ногой. Так и передай Николаю Дмитриевичу.

— Хорошо, — расплылась в радостной улыбке девушка.

Глава 8. Синие с красной каемкой и якорем на боку

К разочарованию Глеба Никифорова, к ужину опоздали. Лагерь уже справился с макаронами по-флотски и теперь гудел на спортплощадках и у озерца. Флюсовна отправилась выбивать ужин для пятерки активистов.

Через некоторое время замначлаг вернулась с пакетом в руках:

— Наши достопочтимые повара отказались кормить опоздавших. Ничего, зато я раздобыла для вас, ребятки, пирожки с яблоками и котлетки. Разделите это все по справедливости. Всем объявляю благодарность!

Посчитав, что выполнила свой долг, Наиля с довольным видом отправилась в штаб, а лагерная делегация осталась стоять у столовой с несколько потерянным видом.

— На, держи, толстый, свой сухпай! — Влад вытащил из пакета пирожок и котлету в просаленной бумажке. — Надеюсь, до утра протянешь.

— А почему это ты распоряжаешься едой? — возмутился Глеб.

— Как хочешь, — пожал плечами Владислав и сделал вид, что убирает еду обратно в пакет.

— Ну, ладно, ладно! — взмолился Никифоров. — Дай тогда хотя бы еще одну котлетку. Их там много, я видел…

— На, только не ной! — отсыпал ему от царских щедрот два пирожка и две котлеты Влад. — Неудовлетворенный желудочно!

— У меня язва, между прочим! — парировал пухлый и смылся с добычей, распихав ее по карманам.

— Как там тебя? Шкаликова? На свой паек!

— О, благодарю, не стоит, — жеманно ответила Валя. — Я фигуру соблюдаю.

Недоуменно глядя вслед Шкаликовой, Влад подбросил в руках тяжелый еще пакет:

— Чую, мы обожремся сегодня!

— У меня предложение, — загадочным тоном произнесла Лида. — Хотите выпить, молодежь?

— Молодежье, — ровным тоном отозвалась Аля. — Балдежье… Хотите пить — идите на озеро, так, что ли? Мы эти приколы знаем.

— А вот и нет, — пританцовывая, помотала головой командирша. — У меня кое-что есть.

— Пиво? — предположил Влад.

— Тепло! — заинтриговала Лида.

— Тархун!

— Холодно!

— Да хватит тебе, — раздраженно махнула рукой Алина. — С чего бы нам вообще с тобой пить, коммунистка? Влад, отвесь ей выпечки, и пойдем к нам, чайник сейчас раздобудем.

— У меня вино есть, — выпалила Лида. — «Агдам»! Будете?

— Бормотуха? — поморщилась Аля.

— Да ну? — удивился Влад. — Откуда в лагере «Агдам»? Да еще во времена сухого закона? А?

— А вот сейчас узнаете, — подмигнула командирша. — Благо, закуски много, а пузырь на троих, чай, не улетим. Заодно с тобой, Алинка, за примирение выпьем!

— А может, я не хочу примиряться?

— Может, и не хочешь, — выпятила губу Лида. — Но кое-что узнать хотела бы. То, что знаю только я.

Прячась за соснами, троица подобралась к лазу в заборе и покинула территорию лагеря. В бору было немного темнее, чем повсюду, а над полянкой, где располагались качели, вился белый пар.

— Интересно, что это за дым? — поразилась Аля. — В первый раз такое вижу.

— Ну, может торфяник тут где-то пролегает, — пожал плечами Влад.

— Давайте за дело, — порывшись в кустах, достала бутылку с капроновой пробкой Лида. — Владислав, давай открывай, ты же мужик.

Влад передал пакет с пирожками Алине и зубами отгрыз пробку. Аля даже зажмурилась, так на это было больно смотреть. Но Лида не спешила делать первый глоток:

— Да что вы так на меня смотрите? Боитесь, что я вас отравлю? Ладно, давай сюда…

Командирша отряда «Пламя» с усилием сделала глоток, потом другой. Пила она неумело, и вообще было непонятно, откуда она раздобыла это дешевое зелье. Как-то не вязался образ честной комсомолки и эта бормотуха темно-вишневого цвета.

— Гадость какая, — поморщилась Лида. — Ну-ка, дай мне пирожок, а то сейчас меня вырвет. Срочно заесть!

Влад пил более умело, даже красиво, если можно так выразиться, имея в виду напиток последних алкашей. Он задрал бутылку кверху донышком, и влил, казалось бы, куда-то под нижнюю губу.

— Хорошо пошла! — крякнул парень. — Обещала вернуться!

— Я тебя умоляю! — поморщилась Лида.

Аля с дрожью приняла теплый бутыль. Она и пивом-то чуть не подавилась, а тут какой-то «Агдам». Пойло оказалось дико сладким и кислым одновременно, и было похоже на перебродивший компот, только донельзя густой. Алина сделала два маленьких глотка, но тут Лида пихнула донышко, и Аля едва не захлебнулась.

— Ты чего? — вытерла подбородок девушка. — С ума сошла?

— Да, завязывай так делать, — вмешался Влад.

— Ладно, — снова полезла в кусты командирша. — Вы ту допивайте, а у меня тут еще кое-что есть. — И извлекла бутылку «Яблочного».

— Это еще хуже, — с видом знатока сказал парень. — Говорят, из гнилых яблок делают. Потом ногами давят.

— А «Агдам», по-твоему, руками?

Аля и Влад сделали еще несколько глотков, потом парень допил оставшееся пойло и выкинул бутылку далеко в лес.

— Зачем природу засоряешь? — икнула Лида, опорожнившая уже половину своего напитка. — Не боишься, что…

— Заткнись! — разозлилась вдруг Аля. Ей стало нехорошо, а болтовня активистки раздражала еще пуще. — Влад, дай мне котлетку. Почему-то так есть захотелось.

Лида неожиданно уронила бутылку, и «Яблочное» растеклось по вытоптанной площадке. Влад запинал стеклотару в