Фонтан - Дэвид Скотт Хэй Страница 22

падает прямо на грязный бетонный пол крошечной мастерской Эктора, задняя панель открывается, как стеклянная крыша самолетной кабины, и аккумулятор вырубается. За правым глазом расцветает боль. Язык прилипает к нёбу точно бесполезный кусок мяса. Стиснутые серебряные зубы превращаются в электрические. Указательный палец левой руки выпускает в отключившийся телефон из воображаемого пистолета воображаемые пули. Съеденный легкий обед вызывает изжогу, мочевой пузырь угрожает опорожнением, а кишечник урчит и вздувается. Из обеих ноздрей стремительно, так что приходится ловить их краем закатанного фланелевого рукава, вырываются сопли. Лицо и грудь пылают. Кувалда расстегивает комбинезон — комбинезон, который она никогда уже не снимет.

В обозримом будущем. А Кувалда может заглянуть в будущее на десять лет. Она поворачивается к вентилятору и рывком расстегивает рубашку; пуговицы с треском отрываются и отлетают, похожие на НЛО в фильмах Эда Вуда. Две из них, попав на грязные стальные лопасти вентилятора, вращающегося со скоростью пятьсот оборотов в минуту, рикошетят как пули. Внезапно кусочек одной из пуговиц врезается Кувалде в кожу над бровью. Она чувствует, как капает кровь, но продолжает неподвижно стоять, и пот с ее раскрытой груди частично впитывается плохо сидящим бюстгальтером, частично испаряется под воздушными струями, исходящими от вентилятора. Женщина глубоко вздыхает.

Это конец.

В кармане рубашки вибрирует, точно неисправный кардиостимулятор, «художественный» телефон. Она отвечает с закрытым ртом:

— М-м.

— Мисс Кувалда, это Бет; где, черт возьми, ваша мастерская? Я в Белмонте и…

— Нет, нет, — говорит Кувалда, обретая дар речи. — Я в другой мастерской. В моей сейчас дезинсекция.

Кувалда чувствует, что ее хладнокровное вранье хотя и вынужденное, но уместное. Затем до нее доходит, что Бет не из тех, кто обращает внимание на нюансы.

— Я буду через час-другой, — сообщает Бет. — Надо закончить подготовку к нашей с Джеки поездке. Вы ведь почти доделали кресло, да?

— Да, я вам говорила…

Пи-и.

Второй Кувалдин телефон тоже постигает трагическая судьба, он летит на пол и попадает под каблук окованного сталью ботинка. Кувалда не выносит, когда ее достают. Ей в глаз капает кровь.

Гребаная Бет.

Кувалда наклоняется над склизкой раковиной. Кровь брызжет на ее дно. Щербатое зеркало затянуто белесой пеленой пятен, оставленных брызгами воды. Отражение Кувалды — расплывчатый силуэт, кофейного оттенка кожа, дреды и серебряные зубы. Тщательно продуманный, фирменный образ. Образ, привлекающий внимание в море тел, за линзами бокалов с коктейлями, когда она врывается на галерейные вернисажи. Бренд.

Вон Кувалда.

Кровавая слеза повисает на брови, как муха, пойманная в ловушку экзотическим плотоядным растением. Кувалда наконец зажимает царапину. Но в замызганном зеркале не видно, насколько она глубокая. Женщина протирает стекло охапкой голубых бумажных полотенец, и когда новая вода удаляет призрак старой, отражение становится четче. Теперь заметно слишком многое. Гусиные лапки, образовавшиеся, потому что она слишком долго щурилась, работая с мелкими деталями. Две глубокие складки над ртом, несмотря на всю ее неулыбчивость. Прорезавшие кожу над переносицей морщины от постоянных раздумий. Небольшое скопление мини-складочек над ложбинкой на груди, дряблое, как забытое комнатное растение.

Кто хочет жить вечно?{26}

Кувалда выворачивает ручки крана с белесыми пятнами минерального налета и плещет в лицо водой, чувствуя, как мозоли на ребрах ладоней царапают щеки.

Ꝏ

Очнувшись от задумчивости, Кувалда набирает на «водопроводном» телефоне, задняя панель которого теперь примотана скотчем, другой номер. Телефонные гудки сейчас звучат по-иному, как далекие сигналы космического корабля, кружащего над черной дырой.

— Возьми трубку, Эктор, — говорит Кувалда.

Гудки.

Кувалда смотрит на баллон с аргоном, который она приволокла с собой в мастерскую Эктора. Он пуст. Баллон Эктора тоже пуст. Теперь сварочный аппарат бесполезен, он низводит конструкцию кресла (подделку под Хигби, а может, и нет, зависит от заказчицы) до двухмерного состояния. И скоро на мастерскую обрушится ураган пятой категории «Бет».

Возьми трубку.

Дохлый номер.

Эктор трубку не берет.

Острым плоским плотницким карандашом Кувалда вычеркивает имя Эктора из краткого списка обладателей сварочных аппаратов и запасных баллонов с аргоном. Она намечает дальнейшие пути. Сейчас поздний вечер. Она должна доделать это чертово кресло. Сейчас.

Дохлый номер.

Кувалда не может связаться ни с Эктором, ни хоть с кем-нибудь еще. Она листает свой блокнот. В самодельных приклеенных кармашках хранятся старые идеи, квитанции и бумажки с адресами и телефонами. Она вытаскивает старые листки, хрусткие от пятен кофе, отпечатков пальцев, семян и стебельков.

Перебирает.

И попутно бормочет:

— Блин, блин, блин.

Перебирает.

— Блин, блин, блин, блин.

Перебирает.

— Да.

Нашла. Запачканный кровью листок с контактами актеров и съемочной группы «Поймай звезду!». А внизу номер мобильного Роберта Б. Беллио.

Переговоры с Би: раунд 1

— Кто это?

— Уокер.

— Кто?

— Харриет Уокер.

— Кто?

— Кувалда.

Гудки.

Переговоры с Би: раунд 2

— Не вешай трубку.

Молчание.

— Ты слушаешь?

Молчание.

— Какого хрена тебе надо?

Гудки (трубку вешает Кувалда).

Переговоры с Би: раунд 3

— Окажи мне любезность.

— Чего?

— Любезность. Сделай одолжение.

— А-а.

Молчание.

— У меня кончился газ.

— Позвони в Художественную ассоциацию. Гудки.

Блин.

Переговоры с Би: раунд 4

— Это для моего сварочного аппарата.

Молчание.

— Над чем работаешь?

— Над креслом.

Молчание.

— Позвони Хигби.

Гудки.

Скотина.

Переговоры с Би: раунд 5

— Я понимаю, что ты надо мной стебешься, Би.

— Кто это?

— Иначе не брал бы трубку.

— Дану?

— Я права?

— Я слышал, каким дерьмом ты меня поливала в «АртБаре».

Молчание.

— Я жалкая пьянчужка, Би. В последнее время стараюсь ограничиваться травой.

Молчание.

— Я завистливая стерва, Би.

— Выдать тебе медаль?

— А в последнее время еще и слегка несосредоточенная. Послушай, я работаю на авеню Сангамон.

— Над чем, ты говорила, работаешь?

— Над креслом.

— Что за кресло?

Молчание.

— Подделка под Хигби.

— Хе.

— Клиентка хочет подделку, а я пытаюсь уговорить ее на что-нибудь оригинальное.

— Хм.

— Ее партнерша — моя давняя клиентка.

— Да?

— Мне нужен этот заказ.

— Ты вроде сделала пару моделей для «Лаксмиз».

— Сейчас они в основном работают по моделям Хигби.

— Хе.

— Мне нужен этот заказ. Ведь мои работы не выставляются по всей стране.

Молчание,

— Алло!

— Я помню, как делал мебель. Тяжелый труд. Он не вешает трубку.

Молчание.

— Мне нужен этот заказ, Би.

Молчание.

— Пожалуйста.

Молчание.

Про себя: «Господи, какой холодный пластырь». А потом тишина. Ни гудков, ничего.

Тишина, мертвая и зловещая, как черная дыра.

Китайская еда (конец)

Кувалда закуривает косяк с травкой и табаком «Америкэн спирит». Царапина над глазом подсохла, но ноет. Женщина прохлаждается в имзовском{27}шезлонге с банкеткой,