Невеста бывшего друга - Татьяна Любимая Страница 7

Ты же хотела Шахову насолить?

В рамках разумного и не во вред себе! Уже то, что я одна в клуб поперлась, — подвиг.

Сижу в такси, пока из заведения не выходит Ника. Крутит головой, выискивая меня.

— Спасибо большое! — благодарю водителя, что позволил мне подождать в машине. Наверное, он очень удивлен такой трусихе, как я, но вида не подал.

Расплатившись, выхожу.

— Ника! — машу подруге.

Она машет в ответ, подзывая.

— Классно, что приехала! — радуется. — Наши там все. Крутой клуб, музыка — отпад!

До меня долетает слабый запах алкоголя.

— Ты что, пила?

— Секс на пляже. Рекомендую.

Передергиваю плечами от одного названия. Или это вечерний сквознячок холодит кожу.

Панина тянет меня за руку, лавируя между компаниями молодых людей. Спускаемся в подвал.

Ой, ой…

Массивная железная дверь отделяет нас от улицы, относительной тишины и спокойствия. Потому что за ней — меня едва не сносят с ног басы попсовой музыки. Софиты мигают и слепят. Я глохну, теряю зрение и ориентацию. Если бы не подруга…

Она перехватывает мою руку крепче, уверенно ведет в самую глубь заведения. Вокруг нас танцующие в такт музыке тела, запахи духов, туалетных вод, пота, алкоголя.

Сердце начинает бахать синхронно с басами.

Бал сатаны, — приходит на ум сравнение. И я — одна из его участников.

Внезапно чьи — то наглые руки обвивают мою талию.

— Деффчонки, давайте к нам! — кричит мне на ухо мужской голос.

Дергаюсь от него в сторону, бью по наглой руке, готовая вцепиться ногтями в кожу нахала.

Видимо, мой безумный взгляд заставляет парня убрать руки с моей талии.

— Ну, нет, так нет, — читаю по губам. Он сразу теряет к нам интерес и через мгновение растворяется в толпе.

С дебютом, дорогая, — мысленно поздравляю себя. — Вот ты и в клубе. Оглушена, дезориентирована, облапана неизвестно кем. Что дальше?

А дальше — тебя выдают замуж за одного из подобных этому телу, — язвит внутренний голос. — Или ты думаешь, он ангел во плоти?

Ника ведет меня в самый дальний угол. Там большой стол, и почти все наши девушки и парни вокруг. Сидят на диванчиках с высокими спинками. Стол уставлен кружками с пивом, бокалами с вином, тарелками с закусками. Несколько мест пустует, но кружки там стоят, ждут хозяев, очевидно, они на танцполе или где — то еще.

Разговаривать невозможно, хотя тут музыка немного потише. Меня приветствуют одобрительным гулом.

Машу всем, обводя каждого взглядом и здороваясь кивком головы. Натянуто улыбаюсь.

Ника жестами просит народ потесниться, потом — чтобы ей передали ее бокал. Садится рядом со мной с краю, за что я ей очень благодарна.

Кто — то сует мне бокал с голубой жидкостью.

— Я не пью! — пытаюсь отказаться, но меня не слышат.

— За именинницу! — поднимаются вверх кружки.

Делаю маленький глоток коктейля. Вкусный. Алкоголь почти не чувствуется.

Глава 7

Настя

— Ты чего такая? — толкает меня в бок Ника, перекрикивая музыку. — Глаза зареванные.

Заметно, да?

— Меня замуж выдают, — признаюсь ей на ухо. Потому что держать в себе эту новость, которая обрушилась на меня несколько часов назад, нет сил.

— Да. Ага, — смеется Панина. И тут же улыбка сползает с ее красивого лица. — Ты серьезно, что ли, Настька? Ты же ни с кем ни разу... не встречалась.

— Я даже жениха еще в глаза не видела.

— Так, а ну, пойдем, — решительно поднимается подруга, заставляя встать меня.

Берет за руку, снова тащит куда — то. Сначала я думала — на улицу, но она сворачивает к туалету.

В небольшом коридорчике — несколько дверей. Прямо — зеркало и раковина. И тут намного тише, чем в зале, можно не напрягать голосовые связки.

Мы молча ждем, когда освободится одна из кабинок. Панина искоса поглядывает на меня.

Чувствую, как распирает ее любопытство.

Наконец, уединяемся вдвоем. Тесновато, но чисто и вытяжка работает отлично.

— Рассказывай.

Вкратце шепотом обрисовываю ситуацию.

— Пипе — ец... — тянет шокировано. — Мы что, на сто лет назад откатились, когда женщины не имели права голоса и их насильно выдавали замуж?

Нет у меня ответа для Ники. Но я с ней согласна. Сама до сих пор поверить не могу, что без моего согласия меня замуж выдают.

— И что делать будешь?

— А у меня есть выбор? — сокрушенно качаю головой. — Если я откажусь, мой брат не родится. Да и мы с отцом вряд ли останемся в живых. Шахов — страшный человек.

— Кто? Шахов?

— Знаешь его?

— Нет, но я где — то слышала его фамилию. А что интернет говорит? Там фотки его есть? Хотя нафига нам его фотки, надо на жениха посмотреть. А то может зря расстраиваешься.

— Ника!

— Что? — невинно хлопает ресницами.

— Думай, что говоришь!

Мы обе достаем телефоны и шерстим интернет, не обращая внимания, что кто — то периодически дергает за ручку.

— Он? — Ника разворачивает экран ко мне.

Там фото Шахова. Сделано возле бизнес — центра. Он в темно — синем строгом костюме, галстуке, с идеально уложенными волосами. И с уже знакомым мне ледяным взглядом.

— Да. ОН был у нас сегодня на ужине, — меня передергивает как от озноба, хотя тепло.

— Хм… а ничо так мужик. Солидный. Староват, правда.

— Ни — ка! — хочется ее треснуть. — Этот «ничо мужик» грозится убить мою семью!

— Да я чо. Я ничо. Так, сын, говоришь, у него есть… Давай посмотрим, что там за сынок… Странно. Пишут, что сына его зовут Максим, но фоток не вижу… Так, а если поискать просто Максим Шахов? Тоже ничего.

— И я ничего про него не нашла. Как думаешь, почему?

— Может, он урод? Ну… калека, например. Инвалид, короче, и его прячут от прессы. На морду страшный или горб у него. Бр — р–р, — нас передергивает.

— Я не знаю! — кинув телефон в сумочку, запускаю пальцы в волосы, оттягиваю их до боли, чтобы атакующий шквал вопросов не взорвал мне мозг.

— Я думаю, тебе надо с ним встретиться. Лично. Может, он тоже жениться не хочет или вообще еще не в курсе, что у него теперь невеста есть. Если нормальный парень, пусть поговорит с отцом.

— А если нет?

— Ну, я тогда не знаю…

— Я знаю! — поднимаю голову. Распахнув глаза, повторяю Нике то, о чем сегодня уже думала: — Этот Шахов решил женить сына на хорошей девушке. А я в знак протеста не буду такой!

— Эй, Насть, ты чо задумала? — Ника отшатывается и бьется затылком о кафельную стену. — Блин! —