Штурм Бахмута. Разведвзвод. Том I - Александр Савицкий Страница 14

не встал на воинский учет. В военкомате не знали, что после техникума я поступил в университет на юридический факультет, так как университет не успел вовремя подать ведомости о поступивших, и они думали, что я скрываюсь от призыва. На следующий день я явился туда и принес им справку, что учусь на очной форме и не подлежу призыву в армию. Тем не менее, мне вручили повестку и пригласили пройти медкомиссию 24 февраля 2022 года. Новость эта сильно обеспокоила и меня самого, и маму с отцом.

Рано утром, двадцать четвертого, меня разбудил далекий грохот, доносившийся со стороны дамбы, недалеко от которой жила моя бабушка Таня. Я встал и вышел в зал, где отец смотрел новости; передавали репортаж о том, что Россия вторглась на территорию Украины.

— Война? — удивился я.

— Видимо, да, — с тревогой в голосе подтвердил отец.

— А мама знает? — забеспокоился я, потому что ее не было дома.

— Да. Я ей уже позвонил в Соледар. Она скоро приедет, — растерянно ответил отец. — Да это уже во всех новостях. Российские войска уже под Киевом, Запорожьем, Мариуполем… Как говорят по всем нашим каналам: «Полномасштабное вторжение»! А российские говорят, что это СВО — специальная военная операция по демилитаризации и денацификации Украины.

— И что мне делать? — спросил я, показывая повестку.

— Ничего, — спокойно ответил он. — Повестку кладешь на полку и никуда не выходишь из дома. Потому что уже все. Будем сидеть и ждать, пока все закончится. Уверен, это будет быстро.

Новость о войне застала всех врасплох. Вялотекущий конфликт тянулся с четырнадцатого года, и никто по-настоящему не верил, что он может перерасти в полномасштабное военное столкновение с Россией. Эту возможность обсуждали, но больше — как маловероятный слух, и мало кто придавал этому серьезное значение. Об этом, конечно, писали в разных телеграм-каналах, которые мы читали тайком, но даже в самом популярном пророссийском канале «За Бахмут» это обсуждалось, как маловероятная возможность. Все ждали, что будут очередные переговоры, и политики договорятся. Тем более, что вновь выбранный президент Зеленский говорил об этом в своих предвыборных обещаниях. Но грохот вдалеке, ворвавшийся в нашу жизнь вместе с новостями со всех каналов, неумолимо говорил о том, что события пошли по худшему из всех возможных сценариев.

— Как думаешь, сколько это продлится? — спросил я отца, надеясь, что он меня успокоит, хотя глубоко внутри себя я боялся, что это надолго.

— Да кто его знает? — задумчиво ответил отец. — Может, месяц или два… Думаю, россияне быстро дойдут сюда, и все закончится.

Мы стали сидеть дома, и началась привычная нам, со времен КОВИДа, жизнь. Мы с отцом и мамой просыпались, делали необходимые дела по дому, смотрели российские и украинские телеграм-каналы, постоянно обсуждали новости и смотрели в окно на жизнь нашего двора.

— Па, смотри, вон машина грузится, — позвал я его, увидев, как к соседнему подъезду подогнали грузовичок, и несколько проворных грузчиков под руководством деловитого мужчины стали грузить в него нажитый годами скарб.

— Решили, видимо, не ждать россиян, — задумчиво ответил отец.

— Мы ведь не поедем? — посмотрел я на него.

— Мы же все решили. Сидим и ждем. Куда нам ехать?

— Наш дом здесь. В Артемовске, — твердо сказала мама. — Тебя, с твоими регалиями, — она кивнула на полку, где ровными рядами стояли мои кубки за выигранные соревнования по кикбоксингу, — точно в какие-то спецвойска заберут, в диверсанты.

— КМСника-кикбоксера точно загребут, — кивнул отец. — И меня к тебе в адъютанты, — пошутил он, чтобы разрядить обстановку.

Ехать, и правда, было некуда и незачем. Тем более, на первом блокпосту и меня, и отца забрали бы в ВСУ, так как сразу же, после начала военных действий, на улицах стали вручать повестки мужчинам призывного возраста, видимо стараясь максимально привлечь всех, кто мог держать в руках оружие. Судя по репортажам украинского тэлэбачення, в стране происходила массовая запись в добровольцы и отправка на фронт. В Киеве и некоторых других городах, к которым подошли российские войска, людям выдавали оружие прямо на улице. По всей Украине формировались добробаты, в них записывались тысячи мужчин и женщин, чтобы отстаивать незалэжность… Зеленский ездил по всему миру, его приветствовали как героя, который защищает европейскую демократию от нападков России. Никому в Европе и в США не было никакого дела до сути конфликта, который начался не 24 февраля, а много лет назад, когда произошел переворот и новая украинская власть стала бомбить Донбасс.

Вдалеке неоднократно разорвалось что-то большое, и дом несколько раз изрядно тряхануло. Я вынырнул из своих воспоминаний и размышлений. Глянув на часы, я увидел, что до созвона с Аней оставалось еще пятнадцать минут. Настроение было прекрасным, и я ждал, когда вновь услышу Анин голос, привычно расспрошу ее об их делах и поделюсь свежими новостями, которые принес наш сосед. Он, несмотря на обстрелы, взял на себя роль сталкера и ходил по городу, общаясь с людьми, которые так никуда и не уехали, и сидели по подвалам. Чтобы создать ощущение, что мы с Аней рядом, я пробежался по нашей смс переписке, в которой мы беспокоились друг о друге:

Вы: У нас тут бахнуло.

Энчик: Ух! Я слышала. Не рядом?

Вы: Та нее… Просто район.

Энчик: Походу, за вас взялись.

Вы: Ну, слышно нормально, как дрожит все.

Энчик: Главное, чтобы не рядом. У вас нормально все?

Вы: Да. Не переживай.

Сеть недоступна

Энчик: Не у вас самолет бомбил, Владик?

Вы: Нет. Но было громко. Аж тряслось все. У вас нормально?

Энчик: Нормально. Тоже тряслось.

Вы: Жестко.

Энчик: Ручки согрел?

Вы: Та, да. Поотжимался немного.

Связь недоступна

Вы: Бля. Теперь и нам хлеб возить не будут. Придется в центр ходить получается.

Энчик: Че?!

Вы: Ну этот тип, что возил, вчера под обстрел попал. Сказал, что больше не будет возить.

Энчик: Плохо. А откуда возил?

Вы: Та, хз. Просто по городу, походу.

Энчик: Плохо, конечно. Ходить сами будете?

Вы: Та вряд ли)))

Энчик: И правильно.

Сеть недоступна.

Днем мы старались находиться в квартирах, а ночью стали спускаться в подвал, в котором было проще сохранять тепло от буржуйки. Месяц назад мы были вынуждены переехать в пятиэтажку напротив, где заняли две пустующие квартиры на втором этаже. В нашей — взрывами уже давно выбило все окна, и наши с отцом попытки заделать их полиэтиленом, ДСП и досками не