Золото империи. Золото форта - Вадим Александрович Ревин Страница 88

– Вот и средства! – подбросив в руке мешочек, радостно сказал казак. – Живем, Ваня! Что ты так смотришь на меня? Или, может, ты домой собрался? – Билый приподнял бровь. Иван отрицательно покачал головой. – Я так и думал.

– Куда теперь? – спросил извозчик, слегка хлестнув лошадей.

– Вези-ка, братец, нас в гостиницу, – отозвался Микола. – Где-нибудь поблизости. Чтоб с ванной была.

– Хм, поблизости? – переспросил извозчик. – Тогда извольте к хранцузу Кулону. Его гостиница в аккурат на углу Невского проспекта и Новомихайловской улицы. Через полчаса будем там.

– Добро. Вези к французу, – сказал Микола. – Мы с Ваней только особо турков не любим. Французы нам по душе – кухня что надо. Хотя по мне – наши лягушки в станице так вкуснее. – Казак подмигнул извозчику.

Билый шутил без умолку. Настроение у него было преотличное. Все складывалось как нельзя лучше. Дарованная свобода, на удивление легкая дорога до города и, наконец, его вещи, среди которых накопленные за службу царские рубли. На первое время хватит с лихвой, а там поглядим, куда шлях выведет.

Суздалев, напротив, отмалчивался. Ушел в себя. Мысли о доме, о несчастной матушке, убитой горем, о смерти кузины, об авто, которое могли продать за долги, – разрывали душу. Нога ныла. Иван косился на друга. Действительно, нужно сперва отмыться, заказать костюм приличный, а потом уже появляться дома. Хоть ненадолго повидаться с матерью. Или уехать к ней в имение, если ее нет в столице.

Минут через двадцать извозчик остановил экипаж у парадной гостиницы, принадлежащей французу Кулону. На тот момент это была одна из лучших гостиниц в столице.

Микола расплатился щедро с извозчиком, тот расшаркался в благодарностях и, попрощавшись, скрылся в покрытых туманом сумерках, опустившихся на столицу.

– Нам бы номер, братец, – произнес Микола, когда они с Суздалевым вошли в небольшой холл гостиницы.

– Остались лишь два номера, – отозвался халдей.

– Давай тот, что получше, – распорядился Микола. – Чтоб ванна была.

– С вас… – халдей озвучил цену, заходясь в торжественном кашле.

Билый рассчитался золотыми червонцами.

– Ваши ключи, – стелясь, словесно перед гостями, несмотря на их весьма неприглядный вид, но заметив набитый монетами мешочек, произнес халдей. Его уже начинало распирать от новостей. Можно было позвонить в местную газетенку и заработать пару монет – наверняка перед ним скрывались знатные особы. Да и в полицию можно было тоже по привычке донести, а то мало ли что.

Билый взял ключи, и они с Суздалевым прошли в свой номер.

Войдя внутрь, друзья поморщились. В номере было три комнаты, прихожая, гостиная, спальня и крохотная ванна. Духота, отсутствие штор или жалюзи, пахло пылью, насекомыми и мускусом. Но главная проблема – клопы. Они атаковали сплошным шевелящимся покровом всякого, кто по незнанию не туда сел и особенно прилег. На диванах в гостиной спали всегда только слуги. Благородному человеку проще всего было вообще не приближаться к мягкой мебели.

– Да… – протянул Суздалев. – В камере в форте и то было уютнее. Хоть и нары, но без клопов.

– Не журысь, Ваня, – подбодрил его Микола. – Найдем выход.

Он вышел в коридор и через какое-то время вернулся в номер, принеся две абсолютно новые походные кровати. Затем взял чистые матрасы и набил его свежей соломой. Кровати поставил в самом центре одной из комнат. Ножки кроватей Микола установил в тазы с водой. Уровень комфорта был достигнут вполне приемлемый, да и спать после таких мер можно было относительно спокойно.

Приняв ванну по очереди, друзья бухнулись на кровати и тотчас провалились от усталости в глубокий сон. Проснулись лишь на следующий день к полудню.

– Уже и не помню, когда так спал, – потягиваясь, произнес Суздалев.

– Согласен, – ответил Микола. – В последнее время нам с тобой, односум, спать приходилось вполглаза.

В животе обоих урчало. Голод давал о себе знать. Суздалев с Билым переглянулись и засмеялись.

– А что, ваше сиятельство, не изволите ли отобедать? – шутливо спросил Микола.

– Изволю, непременно, чего и вам, господин казак, желаю, – голос Суздалева зазвучал с нотками некоторой веселости.

– Узнаю своего друга! – отозвался Микола. – Тогда подъем, и пойдем на поиски более-менее сносного трактира.

Друзья наскоро привели себя в мало-мальски надлежащий вид и вышли на улицу. Буквально через квартал они наткнулись на заведение, над которым красовалась вывеска «Трактир “У Федотыча”».

– Ну, что ж, Ваня, пойдем посмотрим, чем угощают у этого Федотыча.

– Выбора нет, пошли. Желудок уже к спине прилип.

Друзья отворили дверь трактира и оказались в полутемном помещении. В воздухе стоял запах чего-то жареного, табака и перегара.

Оба друга поморщились. Осмотревшись, нашли свободный столик и, гремя скамейкой, уселись за него. Кроме них в помещении уже находилось человек восемь-десять. Все в изрядном подпитии. Это было видно по тому, какой гул голосов стоял в трактире. Мальчик-официант в грязном переднике как из-под земли вырос у стола.

– Неси что-нибудь мясное, закуски, там, селедочку и водки, только хорошей. Графин. – Микола сделал заказ, и они с Суздалевым, наблюдая за другими посетителями сего заведения, стали ждать.

Водку и закуски принесли быстро. Микола разлил из графина по стаканчикам. Поднял.

– Что, Ваня, будем живы, не помрем!

– Точно. За это и выпьем, – сказал Суздалев.

Стаканчики звякнули, и приятное, слегка обжигающее тепло разлилось по телу. Закусили соленой селедкой с лучком. Суздалев икнул, беря в руку графин. Сразу налил по второй.

– Однако, ваше сиятельство. Не торопитесь ли вы? – поддел друга казак.

– В самый раз. Между первой и второй пуля не должна пролететь, – парировал Суздалев.

Вторая доза горячительного прошлась по телу. На этот раз слегка отозвалась теплой волной в голове. И снова кусочки подкопченной, соленой селедки отправились вслед за водкой.

– Хорошо! – сказал Суздалев. Плохие мысли отступали под воздействием спиртного. Голова понемногу туманилась, тело расслаблялось.

– А я тебе о чем говорил?! Самое что ни на есть верное средство лечить рану душевную, – коротко ответил Билый. – Наливай.

Суздалев налил по третьей. Хотели было выпить, но мальчик-официант принес заказ. Жаркое из утки с яблоками и картошкой дымилось на блюде. От аромата оба друга чуть не поперхнулись слюной. Третью выпили не чокаясь, и тут же ложки потянулись за горячим жарким. Обжигаясь, наполняли рты мясом и картошкой. Ели молча, пока не насытились. Блюдо почти опустошили. Микола взял графин, чтобы налить по четвертой.

– Эй, может, и мне нальешь? – раздался голос откуда-то справа.

Микола, не обращая внимания, разлил по стаканчикам водку, потянулся вилкой за кусочком селедки.

– Эй, ты, – снова донеслось до слуха. – Я тебе сказал. Водки мне