Наследники земли - Ильдефонсо Фальконес де Сьерра Страница 46

обучал паренька всему, что сам знал о винограде, вине и aqua vitae. И Уго получал удовольствие от своей работы; он учился любить природу, что прежде даже не приходило ему в голову. «Да, мне везет», – уверенно говорил себе подмастерье. Он долго сомневался, стоит ли рассказывать Арсенде, и в конце концов решил не открывать правду: девочка не смирилась бы с его работой на евреев, а еще меньше – с тем, что евреи ему нравятся. Уго давно перестал лазить на крышу монастырского дома; теперь, когда он приходил проведать сестру, они общались через зарешеченное окошко. И Арсенда всегда просила его вернуться. «Не покидай меня, братик».

И он ее не покидал. И Дольсу тоже.

– Ты как-то… переменился, – заметила еврейка в конце сентября, за несколько дней до сбора урожая.

Дольса пришла в давильню вместе с Саулом и Астругой, чтобы помочь в подготовке к важному дню. Воспользовавшись передышкой, она подошла к Уго. Парочка оставалась на виду, в нескольких шагах от старших.

– Да, – согласился Уго. Он молчал до тех пор, пока не понял по лицу Дольсы, что должен сказать что-то еще. – Потому что…

Он кашлянул и сглотнул слюну. Дольса рассердилась:

– Потому что – что?

– Потому что мы с тобой убежим в Королевство Гранада, чтобы жить там вместе и без тревог, – выпалил он на одном дыхании.

Девушка не удержалась от смешка. Потом замолчала. Внимательно посмотрела на парня и всплеснула руками. И снова рассмеялась, на этот раз громко и заливисто. И снова смерила Уго взглядом с головы до ног.

– Чего? – протянула она нараспев.

Да, он это сказал! И она не стала возражать.

– То, что ты слышала, – произнес Уго с обезоруживающей убежденностью. – Мы с тобой…

– Да-да-да, – перебила Дольса. – Ты сошел с ума.

– Но…

– Почему это он сошел с ума?

Последний вопрос задала Аструга, незаметно подошедшая к парочке.

Дольса растерялась.

– Потому что… – Уго сам не знал, что собирается сказать.

Аструга переводила взгляд с парня на свою дочь и уже начинала хмуриться.

– Так я скажу ей, Дольса? – простодушно спросил Уго, все еще раздумывая, как это сказать.

– Ну конечно! – сразу же подхватила девушка. – Это же моя мать.

– Так что же? – Аструга не отступалась, остальные тоже начали собираться вокруг.

Уго кинул взгляд на виноградник, надеясь отыскать какой-нибудь выход из передряги:

– Я предложил ей изготовить особое вино…

Маир вопросительно вскинул брови.

– Вон те лозы… – Уго ткнул пальцем, – те, что рядом с огородом семьи Вилаторта, они дают особенный виноград – может быть, из-за солнца, – не такой сладкий, хотя и вызревает в то же время.

И это была правда. Парню нравился чуть горьковатый привкус этих ягод, и он действительно задумывался, не получится ли из них хорошее вино, непохожее на другие.

– Верно, – признал Маир. – Вот только вина выйдет совсем мало.

– Да хотя бы несколько кувшинов… – не сдавался подмастерье. – Какая разница?

– Но это усложнит процесс отжима…

– Я берусь собрать те ягоды раньше других и отдельно сложить в давильне. Тогда ничего не усложнится.

Дольса сверлила его взглядом, проклиная за упрямство. «Да все уже, – внушали ее прищуренные глаза. – Мы уже выпутались из этой переделки. Хватит про вино». Остальные, включая старого Саула, дожидались решения виноградаря.

– Ну хорошо, – согласился Маир.

– Тогда пускай этот виноград топчут мои внуки – Дольса и Саул, – вмешался старик. – Вино, которое они сделают, мы сохраним, чтобы отпраздновать их свадьбу.

Уго побледнел. Дольса опустила глаза.

– Через год в сентябре, как раз к сбору урожая, Саулу исполнится восемнадцать лет, а тебе, Дольса, – шестнадцать. Эти сроки установлены в трактате «Ктубот». Или я ошибаюсь? – спросил Саул у своей дочери.

– Нет, отец, вы не ошибаетесь, – ответила Аструга. – К этой дате свадьбу и приурочим. Мы уже многое приготовили для праздника, но идея с особым вином для стола кажется мне превосходной. Будем надеяться, Уго, у тебя все получится. Спасибо тебе за задумку.

Уго в ответ только приложил козырьком руку ко лбу и отвернулся к лозам, как будто изучая их издалека. Паренек молился про себя, чтобы никто к нему не подошел и не увидел текущие по щекам слезы, чтобы никто не заметил, как сотрясается его тело, не услышал сдавленных рыданий.

– Пойду сорву несколько ягод вам на пробу, – сумел произнести бедолага, а потом припустил к винограднику, подальше от них от всех.

Уго стоял на самом краю надела, там, где он граничил с огородом Вилаторты. Он собирал те самые ягоды, соком которых Дольса отпразднует свое замужество. Парень раздавил ногой упавшую гроздь, горюя о жестокости своей любимой. Выходит замуж! Маир рассказал, что в семье обо всем договорились, еще когда дети были маленькие, еще до того, как три года назад Мар, крепко держа Уго за руку, впервые привела его в еврейский квартал. И за все это время Дольса ему ничего не сказала! Она выходит за Саула, своего двоюродного брата, старшего сына Жакоба. Уго познакомился с ним еще на барселонской распродаже. И до сего времени очень хорошо к нему относился. Уго затряс головой, стараясь вытрясти всю боль. Да, он соберет этот виноград. Он соберет столько, сколько потребуется, – таков его долг перед Маиром, а потом исчезнет без следа. С Дольсой он больше не разговаривал. Может быть, из-за грядущей свадьбы она и была так непостоянна; из-за свадьбы отстранялась от него и гнала от себя. Дело вовсе не в том, что он христианин, а в том, что она помолвлена. Да, он уйдет. Уго принял это решение в бессонные ночи, наполненные иногда слезами, иногда – проклятьями. У него есть золотой флорин и еще несколько монет, заработанных на виноградниках. Он отправится искать Берната в Севилью или в Картахену – ведь Наварро говорил, что сын Арнау обретается там.

Уго поднялся ни свет ни заря, чтобы приступить к сбору на этом участке и оборвать все подчистую, как и обещал Маиру. Юноша посмотрел на раздавленную гроздь. Он уже собирался оставить ее лежать на земле, но передумал и решил тоже бросить в корзину, потому что, убеждал себя Уго, ему совершенно не важно, каким получится это вино. Он обобрал виноград примерно с четверти участка, а солнце просыпалось с большой неохотой, как будто в этот день не желало ничего освещать. А потом Уго увидел, что к давильне подходит Маир. И вместе с ним кто-то еще… Юноша прищурился, сделал из ладони козырек и напряг зрение. Да, это Дольса. Что ей делать на винограднике в такую рань? Маир издали помахал своему подмастерью. Уго через силу