Энди Макдермотт - В поисках Атлантиды Страница 99

— Эдди? — отозвался слабым голосом Старкмен. — Это ты?

— Ага, это я. Ты ранен? Можешь двигаться?

— Не знаю, дай мне… ох…

— Что? — спросил Чейз. — Что такое? — Если у Старкмена серьезные повреждения, он не сможет спустить его с горы.

— Я приземлился на свои ключи…

Чейз недоверчиво посмотрел на него, потом начал хохотать.

— Ах ты, ублюдок, комедиант недоношенный, — наконец прохрипел он. Старкмен тоже захохотал. — Давай отрывай от земли свой ленивый американский зад.

Старкмен сел. У него сорвало повязку, и под бледным стянутым веком была видна провалившаяся глазница.

— Сукин сын! — прорычал он. — Ведь больно же…

Чейз посмотрел вверх, на склон. По бокам плыли облака дыма и пыли.

— Что ж, твой босс добился чего хотел, — вздохнул он. — Все здесь пошло в тартарары. Больше никто ничего отсюда не получит.

— Ага, но и твой босс получил чего хотел, — напомнил ему Старкмен.

— Он перестал быть моим боссом в ту самую секунду, когда предал меня, — холодно бросил Чейз. — Думаю, с этим выродком придется перемолвиться парой слов.

— Ты ведь всегда ненавидел предательство, не так ли? — со значением проговорил Старкмен.

Чейз долго молча смотрел на него.

— Ты прав.

— Все еще не научился прощать?

— Нет, — отрезал он. — Но есть вещи, которые я могу понять, а потом… простить. Временно.

Здоровый глаз Старкмена взволнованно смотрел на него.

— Я ни разу не прикоснулся к ней, Эдди. Что бы она тебе ни говорила, я никогда не трогал твою жену. Я бы ни за что так не поступил с другом.

— Знаешь, Джейсон, — сказал Чейз, протягивая руку, — а ведь я тебе верю.

— Предлагаешь перемирие, Эдди?

— На данный момент.

Старкмен протянул руку, и Чейз рывком поставил его на ноги.

— Думаю, мы оба хотим одного. Мы хотим заставить этого ублюдка Фроста расплатиться за содеянное. А мне еще нужно спасти Нину.

— Тебе прекратили платить за ее охрану с того самого момента, когда Фрост перестал быть твоим боссом.

— Знаешь, с некоторого времени я ее охраняю уже не из-за денег, — сказал Чейз, поймав удивленный взгляд Старкмена.

Они стали озираться, заслышав знакомый звук. Вертолеты Фроста, отражая иллюминаторами утренний свет, облетали гору. Гул винтов уходил вниз, в долину. Чейз долго смотрел им вслед, потом повернулся к Старкмену:

— Хоть Кобра и мертв, у тебя по-прежнему есть доступ к ресурсам Братства?

— К некоторым, — ответил Старкмен. — Что у тебя на уме?

— Увлекательная поездка в Норвегию. Тебе это интересно?

— Определенно. — Они обменялись рукопожатиями. — Бьемся до конца, Эдди?

— До конца.

Старкмен огляделся по сторонам.

— Только одна небольшая проблемка — мы сидим в Гималаях без транспорта и снаряжения.

Чейз улыбнулся:

— Хорошо, что, прежде чем отправиться сюда, я заглянул в карту. — Он указал на долину. — Если ты не против прогуляться, есть здесь деревушка. Нам нужно суметь добраться до нее к вечеру. Там у меня знакомая девушка…

Глава 27

Норвегия

«Гольфстрим» начал снижение. Внизу расстилались суровые красоты Равенсфьорда, однако Нина едва ли замечала их.

Ее мысли были далеко, она думала о событиях последних дней. Несмотря на все попытки Кари растормошить ее, она все еще ощущала печаль и подспудное чувство утраты. Вновь пережитое горе при виде останков родителей, гибель Чейза. И гибель Атлантиды. Последний след цивилизации, стертый Коброй. Все безвозвратно исчезло; поиски, определявшие смысл ее существования, вдруг завершились.

Привычная жизнь, полная творческого азарта, закончилась. Все изменилось в ее мире.

— Как ты себя чувствуешь? — спросила Кари.

— Все хорошо. А что?

— У тебя был такой вид, словно ты где-то далеко.

— Да? — Нина отвернулась от окна. — Видимо, так и было. Я просто думала.

— О чем?

— О том, как нашла Атлантиду… Но теперь ее нет. Все стало другим. И я… я не знаю, что делать.

Кари улыбнулась:

— А делать, доктор Уайлд, вы будете вот что: займете свое место среди нас. Ты одна из нас, а мы всегда заботимся о своих.

— Я еще не поблагодарила тебя за это. За все, что ты сделала.

— Тебе не нужно благодарить меня. И ты вовсе не потеряла Атлантиду.

— Как?..

— Потому что теперь мы можем построить новую Атлантиду. Нам больше нет нужды смотреть в прошлое, потому что мы будем создавать будущее.

Нина откинулась на спинку кресла.

— И когда ты собираешься рассказать мне, как именно вы намерены создавать будущее? Я пока не понимаю, как образец одиннадцатитысячелетней ДНК может изменить мир.

— Изменит, поверь мне. — Кари придвинулась к ней. — Мне кажется, ты готова.

— Готова к чему?

— Пришло время показать тебе, что мы собираемся делать. Как мы планируем переделать мир.

Самолет плавно опустился на длинную посадочную полосу.

Чейз подозрительно взглянул на Старкмена:

— Если вы давно задумали эту операцию, почему, черт побери, не осуществили ее и не избавили всех от больших неприятностей?

— Мы не знали точно, что делает Фрост. А Джованни не хотел рисковать, атакуя первым, — объяснил Старкмен. — Братство могли обнаружить. Больше нельзя было бы сохранять в тайне его существование.

— Похоже, время игры в прятки заканчивается. — Чейз поднялся с кресла и прошел по отсеку самолета, чтобы выглянуть в иллюминатор. Самолет, двухвинтовая грузовая машина, несколько минут назад пересек береговую линию Норвегии и теперь летел над заснеженной землей.

Вскоре им предстоит резкое снижение.

Чейз оглянулся на остальных пассажиров отсека. Двенадцать людей Кобры, соратники Старкмена. Все — члены Братства. Их удалось собрать сразу же после возвращения с Золотой Вершины.

Ему оставалось надеяться, что двенадцати человек будет достаточно.

Кари привела Нину в кабинет отца. Фрост сидел за столом, широкая панорама Равенсфьорда открывалась за его спиной.

— Думаю, время пришло. Нина готова, па.

Нина по лицу Фроста поняла, что сам он в этом уверен не до конца. Но он промолчал.

— Что вы хотели мне рассказать? — спросила она. — Что за великий секрет? Кари очень таинственно намекала на него.

— Великий секрет, доктор Уайлд… — начал Фрост. Кари бросила на него взгляд. — Я хотел сказать — Нина. С вами все в порядке?

— По-моему, да, — улыбнувшись, ответила она.

Фрост улыбнулся ей в ответ и встал.

— Великий секрет, как вы сказали, заключается в том… Мы собираемся переменить мир. Навсегда.