Кортни. 1-13 (СИ) - Смит Уилбур Страница 229

Деннис Петерсен рухнул в одно из кожаных кресел. После недолгого колебания Ронни Пай сел в другое, напротив него, и неодобрительно замер.

Дирк налил в стаканы солодовый виски, поставил их на серебряный поднос на углу большого стола красного дерева и жестом предложил Ронни Паю. Тот отрицательно покачал головой.

Тогда Дирк отнес стакан с светящейся янтарной жидкостью Деннису, который взял его дрожащей рукой, отпил и хрипло спросил:

— Зачем ты это сделал, Дирк? Ты пообещал, что никто не узнает, что я здесь, а сам пригласил его…

Он взглянул на мрачное лицо шурина.

Дирк усмехнулся.

— Я всегда держу слово — пока это мне выгодно. — Он поднял свой стакан. — Между нами тремя не должно быть тайн. Давайте выпьем за это.

Когда Дирк опустил свой стакан, Рональд Пай спросил:

— Зачем ты пригласил меня сегодня?

— Нам нужно обсудить несколько проблем, и первая из них — наш дорогой Деннис. Он очень неудачно играет в покер.

— Сколько? — негромко спросил Ронни.

— Скажи ему, Деннис, — любезно предложил Дирк. Они ждали. Деннис рассматривал оставшуюся в стакане жидкость.

— Ну? — снова спросил Рональд Пай.

— Не стесняйся, Деннис, старина!

Не поднимая головы, Деннис назвал сумму.

Рональд Пай заерзал в кресле, и губы у него затряслись.

— Это карточный долг. Мы его не признаем.

— Попросить парочку молодых леди, которые тоже гостят у меня, поведать вашей сестре о проказах Денниса? Вы знаете, что Деннис любит ставить их на четвереньки…

— Дирк, перестань! — взмолился Деннис. — Ты этого не сделаешь…

И он закрыл лицо руками.

— Завтра получишь чек, — негромко сказал Рональд Пай.

— Спасибо, Ронни, всегда приятно иметь с вами дело.

— Это все?

— О нет, — улыбнулся Дирк. — Ни в коем случае. — Он отнес хрустальный графин к Деннису и снова наполнил его бокал. — Нужно обсудить еще один финансовый вопрос.

Он налил виски в свой стакан и поднес его к свету.

— Дело связано с банком, — начал он, но Ронни Пай тут же перебил:

— Я думаю, ты знаешь, что я собираюсь уйти из банка. Я получил предложение продать оставшиеся у меня акции и сейчас веду переговоры о покупке виноградника в Капе. Я уеду из Ледибурга и заберу с собой семью.

— Нет, — возразил Дирк, улыбаясь и покачивая головой. — Мы вместе навеки. Наша связь неразрывна. Я хочу, чтобы вы были со мной всегда. Вам я могу доверять; возможно, вы единственный в мире человек, которому я доверяю. У нас множество общих тайн, дружище. В том числе убийство. — Оба его собеседника застыли, услышав это слово, Рональд Пай медленно побледнел. — Джон Андерс и его мальчишка, — напомнил Дирк, и оба одновременно воскликнули:

— Мальчишка ушел…

— Он жив!

— Это ненадолго, — заверил Дирк. — Мои люди сейчас как раз на пути к нему. Теперь от него больше не будет неприятностей.

— Ты не можешь этого сделать! — яростно мотнул головой Деннис Петерсен.

— Почему, скажи на милость?

— Оставь его. — Рональд Пай умолял, растеряв всю свою суровость. — Оставь мальчишку в покое, с нас хватит.

— Нет. Он нас в покое не оставит, — рассудительно объяснил Дирк. — Он очень активно собирал сведения о нас и о нашей деятельности. По счастливой случайности я узнал, где он, и он там один, в дикой глуши.

Они молчали. Ожидая, пока они обдумают его слова, Дирк бросил окурок сигары в камин и закурил новую.

— Чего еще ты хочешь от нас сейчас? — спросил наконец Рональд.

— Ага, наконец мы можем обсудить проблему по-деловому. — Дирк присел на край стола и взял в руки старинный дуэльный пистолет, которым прижимал бумаги. Говоря, он вертел пистолет в руках. — Для расширения, которое я начал пять лет назад, мне не хватает свободных средств. Цены на сахар упали, банковские инвестиции сократились, но все это, конечно, вам известно.

Рональд Пай осторожно кивнул.

— Мы уже договорились следующие несколько лет покупать землю только в соответствии с поступлением наличных. Надо проявлять терпение.

— Я нетерпеливый человек, Ронни.

— В следующие три года наш доход будет падать на двести тысяч ежегодно. И мы договорились сократить расходы, — продолжал Рональд Пай, но Дирк не слушал. Он прицелился в глаза портрету над камином и щелкнул курком незаряженного пистолета.

— Двести тысяч умножить на три — это шестьсот тысяч фунтов стерлингов, — рассуждал он вслух, опустив пистолет. — Кстати, именно столько я заплатил вам за ваши акции десять лет назад.

— Нет, — сказал Рональд Пай с паникой в голосе. — Это мои деньги, мой личный капитал, он не имеет никакого отношения к банку.

— И вы им прекрасно распорядились, — похвалил его Дирк. — Покупка акций «Кроун Дип» — отличный ход. По моим последним расчетам, ваш личный капитал составляет не меньше восьмисот тысяч.

— Он в распоряжении моей семьи, это деньги моей дочери и внуков, — сказал Ронни. В его голосе звучало отчаяние.

— Сейчас эти деньги нужны мне, — рассудительно заметил Дирк.

— А твои личные ресурсы? — отчаянно спросил Рональд Пай.

— Все вложено в землю и сахар, мой дорогой Ронни.

— Ты можешь занять нужную сумму.

— Зачем мне занимать у чужих людей, когда мой близкий доверенный друг может ссудить эти деньги Ледибургскому фермерскому банку? Что может быть надежней, чем условия, которые предлагает это достойное учреждение? Заем, Рональд, всего лишь заем.

— Нет. — Рональд Пай вскочил. — Это не мои деньги. Они принадлежат моей семье. — Он повернулся к шурину. — Пошли. Я отвезу тебя домой.

С очаровательной сияющей улыбкой Дирк Кортни нацелил пистолет меж глаз Деннису Петерсену.

— Сидеть, Деннис, — он снова щелкнул курком.

— Все в порядке, — сказал Рональд Пай Деннису. — Мы можем сейчас порвать с ним. Если ты на моей стороне. — Рональд тяжело дышал и потел, как бегун. — Обвинив нас в убийстве, он обвинит и себя. А мы докажем, что не мы задумали это, не мы отдавали приказы. Думаю, он блефует. Вот возможность отделаться от него. — Он повернулся к Дирку, и в его глазах теперь был вызов, а в голосе сталь. — Избавиться от чудовища. Пусть попробует обвинить нас. Он только сделает хуже себе.

— Здорово сказано! — Дирк радостно рассмеялся. — Готов поверить, что вы и впрямь настолько глупы.

— Пошли, Деннис. Пусть делает что хочет.

И, не глядя на них, Рональд Пай направился к двери.

— Какую из внучек вы больше любите, Ронни, Натали или Викторию? — спросил Дирк, по-прежнему улыбаясь. — О, наверно мальчика… как же его зовут? Черт побери! Я должен помнить имя мальчишки, ведь я его крестный отец. Да что это со мной? Конечно, Рональд, как дедушка. Маленький Рональд.

Рональд Пай у двери повернулся и смотрел на Дирка через весь кабинет. Дирк улыбнулся ему, словно удачно сострил.

— Маленький Рональд, — снова улыбнулся он и прицелился в воображаемую фигуру в центре ковра, маленькую фигуру, до колена взрослому мужчине. — Прощай, маленький Рональд, — сказал он и щелкнул курком. — Прощай, маленькая Натали. — Он наставил пистолет на другую невидимую фигуру и опять щелкнул. — Прощай, маленькая Виктория. — Пистолет щелкнул снова, и этот металлический звук показался в тихой комнате очень громким.

— Ты не можешь… — Голос Денниса звучал сдавленно.

— Мне очень нужны эти деньги, — ответил Дирк.

— Но ты не можешь так поступить…

— Вы все рассуждаете о том, что я могу и чего не могу. С каких это пор вы так во мне разбираетесь?

— Но дети… — взмолился Деннис.

— Мне не впервой, — заметил Дирк.

— Да, но дети, маленькие дети!

Рональд Пай неподвижно стоял у двери. Казалось, за последние несколько секунд он постарел лет на десять: плечи сгорбились, лицо посерело и сморщилось, вокруг глаз набрякли мешки.

— Прежде чем вы уйдете, Ронни, позвольте рассказать вам историю, которую вы уже двенадцать лет очень хотите услышать. Я знаю, вы потратили много времени и денег, пытаясь ее узнать. Пожалуйста, вернитесь в свое кресло. Выслушайте мою историю, а потом уйдете, если, конечно, не передумаете.