Тарзан неукротимый. Тарзан Грозный. Тарзан и Золотой лев - Эдгар Райс Берроуз Страница 17

И теперь он был одержим одной мыслью. Существует некий немецкий шпион, которого он хочет схватить живым и доставить в расположение британцев. Когда он первый раз побывал в штабе немцев, то видел там юную женщину, передавшую немецкому генералу какую-то бумагу, а позже он видел эту же юную женщину на британских позициях, одетую в форму британского офицера. Вывод был очевиден: шпионка.

И потому Тарзан навещал штаб немцев на протяжении многих ночей, надеясь увидеть ее снова или хотя бы выяснить, где она находится, а заодно устраивая многочисленные искусные розыгрыши, вселявшие ужас в сердца германцев. Об очевидных успехах своих проделок он часто узнавал из обрывков разговоров, какие доносились до него, пока он прокрадывался через немецкий лагерь. В одну из ночей, когда он лежал в кустах совсем близко к штабу полка, он подслушал разговор нескольких офицеров бошей. Кто-то из них заговорил о тех байках, какие рассказывают туземные солдаты после их бегства с позиций несколько недель назад, когда на них напал лев, а следом в их окопе появился голый белокожий великан, которого они искренне считали каким-то демоном из джунглей.

– Должно быть, тот же самый, который запрыгнул в окно в кабинете генерала и уволок Шнайдера, – предположил кто-то. – Непонятно, с чего он вдруг выбрал несчастного майора. Говорят, кроме Шнайдера, его никто не заинтересовал. Считай, у него в руках был фон Келтер, и он мог бы с легкостью похитить самого генерала, но он не обратил внимания ни на кого, только на Шнайдера. Это за ним он кинулся через всю комнату, схватил и утащил в темноту. Один Бог знает, какая судьба его постигла.

– У капитана Фрица Шнайдера есть одно предположение, – сказал кто-то еще. – Он говорил мне пару недель назад, что знает, почему схватили его брата, – это просто ошибка. Он не был уверен, пока не погиб фон Госс, вероятнее всего убитый тем же существом в ту ночь, когда лев забежал в траншеи. Фон Госс был приписан к отряду Шнайдера. И одного из солдат Шнайдера нашли со сломанной шеей в ту же ночь, когда пропал майор, потому Шнайдер и считает, что этот дьявол приходил за ним и его бойцами – приходил за ним в ту ночь, но схватил по ошибке его брата. Он говорит, Краут не успел толком представить майора фройляйн Кирхер, как тот дикарь сразу перепрыгнул через подоконник и набросился на него.

Неожиданно вся маленькая компания оцепенела, прислушиваясь.

– Что это было? – резко произнес один из них, всматриваясь в кусты, откуда донесся придушенный рык, когда Тарзан из племени обезьян понял, что из-за его ошибки виновный в чудовищном преступлении в его доме до сих пор жив – убийца его жены так и ходит безнаказанным.

Долгий миг офицеры стояли с натянутыми нервами, и все глаза были устремлены на кусты, откуда донесся зловещий звук. И каждый вспоминал недавние таинственные исчезновения людей и прямо из лагеря, и с отдаленных постов. И каждый вспоминал беззвучные убийства, совершенные едва ли не на глазах остальных неким незримым существом. Они вспоминали отпечатки на шеях покойников – оставленные то ли когтями, то ли огромными пальцами – и точно такие же на плечах рядом с яремной веной, перекушенной мощными зубами, и они выжидали с оружием на изготовку.

Когда кусты едва уловимо шелохнулись, один из офицеров выстрелил в тот же миг, без предупреждения, только Тарзана из пламени обезьян там уже не было. В паузу между движением кустов и выстрелом он растворился в ночи. Спустя десять минут он оказался в той части лагеря, где устраивали на ночь свои бивуаки чернокожие солдаты, которыми командовал некий гауптман Фриц Шнайдер. Люди просто лежали на голой земле, однако для офицеров поставили палатки. К ним и подкрался Тарзан. Пришлось действовать неспешно и с оглядкой, потому что теперь немцы были настороже из-за таинственного врага, проникавшего в их лагерь по ночам, и все же человек-обезьяна миновал всех часовых, ускользнул от охраны внутри лагеря и наконец подобрался к самому дальнему ряду офицерских палаток.

Здесь он распластался на земле рядом с ближайшей из них и прислушался. Изнутри доносилось размеренное дыхание спящего человека – всего одного. Тарзан был доволен. Ножом он перерезал веревки, удерживавшие полог сзади, и вошел. Совершенно беззвучно. Опавший лист, мягко ложащийся на землю в безветренный день, и тот произвел бы больше шума. Тарзан подошел к спящему и склонился над ним. Конечно, он не мог знать, Шнайдер это или кто-то другой, ведь он никогда не видел Шнайдера, однако он собирался выяснить и это, и кое-что еще.

Он мягко потряс человека за плечо. Тот с трудом перевернулся и застонал.

– Тихо! – предостерег человек-обезьяна шепотом. – Молчи, а не то убью!

Пруссак открыл глаза. В полумраке он увидел склонившегося над ним великана. И тут же мощная рука схватила его за плечо, а другая легла на шею, но сдавила несильно.

– Не смей кричать, – приказал Тарзан, – отвечай шепотом на мои вопросы. Кто ты?

– Люберг, – ответил офицер. Он весь трясся. Таинственное появление этого обнаженного великана переполняло его страхом. Он тоже вспомнил загадочные смерти товарищей по оружию прямо посреди тихого ночного лагеря. – Чего вам надо?

– Где гауптман Фриц Шнайдер? – спросил Тарзан. – В какой он палатке?

– Здесь его нет, – ответил Люберг. – Его вчера отправили в Вильгельмсталь.

– Я не убью тебя – пока, – пообещал человек-обезьяна. – Сначала пойду и узнаю, не солгал ли ты мне, и если да, твоя смерть не будет легкой. Тебе известно, как умер майор Шнайдер?

Люберг замотал головой.

– А мне известно, – продолжал Тарзан, – и смерть его была нехорошей, даже для проклятого германца. Ляг лицом вниз и закрой глаза. Не двигайся и молчи.

Тот сделал все, как было приказано, и, как только он закрыл глаза, Тарзан выскользнул из палатки. Спустя час он был за пределами немецкого лагеря и направлялся в маленький городок Вильгельмсталь в холмах, летнюю резиденцию правительства Германской Восточной Африки.

Фройляйн Берта Кирхер заблудилась. Она ощущала унижение и злость – девушка далеко не сразу призналась себе, что она, так гордившаяся своим умением ориентироваться в лесу, заблудилась на этом маленьком клочке суши между рекой Пангани и железной дорогой на Танга. Она знала, что Вильгельмсталь лежит на юго-востоке, примерно в пятидесяти милях отсюда, однако из-за неудачного стечения обстоятельств она оказалась не способна определить, где находится этот самый юго-восток.

Сначала она намеревалась отправиться из немецкого штаба по торной дороге, которой пользовались для переброски армии, не без основания полагая, что по ней она точно попадет в Вильгельмсталь. Но затем ее предупредили, что на западном берегу Пангани высадился усиленный британский патруль, который должен перейти через реку южнее, а потом двинуться вдоль железнодорожных путей на Танга.

Сойдя с дороги, она оказалась в густом подлеске,