Хайнц Конзалик - 999-й штрафбат. Смертники восточного фронта Страница 162

Наши дорогие коллеги не иначе как надеялись на то, что дивизии Манштейна будут выведены из этого сектора. Однако часть вверенных ему подразделений по–прежнему здесь, и при необходимости их вернут назад, я лично об этом позабочусь. Если же кто–то в этом сомневается, пусть пеняет на себя. Да, большая их часть уже садится в поезд. Да, я знаю, их перебрасывают в Сталинград, но я отдам приказ, чтобы их вернули, даже если для этого мне придется послать своих солдат, чтобы они перекрыли пути. В любом случае, прежде чем они вернутся в район боев, пройдет как минимум двадцать четыре часа. Я буквально через пару минут позвоню фон Шевалери, а если потребуется, то поговорю и с самим Манштейном.

Пожалуй, больше ничего я вам на данный момент пообещать не могу. Да, и еще одна вещь. — «Холм», — подумал он. Холм, какое–то время он думал о нем, как на сознательном, так и на бессознательном уровне. — Насколько я понимаю, у вас имеется отряд наблюдателей. Майор Редде, да–да, он самый. Он должен наладить прямую радиосвязь с артиллерийским полком, который стоит рядом с городом. Вы получите огневую поддержку. Пусть он сосредоточит огонь на Войлочной фабрике, потому что передовые отряда Иванов будут там с минуты на минуту. Право принимать остальные решения я оставляю за вами — до получения новых инструкций поступайте так, как сочтете нужным. Да, на сегодня все. Мне жаль, фон Засс, что все складывается таким образом. Но голос у вас бодрый. Либо я, либо майор Метцелаар будем выходить с вами на связь каждый час. В следующий раз у меня уже будет для вас график. Да–да, а пока до скорого, фон Засс.

И он вернул трубку оператору. У второго оператора также имелись для него звонки.

— Снова Мейер? — поинтересовался Шерер.

Но нет, это был не Мейер, потому что радиосвязь с Мейером прервалась.

— Передайте всем, что поговорю с ними через несколько минут, — объявил Шерер. — Пусть остаются на связи. А пока соедините меня с фон дер Шевалери.

Он уже разговаривал с фон дер Шевалери, как только стали поступать первые донесения с передовой. Говорил он с ним и в предыдущие дни, когда стало невозможно закрывать глаза на приметы того, что их ждет в самое ближайшее время. Фон дер Шевалери был с ним абсолютно согласен и в свою очередь делал все, что мог, у себя в Витебске. Но сейчас настал критический момент. И пока устанавливалось соединение, он плотно сжал губы, напряженно ожидая, что сейчас последует, а в том, что последует ожесточенный спор, сомнений не было. Первый из многих — если того потребует ситуация, хотя хотелось бы надеяться, что до этого не дойдет. Потому что пока — насколько ему известно — фон дер Шевалери его союзник, и если и придется во весь голос озвучивать требования, то скорее не перед ним, а перед самим командованием Восточного фронта. Правда, сомнительно, что его там услышат. Так что фон дер Шевалери ничего другого не остается, как помочь ему. Одно Шерер знал точно — он не позволит фон Зассу сидеть в Великих Луках, как он сам когда то сидел у Холма, пока помощь шла куда угодно, но только не к ним. Нет, на этот раз все будет не так.

В течение всего утра фон дер Шевалери оставался в Витебске, так что прежде чем оператор протянул Шереру трубку, прошло менее минуты. Шерер не стал терять времени на обмен любезностями.

— Вы разговаривали с Манштейном? — спросил он с ходу.

— Разговаривал. Все в порядке, Шерер. Слава богу, он умеет мгновенно принимать решения. Две дивизии, ну или по крайней мере их основные части, уже движутся в нашем направлении.

— Огромное спасибо, — Шерер словно весь сжался, словно у него отлегло от сердца, и эта волна облегчения потянула его за собой вниз. Он поискал глазами стул, сел.

— Да, фон Манштейн мне определенно нравится, — продолжал фон дер Шевалери. — Казалось бы, к нему не подступиться, но это лишь на первый взгляд. Жаль, что его от нас забирают, и куда? Господи, в Сталинград! Но главное, что он на свой страх и риск вернул назад две дивизии. Остальные Манштейн должен был взять с собой на юг. Он сказал, что будет сражаться за нас, даже если Верховному командованию это не нравится. И я уверен, что свое слово он сдержит.

Получив хорошие известия, Шерер на минуту отвлекся. Он закрыл глаза и прижал к переносице ладонь.

— Извините, герр генерал. Вы хотите сказать, что фон Манштейн намерен остаться на нашем участке?

— Нет. На самом деле он уже отбыл. Я лишь хочу сказать, что если Верховное командование попытается отменить его приказ, он будет за нас сражаться. Если надо, прижмет их к стенке. Он выделил две дивизии, кажется, двадцатую мотострелковую и двадцать первую пехотную вам в помощь у Великих Лук. Фон Маштейн не из тех, кто привык бросать людей на произвол судьбы. Этого у него не отнять. Но он уже отбыл в Сталинград. Вы только подумайте, Шерер, в проклятый Сталинград!

— Да–да, — Шереру вновь стоило немалых трудов собраться с мыслями. Он приготовился к тому, что ему придется спорить, отстаивать свою позицию, но, как оказалось, необходимости в том не было, и теперь он пытался одновременно обдумать другие, не менее острые вопросы.

— А как насчет подразделений бронетехники? Имеются таковые в составе двадцатой мотострелковой?

— Танковое подразделение, если не ошибаюсь, или самоходные орудия. Этого, конечно, маловато, но что поделать. Одиннадцатая танковая дивизия дислоцируется к востоку от Витебска, но она фон Манштейну не подчиняется. Я пытался дозвониться до Волера, чтобы он выделил вам в помощь хотя бы батальон. Это уже более внушительная сила, если прибавить к ней две дивизии фон Манштейна. Я уверен, что он мне не откажет, если уже сам не догадался прислать нам помощь. Ведь его для того и поставили командовать пополнением.

— Кого? Генерала Волера?

— Да, его самого, — подтвердил фон дер Шевалери. — И ваша восемьдесят третья также будет у него в подчинении. Так что отныне нам с вами, Шерер, беседовать придется не так уж часто. А жаль. Волер сейчас находится где–то в пути, поэтому я не могу вас с ним соединить, но думаю, что через несколько часов он вам позвонит. Если же нет, то снова свяжитесь со мной. Есть еще что–то такое, чем я мог бы вам помочь?

Значит, фон дер Шевалери скоро исчезнет из эфира, и этот вопрос был задан исключительно из любезности.

— Вы не могли бы выделить людей — на всякий случай, если вдруг Волера завернут? От тех, кто наверху, можно ждать чего угодно. Вдруг командованию придет в голову отправить его на юг вслед за фон Манштейном. Надо быть готовыми ко всему.

— Да, мы уже об этом подумали. Но не волнуйтесь, Волер прибудет. Фон Манштейн мне обещал.