Путешествия англичанина по России, Крыму, Кавказу и Грузии в XIX веке - Роберт Лайелл Страница 117

и станционный смотритель предложил, вопреки нашему соглашению, чтобы мы остановились на три часа, пока их накормят. Найдя других лошадей, мы решили избавиться от прежнего обязательства, выплатив часть суммы, которую они заработали. Но на это они возразили и потребовали полной оплаты в Москве. В конце концов мы согласились выдать им эту сумму по прибытии в Москву вместе с лошадьми, но даже это их не устроило. Когда мы уже собирались трогаться, один из станционных работников схватил поводья. Чтобы покончить с этим делом, мы поехали к городничему и рассказали о случившемся. С нами хорошо обошлись, а кучер получил несколько ударов плетью и приказ ехать в Москву со своими лошадьми или отказаться от денег. Мы добрались до столицы в полночь.

27 и 28 июля мы провели в Москве, занимаясь приготовлениями, а вечером последнего дня отправились в Нижний Новгород. Мы ехали всю ночь, а ранним утром позавтракали в Богородске, небольшом уездном городке, расположенном на правом берегу Клязьмы. Он насчитывал около 500 жителей и был построен в основном из дерева. Дорога, которая была плохая даже в хорошую погоду, теперь стала почти непроходимой, так как ночью прошел дождь. Поэтому мы продвигались медленно, да еще и местный смотритель пытался задержать нас. Наконец, он согласился дать нам трех лошадей, и мы наняли еще трех и поехали дальше. Пройдя девять верст, наша группа достигла Клязьмы и пересекла ее на очень плохом пароме. Установленный здесь наплавной мост был снесен вследствие разлива реки после сильных дождей. Мы въехали в деревню Буньково и, поскольку на станции стояли лошади, приготовленные для других, наняли частных лошадей для поездки во Владимир. Погода была плохая, а дорога – тяжелая.

Покров – небольшой городок, где проживало около 500 душ, как и Богородск, был деревянным. Окрестности были покрыты лесами и болотами. Ранним утром 30 июля мы добрались до почтовой станции Владимира, которая находилась в двух верстах от города, где позавтракали и сменили лошадей.

Из-за плохой погоды дорога показалась нам чрезвычайно тяжелой – по глине, песку и лесу, похожая на петербургскую. Между двумя почтовыми станциями она была ровной, среди еловых лесов и кукурузных полей. Вблизи Владимира местность стала открытой и разнообразной, с холмами и долами, лесами, кукурузными полями и пастбищами.

Владимир, как хорошо известно, когда-то был столицей России и городом большого значения. Он занимал высокое и живописное место на берегу Клязьмы, а через него протекала речушка Лыбедь. Если верить преданиям, то до того, как Владимир был сожжен татарами, город простирался до Боголюбского монастыря, который сейчас находился на расстоянии одиннадцати верст. Некоторые историки утверждали, что этот город был построен в X веке Владимиром Великим, когда тот отправился в Суздаль, Ростов и Новгород распространять христианскую веру. Другие утверждали, с большей вероятностью, что своим происхождением он обязан Юрию Владимировичу Долгорукому, и фиксировали его XII веком. Князь Андрей Боголюбский, сын Долгорукого, получив в удел суздальские княжества, а также город Владимир, украсил последний и окружил его стеной. После смерти своего отца в 1157 году он перенес туда свою резиденцию, и город стал столицей Владимиро-Суздальского княжества. Он оставался в этом статусе в течение 170 лет, то есть до тех пор, пока митрополит Петр не переехал в Москву в 1328 году. С той поры Владимир стал частью Великого княжества Московского.

Боголюбский монастырь. Литография, 1875

В 1258 году татары взяли Владимир штурмом, сожгли его и устроили резню жителей во время отсутствия великого князя Юрия Всеволодовича[287], который собирал армию в Ростовском княжестве. Этот несчастный князь, узнав о разрушении своей столицы и о расправе над своей семьей, заперся в соборе вместе с архиепископом Митрофаном и его младшими детьми. Татары, обложив собор дровами, подожгли его, и все погибли[288]. Неудивительно, что русские считали татар свирепыми варварами и были встревожены их вторжениями в различные части своих территорий. Владимир был снова разорен ими в 1410 году.

Владимир всегда был важным местом и долгое время главным городом одноименного княжества. Город окружен рвом и земляным валом и, как почти все древние города России значительных размеров, разделен на части – кремль, Китай-город и Белый город. Главная улица была длинной и широкой, а дома, построенные из дерева и камня, – превосходными и в хорошем стиле. Поперечные улицы, по большей части, имели бедный внешний вид. Рыночная площадь, поскольку мы попали туда в воскресенье, была переполнена людьми.

Дворец архиепископа[289], где хранилось тело святого Александра Невского до того, как его перенесли в Петербург, особо почитался населением. Сейчас там находились семинария для обучения духовенства и монастырь. Гимназия, здание суда, дом губернатора, построенные из кирпича, и деревянная городская больница привлекли наше внимание. Однако главным сооружением во Владимире считался великолепный Успенский собор, квадратное здание, увенчанное пятью куполами. Его интерьер был богато украшен, но от его древнего великолепия больше не осталось и следа. Мы были поражены его красивым и внушительным расположением, значительно оживленным бульваром, который тянулся до подножия холма. Во Владимире насчитывалось около дюжины других церквей.

Владимир не считался богатым городом, хотя и являлся резиденцией архиепископа Владимирского и Суздальского. Его близость к Москве и удаленность от больших судоходных рек всегда препятствовали его процветанию. Число жителей оценивалось в 4000–5000 душ, большинство из них – торговцы, другие были заняты в производстве льна, кожи и т. п., третьи имели обширные сады, где ежегодно собирали огромное количество вишни и снабжали ею не только город, но и окрестности, и даже Москву. Летом путешественника поражал необычный вид этих садов, особенно на берегах Клязьмы. Многочисленные сторожевые вышки, мало чем отличавшиеся от вышек черноморских казаков, стояли среди деревьев, а между ними во все стороны тянулись веревки. Мальчики и девочки, даже мужчины и женщины дергали за веревки, когда птицы садились на деревья, спугивая их. Такая работа обходилась недорого, а урожай вишни приносил значительный годовой доход. Владимир находился на главной дороге, по которой купцы отправлялись на ярмарки в Нижний Новгород и Ирбит, а также на главной линии сообщения между Россией и Сибирью, поэтому здесь обычно было многолюдно, особенно летом.

Покинув Владимир, мы спустились с очень крутого холма и были вынуждены воспользоваться волокушей, потом пересекли Клязьму по превосходному наплавному мосту и добрались до Мурома утром 31 июля. От Владимира до Мурома единственным объектом, достойным внимания, стал город Судогда, который, как и многие другие провинциальные города России, был больше похож на деревню. В городе