Джеки Даррелл - Звери в моей постели Страница 68

��Добро пожаловать, добро пожаловать, мой друг, ты приехал...

��Да, я снова в Бафуте. Как поживаешь, мой друг?

��Отлично, отлично. � Он и впрямь выглядел отлично.

Затем Джерри представил Фону меня, и, стоя рядом, мы, наверно, представляли забавное зрелище � великан ростом около двух метров возвышался над моими полутора метрами, и моя ручонка совершенно исчезла в его могучей пятерне.

��Пойдем в дом, � сказал он, жестом предлагая следовать за ним.

Мы очутились в приятном прохладном помещении, всю обстановку которого составляли леопардовы шкуры на полу и украшенные изумительной резьбой деревянные кушетки с горами подушек. Мы сели; одна из жен Фона тотчас принесла поднос с неизбежной бутылкой виски и стаканами. Держа в руке стакан, наполненный до краев "Белой Лошадью", Джерри осторожно заговорил об одном непростом деле.

��Мой друг, я опасался снова приезжать в Бафут, потому что один человек говорил мне, будто ты сильно сердишься на меня изза книги, где я рассказывал, как весело мы проводили время в прошлый раз[35].

Фон был явно удивлен и недовольно осведомился:

��Кто же это тебе говорил?

��Один европеец там, в Буэа.

��А, европеец! � Фон пожал плечами, удивляясь, как это мы могли поверить словам какогото белого. � Ложь это. Я никогда на тебя не сердился.

Он подлил нам виски и продолжал:

��Эта книга, которую ты написал, она мне здорово понравилась. Через нее весь мир узнал мое имя. Всякие люди узнали его, ты молодец. Когда я ездил в Нигерию на встречу королевы, там у всех европейцев была твоя книга, и они просили меня написать в ней мое имя.

Его слова обрадовали нас с Джерри, потому что нам говорили, будто Фон воспринял написанное Дарреллом как страшное оскорбление. Не задерживаясь на этой теме, мы спросили Фона, как ему понравилась королева.

��Очень даже понравилась, отличная женщина. � Он рассмеялся.

��Совсем, совсем маленькая, вроде тебя. � Он показал на меня. � Но ей пришлось там выдержать нагрузку. Ва! Очень сильная женщина.

Мы поинтересовались, как ему понравилась Нигерия.

��Не понравилась, � твердо сказал Фон. � Слишком жарко. Я весь обливался потом, а эта королева, ей хоть бы что, идет себе и совсем не потеет, замечательная женщина.