По горам и пустыням Средней Азии - Владимир Афанасьевич Обручев Страница 44

целика, чтобы поддерживать висячий бок жил и предупредить его обвал. В этих целиках оставляли самый бедный участок жилы, в котором не видно было золота; но он, а также породы по бокам жилы и в отвалах давали понятие о составе золотоносной свиты. Вглубь шахты были, вероятно, проведены до уровня грунтовой (подземной) воды, так как бороться с водопритоком рудокопы не имели средств. Сбрасывая в шахты камни, мы определили глубину их, примерно, в 20–30 м. Дна не было видно, так как жилы были наклонны, а не вертикальны, и шахты круто уходили в темноту. В каждом поселке было несколько жил, тянувшихся по холмам, и возле каждой на некотором расстоянии друг от друга стояли остатки фанз; очевидно, рудокопы жили в них, каждый (или каждая артель) возле того участка жилы, на котором он работал. Кроме остатков фанз и многочисленных шахт, в которых, судя по следам, теперь жили волки и лисицы, мы видели отвалы из кусков и глыб добытого в жилах кварца, которые, вероятно, не успели обработать, и устройство для его размола (раздробления) и промывки для извлечения золота. Последнее представляло большую чашу, состоящую из нескольких хорошо обтесанных глыб красного гранита. Возле чаши лежал толстый, но короткий вал (цилиндр) из гранита, насаженный на горизонтальную ось. Этот вал, очевидно, вращался силой ишака или лошади по дну чаши вокруг вертикальной оси и давил мелкие куски кварца, разбросанные по дну, а вода, наливаемая в чашу (и, очевидно, выкачиваемая ведрами или насосом из шахт, так как проточной воды ни на одном руднике не было), выносила кварцевый песок на деревянную плоскань или в наклонный жолоб, где частицы золота задерживались и отделялись от кварца, как на современных вашгердах, кулибинках и других промывальных машинах. Вблизи остатков этой упрощенной фабрики возвышался порядочный холм из грубого желтоватого кварцевого порошка, очевидно размолотого и промытого кварца.　

Грустно было видеть следы деятельности человека, трудившегося когда-то здесь в пустынных горах, спускавшегося с опасностью для жизни в примитивные шахты, при тусклом свете масляной коптилки долбившего там кайлой и ломом твердый кварц, выносившего руду на своей спине по крутому подъему, дробившего и промывавшего его в чаше, в которую нужно было накачивать воду из шахты. Условия жизни рудокопов были тяжелые. Жили они в глинобитных фанзах, воду пили шахтовую, весь провиант привозили из Чугучака; местность унылая, ни деревца, ни лужайки, даже корову или козу негде было пасти.　

Осмотрев поселки, мы повернули по долине Чий-чу на запад и вскоре, миновав цепь холмов, замыкавших ее, вышли опять к р. Ангырты ниже ее выхода из ущелья и увидели на берегу развалины нескольких домов, хотя и из сырцового кирпича, но не китайской архитектуры. Здесь, по словам Гайсы, была резиденция русско-китайской акционерной компании, образованной в Семипалатинске в конце XIX в. для возобновления добычи золота в Джаире. Дома были уже без крыш, окон и дверей — все дерево после ликвидации кампании кочевники использовали. Компания задумала поставить дело широко: построила резиденцию и фабрику для размола и промывки кварца, стала углублять большую шахту на одном из старых рудников в Джаире (с которым мы познакомимся далее) и начала опробование жил и старых отвалов китайских работ. Компания пригласила горного инженера для осмотра и оценки месторождений; он объехал все старые рудники, описал их кратко, опробовал ряд жил и отвалов и указал содержание в них золота. Его отчет был напечатан, и я ознакомился с ним. Но дело не пошло. Компаньоны рассчитывали, вероятно, на большую добычу золота, затратили средства на резиденцию, фабрику и шахту, а золота пока добывали мало, обрабатывая на фабрике старые китайские отвалы, видимо небогатые. Новая шахта была затоплена прорывом воды из старых китайских шахт. Приходилось вкладывать еще деньги на разведки без перспектив на доходы, и компания прекратила дело, передав фабрику китайским властям в Чугучаке.　

Судя по обилию старых рудников, компания рассчитывала, вероятно, на богатую добычу и сразу поставила дело неправильно. Следовало бы: 1) осмотреть эти рудники, взять целый ряд проб из жил и отвалов и сделать анализы для определения содержания золота; 2) в случае хороших результатов — восстановить несколько китайских шахт на разных рудниках и опробовать наиболее глубокие горизонты жил, достигнутые китайцами, чтобы выяснить, заслуживают ли они разработки, принимая во внимание все местные довольно трудные условия — отдаленность от жилых мест, безводие, отсутствие жилищ и крепежного леса и т. п. Только хорошие результаты тех и других опробований могли бы дать основание для затраты крупных средств на постройку резиденции, фабрики и углубление новой шахты.　

Возле развалин резиденции мы раскинули палатки на берегу р. Ангырты для дневки и экскурсии на запад, к самому западному из старых рудников. Дорога шла туда через овраги и отроги, которыми высшая ступень Джаира спускалась к средней. На этом пути мы также встретили старые раскопки, очевидно не обнаружившие богатого золота; после двух часов езды мы спустились в долину р. Дарбуты, которая также стекает с верхней ступени; по долине — лужайки, рощи деревьев, а на левом склоне долины — остатки рудника Ан-чжу-ванцзе: опять кварцевые жилы, по ним шахты, рядом остатки фанз, все того же типа. Но местность была привлекательнее, чем в Чий-чу, — шахты и фанзы на зеленом склоне, рядом чистая речка, вода для питья и для промывки руды. Жил, шахт и фанз здесь было гораздо меньше, чем в Чий-чу, и приходилось думать, что жилы были беднее и на них работались только отдельные участки.

Глава XVIII

МАССИВ КОЖУРТАЙ И АСФАЛЬТОВЫЕ ХОЛМЫ

С высоты склона, на котором пролегали жилы рудника Ан- чжу-ванцзе, было видно, что на противоположном правом берегу р. Дарбуты свита песчаников и сланцев прорезана толстыми жилами гранита, заставлявшими думать, что поблизости там залегает массивный гранит, который и обусловил золотое оруденение. Поэтому мы направились в горы правого берега и очень быстро проникли в глубь массива. Он имел иной характер, чем Кой-тас близ р. Ангырты. В него были врезаны неглубокие долины, на склонах которых гранит то поднимался уступами гигантской лестницы, то лежал нависающими глыбами. В одном месте, поднявшись наверх, мы увидели глыбу гранита выше роста человека, стоявшую на четырех ножках на уклоне, словно игрушка великана, готовая скатиться (рис. 39). Она являлась уцелевшим остатком целого слоя гранита, уже снесенного со склона агентами размыва и выветриванья, и ожидала своей очереди.　

Рис. 39. Глыба на ножках. Массивный гранит — остаток от выветрившегося и уничтоженного слоя на скате