Желтый адмирал - Патрик О'Брайан Страница 15

Люди, которые назначают уполномоченных и дают им инструкции не пользоваться невежеством простых поселян и отсутствием у них документов, подтверждающих права их предков на использование общинных земель; люди, которые не включают в законопроект пункты, требующие от них огораживания, обсаживания, осушения, оплаты части расходов на все это мероприятие и ограждения участка того, кто получает десятинный сбор. Может, есть такие люди, но Гриффитс и его приятели не из их числа. Они хотят добиться своего любыми средствами; и они, как и владельцы крупных ферм, больше всего боятся того, что работники станут дерзкими, как они это называют, и будут требовать повышения поденной платы, – такой платы, которая соответствовала бы ценам на зерно, – отказываясь работать, если они ее не получат, и пытаясь перебиться тем, что они смогут выжать из общинной земли. А когда ее не будет, то и дерзить будет некому.

Здесь тропинка стала такой узкой, что Джеку, Стивену, Лалле и козе пришлось идти гуськом, и разговор прервался. Когда через некоторое время они добрались до вспаханного поля справа и открытого пастбища слева, Стивен сказал:

– Одним из преимуществ жизни в море для людей нашего положения является свобода слова. В каюте или на кормовом балконе мы можем говорить все, что пожелаем и когда пожелаем. И если вдуматься, то в обычных условиях, на суше, это случается очень редко. Почти всегда есть причины для осторожности – слуги, близкие, посетители, чьи-то невинные, но восприимчивые уши или возможность их присутствия. Во многом так же, как хорошее, вдумчивое чтение редко встречается в доме, если только у человека нет собственной неприступной и звуконепроницаемой комнаты: постоянное отвлечение, беспокойные ненужные перемещения, открывание и закрывание дверей, извинения, даже, Боже упаси, шепот, трапезы. Чтобы погрузиться в книгу по-настоящему, нет ничего лучше моря: во время последнего плавания я прочитал Иосифа Флавия[31] между Фритауном и скалой Фастнет[32]: крики моряков, движение моря и шум стихии (за исключением, возможно, ее крайних проявлений) – ничто по сравнению с домашними раздражителями. С тех пор все мое время и энергию незаметно поглощали лишь газеты, бюллетени, периодические издания и всяческое легкое чтение, не считая журнала Королевского научного общества. А теперь, Джек, пожалуйста, расскажите мне об адмирале лорде Странраере, о котором вы так часто упоминали.

– Ну, как вы знаете, он командует эскадрой, блокирующей Брест, то есть нашей эскадрой. Он моряк, ставший землевладельцем, как и его племянник Гриффитс; таких много, они напичканы теорией о высоком уровне сельского хозяйства и иногда владеют большими поместьями, но, в отличие от Гриффитса, он довольно хороший моряк. Строгий командир, никогда не стеснявшийся в выражениях. Он небольшого роста, крикливый, но может и укусить.

– У него шотландский титул, я полагаю?

– Нет, английский, со времен Вильгельма Оранского[33]. Фамилия у него изначально была Куп. Он виг, но умеренный виг, голосующий иногда и против министерства, но иногда – и в важных вопросах, – за, что означает, что к нему прислушиваются. И все же он в достаточной степени виг, чтобы не любить меня из-за моего отца. Возможно, вы помните, что до того, как встать на путь радикализма, мой отец был страстным тори и во время одних выборов выпорол человека, который поддерживал Хинтона в интересах вигов. В свое время это был большой скандал. Но, с другой стороны, он не возражает против того, что Гриффитс всегда голосует за правительство в тех редких случаях, когда посещает парламент: он является депутатом от Картона, небольшого округа, подобного моему, хотя и с еще меньшим количеством избирателей. Адмирал также не любит меня за то, что я взял отпуск по парламентским делам, а это означает, что мое место должен занять временный заместитель капитана; и он возненавидит меня еще больше, когда узнает, что я собираюсь расстроить этот план огораживания, который он очень настоятельно рекомендовал с самого начала, приезжая довольно часто и рассказывая об огромных возможностях, которые таит в себе эта общинная земля. Он очень любит объединять фермы, полностью избавляясь от людей, обрабатывающих пятьдесят или сто акров, и получая огромные угодья с хорошими дорогами, современными зданиями и потрясающими урожаями, – Бог знает, сколько мешков с акра.

– Похоже, на флоте существует множество, так сказать, кланов, не говоря уже об очевидных политических разногласиях. Есть такие люди, как вы, которые любят навигацию по звездам и благоволят себе подобным; и те, кто с удовольствием исследует любую местность, которую можно исследовать, какой бы сырой, отдаленной и неприветливой она ни была; но я думаю, что это первый раз, когда я слышу о группе моряков, увлекающихся сельским хозяйством. Мне не терпится познакомиться с этим адмиралом.

– Да, и существуют еще связи по родству и симпатии. Например, лорд Кейт[34] был очень добр ко мне, когда я был молод, и я сделаю все, что в моих силах, для его мичманов или сыновей его офицеров. Это распространено повсюду на флоте, особенно в старых военно-морских родах, таких как Херви. То же самое относится и к определенным регионам. Бывают корабли, где все офицеры и большинство матросов – шотландцы. Я знал один шлюп, капитан которого был родом с острова Мэн, и почти все матросы были его земляками. Но что касается адмирала, то вы увидите его достаточно скоро: мы должны быть на борту в течение двух недель. У меня как раз будет время забежать в Палату общин на заседание комитета, застать их всех врасплох, а затем отправиться в Торбей, куда Хинедж Дандас зайдет до новолуния, высадив Дженкинса...

– Кого?

– Мой заместитель, моя временная замена, – сказал Джек, и по его тону и выражению лица Стивен понял, что он невысокого мнения об этом человеке. – Из-за южного и даже юго-юго-восточного ветра я ожидал приказа в течение последних трех дней.

Лалла снова навострила уши, прислушиваясь к звукам в кустах слева, в пределах видимости дома, но по эту сторону парка. Из них выскочил маленький мальчик, Джордж, за которым по пятам следовала маленькая девочка, Бригита.

– О, сэр, – воскликнул Джордж. – пришло срочное письмо из Плимута. И кузина Диана приезжает.

– О, папа, – воскликнула Бригита. – там человек на взмыленной лошади, он умирает от жажды, и у него с собой письмо, срочное сообщение. Мама сама везет его, управляя большой каретой. Мы пробрались через кустарник, а затем через вереск, – К этому времени она была уже рядом с ними