История крепостного права на Руси. Предпосылки и основные этапы лишения крестьян личной свободы. XIV—XVII века - Ричард Хелли Страница 87

налогов на содержание армии сыграло свою роль в закрепощении крестьян, но лишь роль второстепенную; беспорядки, вызванные побегами крестьян, спасавшихся от обременительных налогов, подорвали способность среднего служилого сословия содержать себя, что привело к последствиям, о которых говорилось ранее. Однако правительство почти всегда имело возможность взимать налоги, независимо от того, где проживало население, даже в киевские времена. Кроме того, если бы не существовало реального неравенства требований к крестьянству, связанного с поместной системой, земледельцы гораздо меньше перемещались бы в поисках временного облегчения от гнетущих условий. Относительно небольшое количество крестьян бежало за границу или в татарские степи, где их не могли достигнуть сборщики налогов. Помимо того, правительство могло с большим успехом предотвратить перемещение крепостных, чем свободных крестьян.

Московии представилась возможность отказаться от поместного метода финансирования армии во время Тринадцатилетней войны. Крестьянам на отвоеванной территории было приказано платить свои традиционные оброки деньгами и натурой российскому правительству для раздачи жалованья войскам. Однако план провалился, так как он упирался в традиционные представления о политической роли землевладения на оккупированной территории, а также по той причине, что одной из целей военных действий в московский период являлся захват населенных земель для поддержки поместной конницы. Начиная по крайней мере еще с присоединения Новгорода в конце XV в., Москва выработала практику обеспечения лояльности территории и вознаграждения собственных войск при помощи депортации коренных землевладельцев и замены их московскими служилыми людьми. Та же процедура повторилась после присоединения Псковской, Казанской и Прибалтийской земель. Поэтому совсем неудивительно, что во время Тринадцатилетней войны Московия вскоре раздала завоеванные территории своим и иноземным служилым людям, которые были готовы присягнуть царю. Возможно, это было стратегически и политически мудро, но Россия потеряла возможность вбить клин в поместную систему.

Не всем русским были очевидны противоречия, присущие привилегированному положению дворянства после Тринадцатилетней войны. В 1680-х и 1690-х гг. шведский король Карл XI конфисковал многие поместья для своей короны. В.В. Голицын, возглавлявший правительство с 1682 по 1689 г. для царевны Софьи, будучи осведомленным о действиях Карла в 1680, 1682 и 1683 гг., задумал подражать северному монарху. Он разработал план создания регулярной армии, состоящей как из дворян, так и из других категорий служилых людей. Всем воинам надлежало платить только деньгами с крестьянского подушного налога. Тогда дворянам пришлось бы потерять и землю, и крепостных. Вопрос о том, означала ли реализация проекта Голицына отмену крепостного права, остается спорным, но он, безусловно, резко сократил бы число крестьян, подвластных барину, и пропорционально увеличил бы число податных черных крестьян. Проект не успели реализовать, потому что Голицын вскоре был свергнут Петром I и теми, кто ратовал за традиционное правление Московии.

Во второй половине XVII в. к самому служилому сословию правительство относилось более властно по контрасту с 1648 г. Челобитные о помощи зачастую сразу же отклонялись. С их представителями обращались так, как вряд ли можно было бы представить раньше. Пошатнувшееся положение дворянства, сказавшееся на уменьшении его общественной полезности, не позволило ему протестовать против такого обращения или укрепления власти магнатами, ибо последние всегда могли просто пригрозить освободить крепостных и тем самым лишить дворян и детей боярских их экономической поддержки и социального статуса. Такое неустойчивое состояние явилось следствием реформирования новой армии, которая подготовила почву для окончательной победы московских магнатов над остальным обществом.

Еще один признак упадка среднего служилого сословия можно наблюдать в связи с прекращением созыва Земского собора после начала Тринадцатилетней войны. Земский собор после 1613 г. превратился в один из форумов, на котором среднее служилое сословие могло выражать свои интересы с уверенностью, что правительство будет его слушать. После событий 1648 г., когда власть была вынуждена пойти на многочисленные уступки избранным делегатам Земского собора, правящая элита, можно с уверенностью сказать, пожелала избавиться от этого совещательного учреждения. Во время ведения Тринадцатилетней войны это стало возможным. Система сбора информации центральной властью была усовершенствована до такой степени, что ей не требовалось вызывать представителей уездной администрации во главе с воеводой, которому в XVII в. постепенно стала подчинятся губная система. Фискальная система была организована таким образом, что автократия могла быть уверена, что вряд ли она сможет увеличить доход, советуясь с горожанами и знатными купцами страны. Правительство также не считало нужным советоваться ни с иностранными офицерами-наемниками, ни с войсками полков нового строя на предмет, хотят ли они воевать, как это было принято у среднего служилого сословия. Таким образом, после 1653 г. государственная власть перестала созывать Земский собор, и Россия потеряла шанс получить в дальнейшем реальный парламент.

Некоторые советские историки предлагают иное объяснение роспуску Земского собора. «Достигнув своей цели – закрепощения крестьянства, дворяне охладели к Земскому собору. Теперь они были гораздо больше заинтересованы в укреплении центрального и местного аппарата власти, дабы гарантировать реальные плоды эксплуатации крепостных крестьян. Удовлетворив желание основной массы светских помещиков и верхушки городского населения, царизм получил возможность управлять страной без помощи сословно-представительного учреждения» (Заозерский А.И. К вопросу о составе и значении Земских соборов // ЖМНП. 1909. Май – июнь).

Земский собор был не единственным, что казалось жизненно важным в 1648 г., но вскоре было обреченным на исчезновение. Вместе с этим институтом были упразднены и многие уступки, которые предоставлялись под давлением во время кризиса. Вероятно, некоторые из новых законов всерьез воспринимались только их учредителями, и даже во время их обнародования правительство, вероятно, не собиралось применять на практике многие из них. Достаточно нескольких примеров. В 1648 г. все крестьянские земли Западного Поморья, которые были проданы, подлежали конфискации у покупателей и возвращению прежним владельцам. В сентябре 1649 г. правительство задним числом отменило положение о конфискации. Соборное уложение предписывало всем городам выделять вокруг себя определенную площадь под садовые участки и пастбища. Земли должны были быть конфискованы для города или обменены на дворцовые земли в другом месте. После неукоснительного соблюдения этих положений в течение короткого времени их действие было вскоре ослаблено, а затем и полностью игнорировано. Еще одной важной льготой для горожан стал указ о том, что ни одной стороне, освобожденной от налогов, не разрешается владеть городской собственностью. Бесконечные судебные разбирательства свели на нет большую часть эффективности этой меры. Указ 1681 г. отменил этот закон и разрешил сторонам, освобожденным от налогов, сохранять облагаемую налогом собственность в городе. Монополия горожан на торговлю оказалась эфемерной. Бесполезность запретов против приобретения земли церковью обсуждалась в главе 2. Монастырский приказ, созданный под давлением делегатов Земского собора с целью подчинения большей части церкви и ее мирских подданных светскому контролю, в 1677 г. был упразднен по требованию патриарха и духовенства. О судьбе крепостных, бежавших от