Патрик О’Брайан - Миссия в ионическом море Страница 81

Черты ее лица прекрасны и добродетельны,
Изъянов врожденных в них нет.
Пусть года её твои не превысят или будут равны - 
Привлекательность женская быстро угаснет.
Ее состояние пристойно и, если это возможно
Удостоверься, что оно праведно.

Если ж достаточно и твоего, ее может быть уменьшено:
Не стремись сам к богатству избыточному,
Ибо то, что делает нашу жизнь уверенной,
Так это любовь и достаток умеренный.
- Очень хорошо, - воскликнул казначей, чиркая в своем бюллетене для голосования. - Скажите, сэр, что бы вы посчитали умеренным достатком? Я имею в виду человека, у которого есть только его жалованье?

Мистер Драйвер засмеялся и прохрипел под конец:
- Две сотни в год в казначейских билетах в ее собственном распоряжении.

- Никаких замечаний, господа, если позволите, - произнес Пуллингс, кивнув в сторону профессора Грэхэма, который, очевидно, намеревался что-то сказать.- Никаких замечаний до голосования, - он пустил урну для голосования по кругу (её роль исполнял футляр из-под секстанта), поставил её перед Джеком и обратился к Грэхэму, - я перебил вас, сэр, и прошу прощения.

- Я только хотел заметить, что стихотворение капитана Драйвера напомнило мне стих Помфре "К другу, намеревающемуся жениться".

- Но это так и есть, - удивленно сказал Драйвер: и среди общего протеста заявил, чтобы все слышали, - мой опекун заставил выучить его наизусть.

Осаждаемый со всех сторон, он обратился к Джеку:
- Как можно ожидать, что это будут собственноручно написанные стихи? Собственноручно написанные стихи, ради Бога! - Драйвер считал, что приз полагается за лучшее прочтение.

- Если бы приз полагался за лучшее прочтение, - сказал Джек, - то, осмелюсь сказать, мистер Драйвер сорвал бы первый приз, но, поскольку условия совсем другие, его следует вычеркнуть из списка соревнующихся и вернуть его ставку, а бюллетени в его пользу не учитывать.

Что касается остальных конкурсантов, - сказал он, изучая бюллетени, - то считаю, что мистер Роуэн победил в номинации "поэзия в классической манере", в то время как мистер Моуэт победил в номинации "поэзия в современной манере".

Посему призовой фонд следует разделить на две равные половинки или доли. И думаю, что не искажу чувства собравшихся, если настоятельно рекомендую обоим господам вступить в переписку с каким-либо уважаемым книготорговцем с целью публикации своих произведений, как для удовольствия своих друзей, так и на благо службы.

- Внемлите ему, внемлите, - воскликнули остальные, стуча по столу.

- Мюррей, вот тот, кто нужен, - сказал Грэхэм со значительным видом, - Джон Мюррей с Альбемарль-стрит. У него отличная репутация, и, могу заметить к его чести, что отец его, основавший магазин, был сыном, законным сыном, лейтенанта морской пехоты.

Мистер Драйвер же довольным не выглядел. Он заявил, что если у сына этого парня нет особых талантов или личной привлекательности, тогда парень вполне прав, запихав сына в магазин: семье не пришлось возиться с ним после того, как он вырос, пока тот не сделает себе состояние или, по крайней мере, более чем пристойный джентльмену достаток.

И вообще книготорговец - это не обычный лавочник - многие, кого знал Драйвер, умели читать и писать, а некоторые и изъяснялись довольно гладко.

- Именно так, - подтвердил Грэхэм, - и этот мистер Мюррей особенно хорошо воспитанный экземпляр, более того, даже сравнительно не подвержен омерзительной скупости, привнесенной в Дело, как его подчеркнуто называют, этой незавидной репутации. Мне сказали, он дал пять сотен фунтов, Пять Сотен Фунтов, господа, за первую часть "Чайльд-Гарольда» лорда Байрона.

- Боже, - произнес Стивен, - а что бы принес в совокупности весь Гарольд?

- Чайльд - это архаичный термин для обозначения молодого человека из хорошей семьи, - вмешался Грэхэм.

- Я и не ожидаю столь многого, - сказал Роуэн, - я не лорд, но хотел бы видеть свои труды напечатанными.

Вечером, когда фрегат очень медленно скользил в тумане, поднимающемся от теплой поверхности моря, тумане с глубоким розовым оттенком от заходящего солнца, Джек произнес: 
- Даже не могу выразить, насколько я счастлив вновь оказаться на дорогом мне "Сюрпризе".

- Вижу, - согласился Стивен, - и рад за тебя. 
Он говорил немного отрывисто - кончик смычка виолончели недавно развалился на куски прямо в руке, и раздражение все еще кипело внутри. На Мальте он спал на берегу, и мальтийские клопы, блохи и комары так сильно его искусали, что даже сейчас Стивен чесался с головы до ног, и погода оказалась намного жарче, чтобы считать её приятной.

Однако Стивен не вредничал и размышлял над поведением друга. Имелись ли у него любовные похождения в Валетте, или (Джек не столь предприимчив, как Баббингтон) какая-то гнусная потаскуха хитростью завлекла его, нежно подталкивая, на языческий алтарь, убедив, что он - герой-завоеватель?

Нет, Джек так не выглядел: не видно в нем ничего от мужского самодовольства. Тем не менее, налицо какое-то языческое состояние благодати, в этом Стивен был уверен, а когда Джек, зажав скрипку под подбородком, извлек странный дерганный аккорд, а затем начал импровизировать дальше, уверился в этом еще сильнее.

С его техникой самоучки и разнообразными ранами, Джек никогда не являлся приличным скрипачом, но в этот вечер прямо-таки заставлял скрипку петь, и слушать его доставляло истинное наслаждение.
Это была дикая, отрывистая песня, выражающая скорее ликование, чем соблюдающая правила, но ликование, весьма и весьма далекое от легкомысленности, и, созерцая Джека, пока тот играл у кормового окна, Стивен задумался, как покрытый шрамами и побитый жизнью пост-капитан весом в шестнадцать стоунов, джентльмен с зарождающимся вторым подбородком, может играть с таким изяществом, такой веселостью, выдавать такие удивительно блестящие и оригинальные вариации и выражать их настолько хорошо.

Застольный Джек Обри, находящий удовольствие в остром словце, являлся другим существом, но все же оба уживались в одном теле.

Смычок для виолончели починен, скрипичная импровизация завершилась эльфийской трелью почти за гранью человеческого слуха, и они перешли к своему старому, размеренному Скарлатти до-мажор, играя до ночной вахты.

- Помнит ли Уильям Баббингтон о моей мастике, вопрошаю я себя, - сказал Стивен, когда уходил. - Он достойный молодой человек, но при виде юбки все остальные соображения вылетают у него из головы, а Аргостоли славится не только мастикой, но и красивыми женщинами.

- Уверен, что помнит, - отозвался Джек, - но, сомневаюсь, что мы встретимся с ним в первой половине дня. Даже мы едва делаем два узла, а эта жалкая, позорная посудина, голландское корыто по прозвищу "Дриада", вообще бесполезна при слабом ветре. Кроме того, если этот туман завтра не разойдется, мы тоже можем вообще заштилеть.