Андрей Марченко - Письмо никому Страница 35

Антон даже не стал заходить в общежитие. Ему вспоминались его коридоры, комнаты — тесные, грязные, с убогим освещением.

Казалось бы — в этом тепле живи и не тужи. Ясная перспектива: второй курс, за ним — третий, потом — четвертый, затем пятый… Диплом, работа в какой-то конторе за скромную зарплату. Живи и не тужи — день за днем, год за годом.

Здесь такой стабильности не было — но, между тем, такая жизнь ему начинала нравиться…

Есть предел, за которым лед начинает кипеть. Не оплавляться, давая холодную воду, а превращаться сразу в чистый пар.

Есть предел, за которым школьный учитель, не смевший повысить голос даже на своих учеников, говорит — хватит. Он уже не идет привычной дорогой на привычную работу. Снимает пиджак, одевает мундир или просто повязывает ленточку повстанца. Снимает очки, и глаз ложится на окуляр оптического прицела. В смутное время делает стремительную карьеру, своей активностью стараясь наверстать долгие годы безмолвия, безделья. И уже через пару лет подымает в атаку полки.

Почтальону войны не досталось. Но в этой жизни была какая-то неизъяснимая прелесть, та самая, из-за которой мальчишки из в общем-то благополучных семей убегают из дому или хотя бы гуляют там, где гулять им маменьки заказывали.

…А Егор продолжал рассказывать о прошедшем дне:

— А я вот купил, — из кармана вытащил пластинку, размером с крупную плитку шоколада, — компьютер! Наладонник.

Егор хвастался своей покупкой. Купил старенький, дешевенький, еще с монохромным дисплеем.

Что касается телефона, то ему тоже что-то присоветовали — он купил аппарат не лучше старого, зато с коротеньким проводком, который подключался прямо к наладоннику. Со скидками стоил такой гарнитур дешевле, чем смартофон — компьютер и телефон в одном корпусе.

— Зато теперь мне не надо искать Интернет-кафе, чтоб отбить послание клиенту. Высокие технологии, двадцать первый век, мать его так. Прямо как в шпионских романах будем передавать данные…

Поужинав, легли спать — отдохнуть перед дорогой. Билеты еще не были куплены, на каком именно поезде лучше отбыть тоже не задумывались. Егор считал, что в таком случае лучший выход — импровизация.

Где-то около полуночи он проснулся, стал теребить за плечо Антона:

— Вставай… Пора бы в путь.

Скорый поезд стратегического назначения

На вокзале было шумно.

Было это странным еще потому, что время на часах обозначилось совсем не детское — два часа ночи.

Кто-то ждал своего поезда, кто-то, напротив, не мог уехать — городской транспорт ночью ходил неважно. Кто-то пытался взять билеты. В единственной работающей кассе при свете ночника и компьютера полуспал кассир, которому потенциальные пассажиры пытались по очереди объяснить, кто они такие и отчего им не спится.

За сонным порядком наблюдали сонные милиционеры. Ходили неспешно, где-то вальяжно, документы не проверяли — холод и ночь примиряли. Уборщица, мучимая бессонницей, задумчиво мыла полы.

То и дело к перрону подкатывали поезда. Проводники зевали у открытых дверей, но огни в окнах купе не горели. Пассажиры смотрели свои десятые сны, лишь в запасном тамбуре иного разгорался огонек сигаретки тех, кто не мог уснуть. Простояв совсем немного и приняв немногочисленных пассажиров, поезда уходили дальше, куда-то в ночь. Что поделать — станция проходящая, и поезда не имели никакого представления о порядочности.

Зато электрички прибывали во всем убранстве огней. Но в их вагонах было почти пусто, вероятно, хватило бы небольшого автобуса, чтобы с комфортом перевезти пассажиров всех десяти вагонов.

Но настойчивые старушки продолжали ходить меж вагонами, надеясь продать пиво, воду, да хоть что-то…

На вокзал Антон и Егор прибыли сонным трамваем, богато иллюминированным в салоне, но с темной кабиной. Вероятно, там скрывались водитель и кондуктор, но последний так и не вышел, не обилетил пассажиров.

— Спать хочется… — пожаловался Антон.

— Что поделать, — ответил его спутник. — Я бы хотел умереть во сне, но с моим графиком мне это не светит.

Егор думал, что на конечной остановке, возле вокзала откроют лишь первую дверь и слупят штраф за проезд без билета. Но и там дверь кабины не открылась. Зато широко распахнулись все двери трамвая, свет стал полутусклым. Дескать, или выматывайтесь из транспорта в тепло и свет, или замерзайте в темноте.

В общем, получалось, что до вокзала доехали бесплатно. Весь багаж друзей состоял из одной сумки Егора. Была она длинной, модель классическая «Мечта оккупанта». Вероятно, в ней бы одной поместилось пресловутое золото. Такие обычно любят обыскивать милиционеры — в них войдет все что угодно: несколько автоматов, складной гранатомет, десяток килограмм взрывчатки. Но издалека было видно — сумка почти пустая. Из города Егор уезжал немного обедневший.

— Надо бы билеты купить… — напомнил Антон.

— А на какой поезд?

— Я думал, ты знаешь…

— Думаю, в нашем случае главное — побыстрей убраться из города. Желательно на восток. А там видно будет.

В центральном зале на стене висело большое расписание с указанием времени прибытия-отправления, разбивкой на направления. Рядышком — поменьше, электронное. На нем отображались поезда, которые прибывали вскорости…

Так они стояли несколько минут посреди зала, глядя вверх на сменяющиеся транспаранты. Словно дети, раскрыли рты — так будто лучше дышалось.

И чуть было, не прозевали атаку.

Получилось совершенно случайно — краем глаза Антон увидел, что сбоку к ним кто-то подходит. Обернулся, увидел двух мужчин. Не узнал их — да что там, видел он их первый раз в жизни, да и то мельком, и даже не запомнил лиц на будущее.

Но посмотрел на них непозволительно задумчиво. Думал о чем-то своем, кажется, о том, что ладно — они, дураки, не спят далеко за полночь. А вы-то, ребята, что здесь делаете?

Ребята эти не выглядели как потенциальные пассажиры. Оба одеты прилично — так в дорогу не собираются.

Вероятно, если бы они просто шли, то запросто смогли приблизиться, заломить руки, положить лицом на холодный, только что вымытый пол. Но, напоровшись на взгляд Антона, рванули с места, побежали. Лишь когда до столкновения оставалось лишь мгновение, Антон сделал шаг в сторону, за рукав оттащил и Егора. Этого хватило, чтоб двое на скользком полу вокзала промазали мимо них.

Егору хватило одного взгляда, чтоб оценить ситуацию:

— Деру!

Осмотрелся по сторонам — у выхода на платформу просыпался от полудремы милиционер. Возле выхода с неподъемными баулами возились тетки-торговки.