Таксист - Пол Шредер Страница 6

Бетси. Вы желаете участвовать в предвыборной агитации?

Трэвис. Да, мадам.

Бетси. А что вы думаете о позиции сенатора Палантайна по вопросу социальной помощи?

Этот вопрос несколько обескураживает Трэвиса. Он явно не имеет ни малейшего понятия о том, какова позиция Палантайна по вопросу социальной помощи. Более того, он вообще не думает о политике. Но собравшись с мыслями, отвечает:

— По вопросу социальной помощи, мадам? Я думаю, что сенатор прав. Люди должны зарабатывать на жизнь. Я именно так и делаю. Каждый день. Я люблю работать. Что толку держать этих старых пройдох на социальном довольствии, пусть повкалывают для разнообразия.

Бетси. Это не совсем то, что предлагает сенатор. Может быть, вы не хотите вести предвыборную агитацию, но у нас есть много другой работы. Вы могли бы заниматься конторской работой, могли бы составлять картотеки или развешивать плакаты.

Трэвис. Я хороший работник, мадам Бетси, я действительно хороший работник.

Бетси. Если вы поговорите с Томом, то он даст вам какое-нибудь поручение.

Трэвис. Если вы не возражаете, мадам, я бы хотел работать для вас.

Бетси. Сегодня вечером мы все работаем.

Трэвис. Видите ли, мадам Бетси, по ночам я вожу такси.

Бетси. Хорошо. Сами вы что конкретно хотите сделать?

Трэвис (собравшись с духом). Если бы вы не возражали, мадам, я был бы безмерно рад, если бы вы смогли выпить со мной где-нибудь чашку кофе.

Бетси не вполне понимает, как ей относиться к Трэвису. Она испытывает к нему не только любопытство, но и интерес. Ее влечет к этому человеку, и, как мотылек, она все ближе подлетает к огню.

Бетси. Почему?

Трэвис. Видите ли, мадам Бетси, я по нескольку раз в день проезжаю мимо этого места в своем такси. И все время вижу, как вы сидите здесь за этим большим длинным столом с телефонами, и я говорю себе: «Эта девушка одинока. Ей нужен друг. И я готов стать ей другом».

Трэвис улыбается. Он вообще-то редко улыбается, но когда это случается, улыбка озаряет все его лицо, как будто в нем открывается неведомое ему самому очарование. Бетси совершенно обезоружена.

Бетси. Я не знаю...

Трэвис. Это здесь на углу, мадам. Днем. Все будет нормально. Я буду рядом и буду оберегать вас.

Бетси (улыбается, смягчая тон). Хорошо. Хорошо. У меня перерыв в четыре часа. Если вы подъедете к этому времени, то мы пойдем и выпьем кофе на углу.

Трэвис. Огромное вам спасибо, мадам Бетси. Я буду здесь точно в четыре часа. (Пауза.) Э... э... Бетси...

Бетси. Что такое?

Трэвис. Меня зовут Трэвис.

Бетси. Очень приятно, Трэвис.

Трэвис кивает и выходит.

Том, следивший за разговором с деланным безразличием (а на самом деле с ревностью), подходит к Бетси. Он явно хочет объясниться с Бетси по поводу происшедшего, но она просто пожимает плечами — ведь это не его дело.

Бетси. Всего-навсего я хочу выяснить, что думают таксисты.

Свидание в кафе

Трэвис ходит взад и вперед по Бродвею напротив штаба избирательной кампании Палантайна, посматривая на часы.

Трэвис (голос за кадром). 26 апреля 1972 года. Четыре часа дня. Я пригласил Бетси в кафе Мейфейр на Бродвее...

Трэвис и Бетси сидят в отдельной кабинке маленького нью-йоркского кафе. Трэвис нервно крутит чашку в руках.

Официантка приносит заказ: яблочный пирог для Трэвиса и фруктовый компот для Бетси.

Трэвис (за кадром). Себе я заказал черный кофе и яблочный пирог с кусочком плавленого желтого сыра. Я думаю, это был неплохой выбор. Бетси заказала кофе и порцию фруктовой смеси. Она могла бы выбрать все, что пожелала.

Бетси перебивает рассказ Трэвиса.

Бетси. На сегодняшний день мы зарегистрировали в Нью-Йорке уже 15000 добровольцев, готовых агитировать за Палантайна. Мы сталкиваемся с колоссальными организационными проблемами.

Трэвис. Я хорошо понимаю, о чем вы говорите. У меня те же трудности. Никак не могу организовать свои дела. Я имею в виду все эти мелочи: свою комнату, вещи. Я должен повесить у себя табличку, на которой было бы написано: «На днях я обязательно организозуюсь».

Трэвис неправильно произносит слово, и на лице его появляется заразительная улыбка, которая заставляет сердце биться чаще. Бетси не может не плениться такой улыбкой.

Бетси (смеясь). Трэвис, я никогда раньше не встречала никого похожего на вас.

Трэвис. Могу в это поверить.

Бетси. Где вы живете?

Трэвис (уклончиво). В верхней части города. Так себе место. Ничего особенного.

Бетси. Почему вы решили водить такси именно по ночам?

Трэвис. Одно время у меня была постоянная работа днем. Но ночью мне было нечего делать. И знаете, мне стало как-то одиноко бродить просто так. Я и решил работать по ночам. Одиночество ведь не очень-то приятная штука.

Бетси. После работы я ужасно хочу побыть какое-то время одна.

Трэвис. Да, конечно... (Пауза.) В такси встречаешь людей. Много людей. Это хорошо действует.

Бетси. А какие это люди?

Трэвис. Да как вам сказать. Просто люди. (Пауза.) Однажды покойник попался.

Бетси. Как так?

Трэвис. У него было пулевое ранение. Я-то этого не знал. Он заполз на заднее сиденье, сказал «Западная сторона 45-й улицы» и дух вон.

Бетси. И что вы сделали?

Трэвис. Прежде всего выключил счетчик. Ведь платить-то некому было. Затем забросил его в полицейский участок. Они приняли.

Бетси. Вот это да.

Трэвис. В такси чего только не увидишь. Особенно когда луна появляется.

Бетси. Луна?

Трэвис. Полная луна. Однажды ночью мне несколько ненормальных попались. Задрал голову: так оно и есть — полная луна.

Бетси смеется.

Трэвис. Серьезно. Люди не стесняются при водителе делать все что угодно. Абсолютно все. Одним комнату в отеле снять не по карману, другим надо наркотик толкнуть или уколоться, третьим неймется оскорбить тебя. (В его голосе появляется