Дмитрий Михаловский - Поэты 1880–1890-х годов Страница 66

286. «Только вечер затеплится синий…»

Только вечер затеплится синий,Только звезды зажгут небесаИ черемух серебряный инейУберет жемчугами роса,

Отвори осторожно калиткуИ войди в тихий садик, как тень,Да надень потемнее накидку,И чадру на головку надень.

Там, где гуще сплетаются ветки,Я незримо, неслышно пройдуИ на самом пороге беседкиС милых губок чадру отведу…

П. С. СОЛОВЬЕВА

Поликсена Сергеевна Соловьева была дочерью известного русского историка и ректора Московского университета Сергея Михайловича Соловьева. Она родилась в Москве 20 марта 1867 года. Ее дедом со стороны матери был адмирал В. Романов, дважды совершивший кругосветное путешествие. В молодости он состоял в дружбе с некоторыми из будущих декабристов, из-за чего подвергся после 14 декабря аресту и недолгое время провел в Петропавловской крепости. Родным братом поэтессы был известный философ и поэт Владимир Соловьев, оказавший сильное влияние на формирование духовного облика сестры, относившейся к нему с благоговением и преданностью.

Семейство Соловьевых было многочисленным; все его интересы сосредоточивались главным образом вокруг напряженной работы отца над многотомной «Историей России». Это был основной труд его жизни. Несмотря на большую семью, в доме царил строжайший распорядок, званые вечера и сборища были редким исключением.

Соловьева, по ее собственному признанию, росла «городским» и «домашним» ребенком, не склонным к шумным играм, но зато расположенным к самоанализу и сосредоточенности. Она рано научилась читать и писать. С самого детства она, как и ее многочисленные братья и сестры, имела доступ к библиотеке отца и прочно привязалась к книгам и литературе, а с возрастом — и вообще к искусству. Помимо библиотеки этому способствовали домашние спектакли, в которых Поликсена принимала активное участие. Ее воображение и наклонности развивались также под впечатлением рассказов матери, состоявшей некогда в знакомстве и дружбе с видными литераторами 1840-х годов, в том числе T. Н. Грановским, братьями Аксаковыми. Постоянным гостем в доме был А. А. Фет, одобривший первые стихотворные опыты четырнадцатилетней поэтессы.

С семнадцати-восемнадцатилетнего возраста она печатается уже постоянно. Кроме поэзии она увлекается и другими видами искусства: несколько лет занимается в Школе живописи, ваяния и зодчества, где ее руководителями были И. М. Прянишников и В. Д. Поленов; обучается пению.

В 1895 году Соловьева переезжает на жительство в Петербург. Ее стихи попали в руки Н. К. Михайловского, который напечатал их в «Русском богатстве». Путь в большую литературу был открыт. Вскоре последовали публикации в «Вестнике Европы», «Мире божьем» и других журналах. Особенно широко Соловьева печатается в популярном «Журнале для всех». В это время и возник странный псевдоним ее — Allegro (музыкальный термин, обозначающий быстрый темп исполнения). Его появление сама поэтесса объясняла неосознанным желанием восполнить недостаток жизненной энергии, который она в себе ощущала.

Однако этот «недостаток жизненной энергии» все же дает о себе знать в стихотворениях поэтессы. Элегические, исполненные медитативной мечтательности, они и производят на читателя впечатление прежде всего отсутствием активного, волевого начала. В них все приглушено, краски как бы стушеваны, и даже те произведения, в которых как будто выражена активная волевая мысль, несут на себе следы меланхолии и печали. Возможно, что такое впечатление усиливается еще и оттого, что в стихах Соловьевой отчетливо видно несоответствие мысли с той поэтической формой, в которой она выражается, Соловьева придумала себе не только псевдоним, она придумала себе и лирического героя. Это «он», лицо мужского рода, и от его-то имени и написаны все известные нам стихотворения поэтессы.

Может быть, поэтому интонационно-эмоциональная структура лирики Поликсены Соловьевой несколько аморфна и на фоне сильно выраженного в поэзии того времени личностного начала маловыразительна. В рецензии на сборник стихотворений Соловьевой «Иней» (1905) Блок характеризует ее поэзию словами: «печаль», «тихая поэзия», «грустные и тихие стихи» и т. д.[88] Однако эти же черты определили и неповторимое своеобразие лирики Соловьевой; ее затаенная печаль, ее откровенная грусть могут рассматриваться как слабое, но все же выражение определенной общественной позиции. Не располагая таким сильным арсеналом поэтических средств, каким располагали ее более одаренные современники, Соловьева все-таки выработала по отношению к буржуазной действительности свою поэтическую позицию, которая может рассматриваться и как определенная общественная позиция. Не приемля мира буржуазной пошлости и наживы, поэтесса отстраняется от него, но не путем активной борьбы, а создавая свой особый замкнутый мир, в котором царят «грусть» и «тихая тоска».

С переездом в Петербург жизнь Соловьевой резко меняется. Завязываются новые знакомства — с членами «пятниц» К. К. Случевского, с семейством А. Блока, с Вяч. Ивановым, с семейством Гиппиус.

В 1906 году Соловьева вместе с детской писательницей Н. И. Манасеиной приступает к изданию первого в России регулярного детского журнала «Тропинка». При журнале организуется вскоре и издательство под тем же названием. Дело было поставлено на широкую ногу и со вкусом. К участию в журнале и издательстве привлечены были Блок, Бальмонт, Куприн, А. Толстой, С. Городецкий, художники — М. Нестеров, Е. Кругликова. Журнал имел обширную аудиторию и просуществовал семь лет. Он закрылся, не выдержав конкуренции с аналогичными возникшими вслед за ним изданиями. Но и после закрытия журнала Соловьева продолжала свою деятельность в детской литературе.

В 1908 году за сборник стихотворений «Иней» Соловьевой был присужден почетный отзыв имени Пушкина и золотая Пушкинская медаль. Соловьева оказалась первой, кого Академия наук удостоила этой медали, только что учрежденной по предложению почетного академика П. И. Вейнберга.

Умерла Соловьева в Ленинграде 16 августа 1924 года. Ее стихотворения (в том числе для детей) неоднократно издавались отдельными сборниками. Наиболее известны: первый сборник («Стихотворения», 1899), «Иней» (1905), «Плакун-трава» (1909), «Вечер» (1914), «Последние стихи» (1923).

287. «Победил он могучих врагов…»

Победил он могучих врагов,Он разбил их несметную рать,И с венком из лавровых листовПобедителя вышли встречать.

Но средь кликов и шумных похвалВ колеснице своей золотойОн безмолвный и бледный стоял,Весь объят непонятной тоской.

Не внимает приветствиям он,Не понять ему радостных слов,Ему слышатся вопли и стон,Это стон побежденных врагов.

Вспоминается темная ночь…Бледный месяц еще не всходил…Он не в силах спасти и помочь,Он, который их всех победил…

И он думает всё об одном,И от счастья победы далек —На челе раскаленным клеймомТяготеет победный венок.

288. «Нет движенья в горах, всё замолкло и спит…»

Нет движенья в горах, всё замолкло и спитПод сверкающим снежным ковром,Только горный поток, не смолкая, шумитИ рыдает и ночью, и днем.

Всюду стелет зима ледяной свой покровИ с потоком вступает в борьбу,Но он рвется, мятежный, из тяжких оков,Громко ропщет на жизнь и судьбу.

И несется средь скал и угрюмых камней,Нарушая их мертвый покой,И поет им, что нет ни преград, ни цепейВсем бесстрашным с могучей душой.

И разносится песня во мраке долин,Пробуждая от мертвого сна,А навстречу потоку с лазурных вершинУлыбаясь нисходит весна.

280. БЕЛАЯ НОЧЬ

Земля не спит, напрасно ожидаяОбъятий сумрака и нежной тишины;Горит заря, полнеба обнимая;Бредут толпой испуганные сны.

И всё живет какой-то жизнью ложной,Успокоения напрасно жаждет взор,Как будто ангел бледный и тревожныйНад миром крылья белые простер.

290. «В этих бледных снегах мне не видно пути…»