Поэзия периода Великой Отечественной войны и первых послевоенных лет - Валентина Михайловна Курганова Страница 64

Слепят пожары дымом и огнем. Но все пройдет. И что бы ни случилось — Враг никогда не отразится в нем! Не зря в стекле тускнеющем и зыбком Таится жизнь. Не зря висит оно: Еще цветам и радостным улыбкам Не раз в нем выразиться суждено! 1942

СЕМАФОР

На станции сойдя прифронтовой, Иной дороги к западу ищи ты; За семафором путь порос травой И рельсы тусклой ржавчиной покрыты. Недалеко отсюда враг залег,— Здесь лес шумит встревоженно и дико. Как выпавший из топки уголек, Горит на шпалах алая гвоздика. Почти двенадцать месяцев прошло Со дня, когда кольцо блокады сжалось, И семафора белое крыло Ни разу с той поры не подымалось. Боец! Суров и труден путь войны, Невмоготу бывает временами,— Но все от нас зависит. Мы вольны Сполна вернуть утраченное нами. И знай, идя в кровопролитный бой Сквозь загражденья, выстрелы и взрывы,— Не только за тобой — и пред тобой Твоя земля, твои леса и нивы. Будь стоек в обороне и в бою, Врага к последней пропасти толкая. Пусть ты не здешний, но в твоем краю Есть тоже, может, станция такая. Мы победим! Борись за день, когда Падут враги... Тогда на запад снова Пойдут по расписанью поезда И ржавчина сойдет с пути стального. Тогда пороховой осядет дым, И расточится полутьма седая, И семафор взмахнет крылом своим, Как птицы машут, клетку покидая. 1942

ВЛАДИМИР ТУРКИН

В ОКОПЕ

В песке лицо. Лопатка. Я. И никого живого кроме. Но вижу, как на муравья С виска упала капля крови. Солдаты мстят. А я — солдат. И если я до мести дожил, Мне нужно двигаться. Я должен. За мной убитые следят. 1944

ЕВГЕНИЙ ДОЛМАТОВСКИЙ

УКРАИНЕ МОЕЙ

Украина, Украйна, Укрáина, Дорогая моя! Ты разграблена, ты украдена, Не слыхать соловья. Я увидел тебя распятою На немецком штыке И прошел равниной покатою, Как слеза по щеке. В торбе путника столько горести Нелегко пронести. Даже землю озябшей горстью я Забирал по пути. И леса твои, и поля твои — Все забрал бы с собой! Я бодрил себя смертной клятвою — Снова вырваться в бой. Ты лечила мне раны ласково, Укрывала, когда, Гусеничною сталью лязгая, Подступала беда. Все ж я вырвался, вышел с запада К нашим, к штабу полка, Весь пропитанный легким запахом Твоего молока. Жди теперь моего возвращения, Бей в затылок врага. Сила ярости, сила мщения, Как любовь, дорога. Наша армия скоро ринется В свой обратный маршрут. Вижу — конница входит в Винницу. В Киев танки идут, Мчатся лавою под Полтавою Громы наших атак. Наше дело святое, правое. Будет так.