О, как убийственно мы любим… - Тютчев Федор Иванович Страница 33

Потом с высот, где, разлучаясь, водыВ широкие, полдневные равнины,Как бы на пир, стремят свое теченье,Отколь не раз, как льдистые лавины,Полночные срывалися народы, —В Италию, – родимое владенье,       Он сводит вдохновенье —Небесный дух сей край чудес обходит,Высокий лавр и темный мирт колышет,Под сводами чертогов светлых дышит,С цветущих персей запах роз уводитИ шевелит прозрачной пеленоюНад дремлющей в руинах стариною!..11Но на Восток цветущий и пустынныйВлекло певца всесильное пристрастье,В любимый край его воображенья!..Сей мир насильства, лени, сладострастьяОн зрел еще перед его кончиной —Где обнялись в роскошном запустенье       И жизнь и разрушенье,И дружески цвели в вечернем светеВершины гор, где жил разбой веселый,Там, за скалой, пирата парус белый,Здесь рог луны, горящий на мечети,И чистые остатки ПарфенонаНа девственном румянце небосклона.12Но ты расторг союз сего творенья,Дух вольности, бессмертная стихия!И бой вспылал Отчаяния с Силой!..Кровь полилась, как воды ключевые,В ночи земля пила их без зазренья,Лишь зарево, как светоч над могилой,       Горе́ над ней светило, —И скоро ли – то провиденье знает —Взойдет заря и бурный мрак развеет!..Но юный день с любовью да светлеетНа месте том, где дух певца витает,Где в сумраке болезненной надеждыСомкнула смерть его земные вежды!..13Певец угас пред жертвенником брани!..Но песнь его нигде не умолкала, —Хоть из груди, истерзанной страстями,Она нередко кровью вытекала,Волшебный жезл не выпадал из длани,Но двигал он лишь адскими властями!..       В распре с небесамиВысокая божественность мученьяБыла ему загадкою враждебной —И, упиваясь чашею врачебной,Отравы жаждал он, не исцеленья, —Вперенные в подземный ужас очиОн отвращал от звездной славы ночи!..14Таков он был, могучий, величавый,Восторженный хулитель мирозданья!..Но зависти ль удел его достоин?..Родительским добром существованьяОн приобрел даруемое славой!Но был ли он сим демоном присвоен,       Иль счастлив, иль спокоен?Сиянье звезд, денницы луч веселыйДуши его, где вихри бушевали,Лишь изредка угрюмость провевали.Он стихнул днесь, вулкан перегорелый.И позднее бессмертия светилоС ночных небес глядит в него уныло…

1828–1829

Олегов щит

1«Аллах! пролей на нас твой свет!Краса и сила правоверных!Гроза гяуров лицемерных!       Пророк твой – Магомет!..»2«О наша крепость и оплот!Великий бог! веди нас ныне,Как некогда ты вел в пустыне       Свой избранный народ!..»* * *Глухая полночь! Все молчит!Вдруг… из-за туч луна блеснула —И над воротами Стамбула       Олегов озарила щит.

Не позднее первой половины 1829

Средство и цель

Стяжать венок от вас не мечу,Но ваши похвалы люблю,Коль на пути своем их встречу.Балласт хотя не назначает,Куда и как плыть кораблю,Но ход его он облегчает.

Не позднее первой половины 1829

Императору Николаю I

(С немецкого)

О Николай, народов победитель,Ты имя оправдал свое! Ты победил!Ты, господом воздвигнутый воитель,Неистовство врагов его смирил…Настал конец жестоких испытаний,Настал конец неизреченных мук.       Ликуйте, христиане!       Ваш бог, бог милости и браней,Исторг кровавый скиптр из нечестивых                                                   рук.Тебе, тебе, послу его велений —Кому сам бог вручил свой страшный                                                меч, —Известь народ его из смертной тениИ вековую цепь навек рассечь.Над избранной, о царь, твоей главоюКак солнце просияла благодать!       Бледнея пред тобою,       Луна покрылась тьмою —Владычеству Корана не восстать…Твой гневный глас послыша в отдаленье,Содроглися Османовы врата:Твоей руки одно лишь мановенье —И в прах падут к подножию креста.Сверши свой труд, сверши людей спасенье.Реки: «Да будет свет» – и будет свет!       Довольно крови, слез пролитых,       Довольно жен, детей избитых,Довольно над Христом ругался Магомет!..Твоя душа мирской не жаждет славы,Не на земное устремлен твой взор.Но тот, о царь, кем держатся державы,Врагам твоим изрек их приговор…Он сам от них лицо свое отводит,Их злую власть давно подмыла кровь,Над их главою ангел смерти бродит,       Стамбул исходит —Константинополь воскресает вновь…