Современная польская пьеса - Ежи Шанявский Страница 101

Х о д. Так это обычно и бывает.

Р о б о а м. Я начал с того, что стал скромным банковским работником и дошел до поста директора. Мое знакомство с замками всех систем обеспечило полное отсутствие хищений доверенных нам денег.

А з а р и я. Это, безусловно, свидетельствует об исключительной честности кандидата, но все же дело не так просто.

З о р о в а в е л ь. Президиум должен посовещаться. Объявляю короткий перерыв.

Президиум совещается. Горожане встают, прогуливаются, тихо обмениваются замечаниями. Иоас с Цеилой оказались в центре.

И о а с. Вот видишь, есть надежда. Не следовало тебе так бояться.

Ц е и л а. Я все равно боюсь, Иоас. А что, если не наберут десяти?

И о а с. Помни, ты поклялась!

Ц е и л а. Ты заставил меня!

И о а с. Ты поклялась!

Президиум закончил совещание.

А б и с у р. Перерыв окончен! Прошу занять места!

З о р о в а в е л ь. Президиум внимательно и всесторонне рассмотрел дело. Безусловно плохо, что Робоам некогда занимался грешным делом взламывания сейфов. Все же, с другой стороны, грех этот в результате оказался во спасение. Кто сможет сказать, что Робоам стал бы образцовым директором банка, если бы раньше не был взломщиком? Мы не прямолинейные догматики, для которых одна ошибка зачеркивает человека. Бывает время извращений, и бывает время всепрощения.

А б и с у р. Занести в список?

З о р о в а в е л ь. Да.

Возгласы одобрения.

А з а р и я (встает.). Моего кандидата здесь нет, ибо он пребывает на ступеньках храма и даже кратковременно не может покинуть свое место, так как это доставляет ему огромное затруднение. По причине отсутствия задних конечностей; впрочем, передних он также лишен. Вы догадываетесь, что я имею в виду нищего Исахара, инвалида войны.

Х о д. Я слыхал о нем, он пользуется незапятнанной репутацией.

З о р о в а в е л ь. Мне очень неприятно, но я должен отклонить эту кандидатуру. По-моему, праведником надо быть по собственной инициативе, а не под давлением тех или иных объективных причин. Где гарантия, что инвалид Исахар был бы праведником, если бы у него были обе руки и обе ноги, что дало бы ему возможность действовать свободно?

А з а р и я. Эти размышления только кажутся правильными. Например, взвесим: какая женщина может гарантировать, что она не стала бы насильником, если бы получила такую возможность? Но это не может стать поводом для осуждения всех женщин.

Х о д. Я согласен, что праведником надо быть по собственной инициативе. По моему мнению, инвалид Исахар таковым является. Мало ли мы знаем таких людей, которые, лишенные правой и левой ноги, сумели бы еще лягнуть ближнего?

З о р о в а в е л ь. Вы меня убедили. Стражник, запиши имя инвалида.

А б и с у р. Есть. (Пишет.)

Н а х о р. Имеем уже семерых. Говорят, это счастливая цифра.

К а а т. Семь раз я ставил на семерку, когда играл на бегах.

П е р в а я  ж е н щ и н а. Ну и что?

К а а т. Проиграл семь сребреников.

С а л е ф (Хамуэлю). Ну и как, ты решил покупать оливки или нет? Но я должен тебя предупредить, что в связи с развитием событий они успели подорожать вдвое.

Х а м у э л ь. Я играю на понижение. Подожду немного.

С а л е ф. Смотри не пожалей.

Х о д. Прошу слова.

З о р о в а в е л ь. Пожалуйста.

Х о д. Мой кандидат — поэт Себеон. Правда, он немного пьет, но какой поэт не выпивает?

Общее удивление, шепот.

А б и с у р. Спокойно!

С е б е о н (встает; он не менее удивлен, чем остальные). Я?.. Почему я?.. Я ведь нонконформист! В моих стихах я бунтовал, грозил, разрушал…

Х о д. Себек, не будь ребенком. Кто читал твои стихи?

С е б е о н. Я протестую!

Х о д. А из тех немногих, что читали, кто принимал их всерьез? Что ты, в конце концов, разбил, разрушил? Ничего.

С е б е о н. Сила моей поэзии…

А з а р и я (перебивает). Конь, который понес, может наделать больше беды, чем три взбунтовавшихся поэта.

Х о д. Ты, как поэт, все же являешься колоритным пятном на фоне общей серости, интересной локальной фигурой, я сказал бы даже, необыкновенным дополнением к пейзажу. С этой точки зрения ты безусловно играешь некую положительную роль.

З о р о в а в е л ь. Мы согласны, прошу вписать имя поэта Себеона.

С е б е о н. Я… я, несмотря ни на что, протестую! Вы не приняли во внимание катастрофизм, которым напоено мое творчество…

Х о д. Садись!

Голоса: «Садись!.. Садись!» Абисур пишет имя Себеона на доске.

З о р о в а в е л ь. Жители города! На нашей доске фигурируют имена восьми праведников. Не хватает еще двух.

А з а р и я. Кандидатов у нас больше нет.

Х о д. Теперь предлагайте вы сами.

Тишина.

А з а р и я. Еще только двух!

Тишина.

З о р о в а в е л ь. Неужели у вас нет праведников среди ваших родных, приятелей и знакомых?

Тишина. Вдруг небо на одно мгновение краснеет, и раздается продолжительный гром.

В т о р а я  ж е н щ и н а. Горе нам!

Н а х о р. Шеф потерял терпение.

Ц е и л а. Я боюсь! О как страшно! Я боюсь!

Х а м у э л ь (Салефу). Я могу взять оливки, но только по прежней цене и франко склад.

Н а а р а. Как вы можете в такой момент говорить о делах?!.

Х а м у э л ь. Ты — ребенок. Вся штука в том, чтобы использовать момент.

Х а г г и т а. Я ненавижу вас всех! Ненавижу!

В толпе беспокойство, грозящее перейти в панику. Наступление сверху произвело впечатление и на президиум.

Х о д. Начальник, мне кажется, что мы совершили психологическую ошибку. Мы велели им назвать родных и знакомых, а ведь каждый человек считает праведным прежде всего самого себя.

З о р о в а в е л ь. Ты прав. (Собравшимся.) Уймите свой страх, не все надежды потеряны! До десяти нам не хватает только двух. Каждый, кто о себе хорошего мнения, может выставить собственную кандидатуру.

Момент напряженной тишины.

А х с а (встает). Я.

З о р о в а в е л ь. Что?

А х с а. Я предлагаю свою кандидатуру.

А з а р и я. Ты?!.

Несмотря на угрожающее положение, в толпе раздается смех.

А х с а. И нечего смеяться. Мое учреждение не принадлежит к тем, которые поддерживают официально, но зато официальные лица поддерживают его частным образом. Они знают, что ни в одном аналогичном городском учреждении не будут и наполовину так хорошо обслужены.

А б и с у р. Что верно, то верно.

З о р о в а в е л ь. Прошу не перебивать.

А х с а. Город тоже не может на меня пожаловаться: я плачу высокие налоги, плачу вовремя и безропотно. И, наконец, ликвидация моего учреждения повлекла бы за собой немедленное закрытие местных библиотек, так как дефицит выравниваем мы.

А б и с у р. Что верно, то верно.

З о р о в а в е л ь. Прошу не перебивать.

А х с а. Почему я не имею права называться праведницей? Моя личная жизнь чиста, как слеза. Мое учреждение функционирует образцово. Я ввела суровые правила, ибо мой принцип: чем солиднее учреждение, тем строже правила; чем строже правила, тем солиднее учреждение.

Возгласы одобрения.

Прошу внести мое имя в список. (Садится.)

Судьи совещаются.

С а л е ф. Ну и голова у бабы!

П е р в а я  ж е н щ и н а (возмущена). Она достигла всего отнюдь не головой!

Н а х о р. Интересно, запишут ее или нет?

З о р о в а в е л ь. Президиум после совещания данную кандидатуру отклоняет. Президиум ценит предприимчивость и инициативу кандидатки, однако